Тим Северин - Путешествие на "Брендане"

— Ты не знаешь, кто это — Башмак? — спросил он сына, сидевшего по ту сторону стола.

— Знаю, это я, — коротко ответил сын.

В то дождливое утро в Брандон Крике на Артуре сверх мятой зеленой штормовки была охотничья фуражка, в какой читатель привык представлять себе Шерлока Холмса, и ветер лихо трепал ее наушники. Наш фотограф — записной остряк Питер Малит не преминул язвительно отозваться о наряде Башмака. Сам он в ярко красной штормовке смахивал скорее на кардинала, чем на лондонского обывателя. Питер родился и вырос в Лондоне, успешно подвизался на поприще фотожурналистики, но затем ему осточертела городская жизнь, он оставил эту работу и вместе с женой Джил — очаровательной экс-манекенщицей — и сыном Джоуи перебрался в Западную Ирландию. Купил участок, собственноручно выстроил коттедж по своим чертежам и зажил тихо и мирно. Но тут до него дошли слухи о строительстве "Брендана", и он явился на верфь с огромным чемоданом.

— Что, и камеры привез? — спросил я.

— Ага, — ответил он, открывая чемодан, разделенный перегородкой на две половины.

В одном отсеке аккуратно покоился на пенопласте полный профессиональный набор фотокамер, линз и прочего снаряжения. Но мое внимание привлек второй отсек. В нем хранился внушительный комплект хорошо послужившего плотницкого инструмента: пилы, струги, скобели, сверла, рубанки — словом, все принадлежности настоящего плотника. И я подумал, что "Брендаи" получит не только фотографа, но и, что не менее ценно, человека, который сможет ремонтировать остов в пути.

Ролф Хансен в норвежской синей штормовке был пятым и последним членом команды. Великий любитель старинных плавучих средств, он приехал из Норвегии, чтобы предложить мне свои услуги. У себя на родине его главным увлечением было собирать в глухих приморских селениях воспоминания старых рыбаков о поре расцвета парусного флота. Коренастый, грудь бочкой, Ролф, несмотря на очки, только Артуру уступал в физической силе. И, подобно ирландцу, был немногословен. Отчасти потому, что плохо изъяснялся по английски, отчасти же потому, что очень серьезно относился к морскому делу. Когда кто-нибудь отваживался спросить его, женат ли он, Ролф сурово отвечал:

— Я обвенчан с морем.

Итак, один ирландец, один кокни, один норвежец и один англичанин подключились к моей затее, и я спрашивал себя, как-то мы будем ладить друг с другом. Предстоявшее нам путешествие в двух важных отношениях отличалось от многих прежних плаваний на подобиях древних судов. Во-первых, мы выйдем в море не на плоту, а на настоящей лодке. "Брендан" не просто платформа, на которой ветры и течения сами доставят нас к цели, если нам повезет. Чтобы наше суденышко уцелело, им надо управлять как следует, и лучше не ошибаться. Малейшая промашка — вдруг при шквале заест шкот на утке или ветром прижмет парус к мачте — и лодка опрокинется, а это катастрофа. Во вторых, что еще важнее, наш маршрут пролегает в холодных широтах, куда современные яхты редко отваживаются заходить. Это не то что сидеть в плавках и наслаждаться солнышком. Совсем маленькая открытая лодка будет плыть в субарктических условиях, и мы будем неделями кутаться в семьдесят одежек, часто мокрых от дождя и соленых брызг. Военные моряки, специалисты по выживанию, которые инструктировали нас, твердили: если кто-то окажется за бортом неправильно одетый, больше пяти минут не протянет.

К счастью, скверная погода в день святого Брендана не обескуражила наших друзей. Многие из тех, кто помогал в строительстве, приехали на полуостров Дингл проводить нас в плавание. Ив одном из ближайших отелей нам устроили истинно ирландский, компанейский прощальный вечер. Виски и портера было вдоволь вершиной оживленной беседы было выступление одного ирландца, который вызвался утихомирить спорщиков и пригрозил расправиться со всеми нашими критиками в самый подходящий момент крыша бара не выдержала веса дождевой воды и протекла, щедро окропив гостей.

— Почему вам захотелось пойти в это плавание? — допытывался один репортер у каждого из членов нашего экипажа.

— Потому что люблю ходить под парусами и хочу научиться управлять такой лодкой, — ответил Джордж,

— Для меня это вызов, — сказал Питер.

— Потому что люблю море, — ответил Ролф.

— Ради удовольствия, лихая затея, — пробурчал Артур, прикладываясь к кружке с портером.

— А как ваши жены? Что они думают по поводу того, что вы на таком суденышке выходите в Атлантику?

Джил Малит поглядела на мужа.

— Если Питер что задумал, его не удержишь, — сказала она. — И вообще, пора уже ему заняться делом.

Жена Джорджа Джудит ответила так же:

— Я считаю, что Джорджу следует делать то, что ему по душе. И к тому же я рассчитываю встретить его, когда "Брендан" придет в Исландию.

Моя жена сумела уклониться от прямого ответа:

— Тим всегда увлечен такого рода затеями, — улыбаясь сказала она журналисту. — И ведь я занимаюсь средневековьем, а потому одобряю все, что обогащает медиевистику.

Затем последовал неизбежный вопрос:

— Вы не волнуетесь за них?

Три женщины переглянулись и твердо ответили:

— Нет.

Утро 17 мая выдалось хорошим. В небе плыли высокие облака, на горизонте таились грозовые тучи. Волны после вчерашнего шторма еще врывались в эстуарий, когда я поднялся в один из двух коттеджей у конца дороги, чтобы посоветоваться с живущим здесь Томом Лии, который сам держал карру. Том — типичный представитель тощих, костистых динглцев, высокий, тихого нрава.

— Возвращайтесь-ка вы в свою гостиницу и отдыхайте, — сказал он мне накануне вечером. — Пригодится. За лодку не беспокойтесь. Мы с сыном присмотрим за ней, все будет в порядке. Мимо нашего дома никто незамеченным не пройдет.

И он сдержал свое слово. Выйдя на рассвете, чтобы убедиться, что с "Бренданом" ничего не приключилось, я увидел черный силуэт Тома Лии. Он стоял неподвижно у стены, окаймляющей Брандон Крик, и смотрел на берег. Я поблагодарил его за помощь.

— Вечером там внизу лазили какие-то ребятишки, — сказал Том. — Но это все местная ребятня, они ничего не возьмут.

В самом деле, деревенские дети отличались великой честностью. Хотя они облазили всю лодку и перетрогали ее сокровища в виде фонариков, ножей, шоколадок и других лакомств, ни один предмет не пропал.

Глядя на волны у входа в эстуарий, я обратился к Тому за советом:

— Как по-твоему, можно нам выходить сегодня?

Он пристально посмотрел на меня.

— Подождите прилива, У вас будет два три часа на то, чтобы выбраться в море. А больше откладывать не стоит.