Григорий Логвин - Чернигов, Новгород-Северский, Глухов, Путивль

После смерти Богдана Хмельницкого на Украине, не затихая, шла борьба между старшинскими группировками. Народ изнемогал от братоубийственных междоусобных войн. И вот в связи с этим в 1662 г. возникло сказание об «Ильинской богоматери», занесенное в летопись Самоила Величка: «Плакавшеся тогда пресвятая дива жалующи православных христиан малороссиянов. . яко через незгоду, раздвоение и междоусобие едини уже смертоносным оружием доканчишася, другие з отчизни бидни в плен отведошася, третьи имяху отведени бити, а четвертым предлежаща в отчизне главы положити, предводительством неистовивашихся тогда властолюбивых и к междоусобью гордившихся вождов своих».

Рядом с церковью с северной стороны находится вход в древние пещеры. Последние крупные работы по упорядочению подземных сооружений велись здесь в конце XVIII в. На архитектуре интерьеров пещерных храмиков с переходами и притворами лежит печать стиля эпохи украинского барокко; плоскости их стен членят изящные пилястры. Особенно хороши интерьеры двух восьмигранных в плане залов: они миниатюрны по размерам и очень масштабны по отношению к человеку; пилястры четко выявляют грани стен одного из них, перекрытого сомкнутым куполом.

От Ильинской церкви к Троицкому монастырю лучше всего пройти узенькой тропинкой вдоль оврага. Чудные живописные места Болдиных гор становятся с подъемом все краше, а на подходе к вершине холма начинает вырисовываться громадный объем Троицкого собора и его ансамбль (ил. 50).

Древний Троицкий монастырь в XVII в. в процессе восстановления, по-видимому, был расширен: ввиду тесноты и неудобства расположения на крутых склонах холмов часть его зданий стали строить на соседней горе (ил. 51). В середине XVII в. были закончены деревянные стены ограды с четырьмя башнями. Вероятно, во второй половине XVII в. был возведен юго-западный хозяйственный корпус, расположенный вдоль оборонительной стены, в 1677–1679 гг. на восток от него — трапезная церковь, с обеденным залом и подсобными помещениями, а на север, за пределами ограды, — типографский двор; в 1679–1689 гг. в монастыре был сооружен Троицкий собор. Таким образом, к концу XVII в. главный храм, трапезная и корпуса келий вместе с башнями и стенами образовали крупный монастырский ансамбль. Ему недоставало лишь высотного объема; с постройкой в 1775 г. надвратной колокольни комплекс получил необходимый композиционный акцент.

В конце XVIII — начале XIX в. в северо-восточном углу Троицкого монастыря были сооружены три длинных одноэтажных жилых корпуса (кельи), соединенные между собой под прямым углом, а на запад от собора — громадный двухэтажный настоятельский корпус. С их строительством закончилось сложение ансамбля монастыря, который с небольшими, изменениями сохранился до наших дней. Наиболее интерес* ные в архитектурно-художественном отношении здания относятся к XVII–XVIII вв., к эпохе после освободительной войны 1648–1654 гг. и воссоединения Украины с Россией.

57. Трапезная Троицкого монастыря. Северный фасад. 1677–1679

Передовые люди того времени никогда не замыкались в сфере узконациональных интересов, а находились в постоянном контакте с культурой России, Востока и стран Западной Европы. Много украинцев училось в университетах Италии, Германии и Чехии. Вернувшись на Украину, они приносили с собой новые, гуманистические идеи. Выходцы из Западной Европы, которых привлекала бурная эпоха освободительной войны, приехав на Украину, оставались тут навсегда, внося свой вклад в украинскую культуру. Такими были Иннокентий Гизель, архимандрит Печерского монастыря в Киеве, Адам Зерникау, советник и приближенный Лазаря Барановича. Он-то, вероятно, и порекомендовал Барановичу архитектора Иогана Баптиста — «мастера з Вильня», — воспитанного на западно-европейской архитектуре. Баптист соорудил в Черниговском монастыре собор, а затем был приглашен гетманом Самойловичем для работ в Мгаре, где вместе с Мартином Томашевским построил Преображенский храм. Архитектурный образ Троицкого собора оказал известное влияние на архитектуру трехнефных храмов конца XVII — первой половины XVIII в.

58. Колокольня Троицкого монастыря. 1775

Строительство главного монастырского Троицкого храма, начатое в 1679 г., тянулось около десяти лет; отделочные работы велись до 1695 г. В основе плана собора лежит тип древнерусского трехнефного шестистолпного храма. Новое же состоит в том, что здесь западные башни сильно акцентированы, а трансепт получил развитие в виде двух выступающих ризалитов на южном и северном фасадах. Первоначально храм имел пять куполов, поставленных не крестообразно, а по углам, как в соборе Спаса XI в.: еще два купола возвышались над башнями притвора. После пожара 1731 г. боковые купола были разобраны и храм восстановили с одним центральным куполом и двумя над башнями (ил. 52).

В отличие от древнерусских храмов массив Троицкого собора был более расчленен, его силуэт был динамичнее, а первоначальное завершение семью куполами придавало ему особую живописность. Чтобы избежать неподвижности объемов храма, зодчий энергично расчленяет массы не только по вертикали ризалитами и пилястрами, но и по горизонтали — широким фризом, проходящим на уровне хор. В толщу стен он врезал глубокие полуциркульные ниши. Боковые апсиды сделал вдвое ниже центральной. Ниши и окна украсил выразительными фигурными наличниками.

Интерьер Троицкого собора построен на контрасте членений трехъярусных боковых нефов небольшими арками и громадного центрального удлиненного нефа (ил. 53). Освещенный главный неф контрастирует с затененными хорами, низкие боковые помещения — с открытым на всю высоту подкупольным пространством. В интерьере храма особенно впечатляют свободно взлетающие ввысь мощные подпружные арки, на которых легко покоится огромный купол.

Как можно судить по открытым в 1975–1976 гг. остаткам первоначальной стенной живописи — фрагментам фигур апостолов в простенках барабана главного купола, головке ангела (ил. 55) в замке восточной подпряжной арки и неизвестной композиции на своде главного нефа, — она отличалась широким декоративным письмом и монументальностью. Во время пожара 1731 г. росписи были сильно повреждены, а иконостас сгорел. Новый иконостас был сделан в 1731–1734 г., а новые росписи — в 1770-1780-х гг. В 1803 г. живопись вновь пострадала от пожара. Уцелело лишь несколько сюжетов, но и они почти все были сильно попорчены позднейшими записями. О художественных достоинствах стенописи собора конца XVIII в. можно судить по двум сравнительно хорошо сохранившимся и непереписанным изображениям: композиции «Превращение Савла в апостола Павла» (ил. 54) и фигуре архангела Михаила. Их отличает мастерство исполнения и знание перспективы и анатомии.