Ада Баскина - Мальта без вранья

Ознакомительный фрагмент

Другой вопрос касался самого содержания слова «досуг». Его большинство понимало как «возможность расслабиться», «повеселиться», «встретиться с родными, с друзьями». Два последних слова попали в одну графу, потому что, как я уже сказала, здесь, на Мальте, это одно и то же.

«Встретиться», как правило, означает собраться в ресторане, кафе.

По всеевропейскому социологическому исследованию Eurobarometer, средний мальтиец – большой транжира. Он оставляет в ресторанах и кафе больше денег, чем любой другой средний европеец.

…Я получила удовольствие от той встречи, с которой начала главу. И вскоре убедилась, что атмосфера приятной мне праздничности была отнюдь не исключением, а скорее правилом.

В кафе «Gordina» в Валетте я оказалась ясным воскресным днем. Кафе располагалось на открытой площадке. Солнце играло бликами на металлических чайниках, молочниках, подносах и на золоченых пуговицах униформы официантов.

Я села у колонны: оттуда удобнее было наблюдать воскресную жизнь.

За столиком напротив меня щебетали три подружки. «Щебетали» – здесь не очень точное слово. Они говорили громкими голосами, как принято у мальтийцев, а смеялись так, что было слышно в дальнем углу кафе. До меня то и дело долетали так хорошо знакомые реплики на вечные темы: «А он что?» – «А ты?» – «А он?» – «Прямо так и сказал?» – «Ну нахал!» Все три подружки были в ярких кофточках и коротеньких юбочках. Их явно забавляло внимание окружающих.

Особенно оживленными казались две девушки, третья больше молчала. Подружки принялись ее тормошить, требуя откровений. Наконец она стала рассказывать что-то грустное. Мне было трудно ее расслышать. До меня долетело только: «Я сказала: больше не звони!» Столик, было притихший, опять зазвучал громкими девичьими голосами: «А ты вообще отключи мобильник… Если у тебя есть гордость, больше никогда!» Потом девчушки переключились на позитив: «Да ты у нас такая классная!.. Посмотри, сколько вокруг парней… Мой брат, между прочим, просил его с тобой познакомить!» Лицо их подружки стало проясняться. Девочки заказали еще по чашке кофе. И вскоре у всех троих появилось на лицах то самое выражение, которое так мне понравилось за столом в ресторане: удовольствие и радость от общения. И вообще, от жизни.

С другой стороны от меня расположилась молодая пара. Он статный брюнет в наглаженной сорочке. Она блондинка в стильном сарафане, с обнаженными плечами. Сначала я решила, что это влюбленные, и не сразу заметила коляску рядом с женщиной. Младенец, который в ней спал, иногда пробуждался и издавал тихий плач. Тогда мама покачивала коляску, и малыш затихал. Молодые супруги обсуждали свои домашние дела. Думаю, их было достаточно для того, чтобы остаться дома, заняться хозяйством. Но воскресенье – это день отдыха, а значит, все дела по боку. Предадимся празднеству, получим удовольствие…

Я перевела глаза на другой столик и как будто увидела моих симпатичных соседей лет через сорок. Там сидела пожилая пара. Он читал газету, она – журнал; они молчали – видно, наговорились за долгую совместную жизнь. И чтобы ее разнообразить, тоже пришли пообедать в кафе.

Перед моими глазами прошла вереница живых портретов. Вот дама лет сорока, в ярко-синем платье и такой же шляпке. Вошла деловитой походкой, с озабоченным лицом. Села за пустой столик. Закурила. Заказала чашку кофе, «и, пожалуйста, покрепче». Озабоченность на ее лице постепенно сменялась спокойным удовольствием.

К ней подсела молодая монашенка, вся в черном. На ее лице совершенно по-мирски отразилось наслаждение от хорошо приготовленного горячего напитка.

Официанты – белые рубашки, черные безрукавки, золотые пуговицы – бесшумно скользили между столиками, приветливо улыбаясь. Вдруг один из них споткнулся, поднос выпал из рук. С эффектным треском разбились чашки, со звоном разлетелись приборы. Какова на это была реакция остальных? В ту же секунду в кафе раздался смех. Смеялись гости, смеялся прибежавший на звон хозяин заведения. Официант молча собирал осколки. Потом выпрямился и хоть и смущенно, но рассмеялся тоже. Жизнь прекрасна! Надо ли ее омрачать столь незначительными неприятностями?

Счастливые люди

По самым разным европейским исследованиям, на Мальте большинство людей считают себя счастливыми или почти счастливыми.

– Чем это можно объяснить? – спрашиваю я известного антрополога, профессора Мальтийского университета Гуидо Ланфранко.

– Я думаю, отчасти климатом. Много солнца, тепла, свежий ветер. Затем – генетическая привычка жить в ладу с самим собой. Мне кажется, у нас мало людей завистливых. Мы, мальтийцы, незлобивы.

Это суждение антрополога подтверждает и социология. По определению Eurobarometer’a, уровень зависти в обществе определяется тем, как бедные относятся к богатым. К примеру, 43 % немцев низшего и среднего уровня достатка ненавидят богатых. А среди мальтийцев завидуют чужому богатству только 5 %.

А то, что они незлопамятны, это видно и невооруженным глазом, тут и социологов не надо. Вот только одна картинка.

На улице Сан Публиус, где я живу, рабочие ремонтируют мостовую. Поставили оранжевые треугольнички – сюда, мол, не заезжать. Водитель грузовика этих запретительных знаков не заметил. Он мало того что сбил оградительный треугольник, так еще чуть не наехал на рабочего. Последний в ярости вскакивает на подножку кабины, свирепо стучит в оконное стекло. Водитель выходит, и начинается мужской разговор.

До мордобития, правда, дело не доходит, но накал перепалки близок к тому. Я с беспокойством слежу за развитием событий. Поскольку я не знаю мальтийский (малообразованная часть общества говорит на родном, в отличие от образованных – англоязычных), мне трудно понять, на чем они остановились. Но – остановились. Взъерошенные, раскрасневшиеся от крика, они внезапно замолкают и расходятся по своим рабочим местам.

Инцидент, однако, на этом не закончен. Грузовик с овощами – а это одновременно и овощная лавка – останавливается в ближайшем переулке, и его водитель, теперь уже в роли продавца, открывает торговлю. Через час, когда я подхожу к этому магазину на колесах, я вижу около него того самого дорожного рабочего. Он сосредоточенно выбирает дыню: одну, другую… пятую… На лице его видна растерянность. И тут продавец отстраняет своего недавнего противника и говорит:

– От того, что ты тут день простоишь, дыни слаще не станут.

Он произносит это на плохом английском, явно для того, чтобы было понятно и мне. Рабочий собрался было возобновить ссору. Но продавец решительно наклоняется к корзине с дынями, выбирает лучшую и подает ее покупателю. Потом он хлопает того по плечу и переходит на мальтийский. Я не понимаю слов, но смысл их мне очевиден: мол, кончай враждовать, давай мириться.