Михаил Певцов - Путешествия по Китаю и Монголии. Путешествие в Кашгарию и Куньлунь

Размеры земельных участков поселян Кашгарии вообще весьма незначительны. В густонаселенных оазисах, Яркендском и Каргалыкском, средняя величина такого участка простирается приблизительно до 1½ десятин на двор (семейство, состоящее из пяти человек), считая в том числе площадь, занятую усадьбой, садом, огородом, арыками, дорогами, прудами и межами. За исключением этой площади, на каждый двор придется, по всей вероятности, не более одной десятины собственно-полевой возделываемой земли {151}.

В Хотанском и Керийском округах эти участки значительно больше и в среднем достигают приблизительно трех десятин на двор, но зато там почва менее плодородна, и двойные жатвы, в особенности в Керийском округе, собираются гораздо реже, чем в названных выше округах.

Ценность пахотной земли в густонаселенных округах, Яркендском и Каргалыкском, имеющих притом чистую лёссовую почву, значительно выше, чем в менее населенных Хотанском и Керийском, уступающих и по плодородию почвы двум первым округам. По собранным мною на месте сведениям, стоимость десятины пахотной земли в посещенных экспедицией округах Кашгарии выражается приблизительно следующими числами:

Земледелие составляет основное занятие массы оседлого населения Кашгарии. Кустарная промышленность и торговля, в особенности мелочная, занимают также очень много рук. В этой необычайно сухой стране земледелие возможно только при искусственном орошении (ирригации) посевов. Даже в весьма высоких нагорных долинах, поднимающихся до 11 000 футов, над уровнем моря, где количество выпадающего в летнее время дождя несравненно больше, чем в подгорных оазисах, и там пашни требуют искусственного орошения, хотя и не столь обильного, как в самой котловине. Можно утвердительно сказать, что на всем необъятном пространстве Кашгарии, не исключая горных пространств, едва ли найдется где-либо незначительная площадь возделываемой без искусственного орошения земли.

Такова сухость воздуха в этой замкнутой котловине, защищенной от влажных ветров высокими окраинными горами Тянь-Шаня, Сарыколя и Куньлуня.

Ирригация, существующая в Кашгарии с незапамятных времен, доведена туземцами до весьма значительной степени совершенства. Каждый туземец начинает изучать ее практически еще с раннего детства. Летом в оазисах Кашгарии нередко можно видеть группы мальчиков, проводящих миниатюрные арыки на свои игрушечные поля и пускающих по ним из настоящих оросительных канав воду или устраивающих запруды и дамбы. Поэтому нас не должны удивлять умение туземцев различать на глаз малейшие уклоны местности в ту или другую сторону, отличное знание ими всех сложных приемов и манипуляций искусственного орошения и находчивость в крайне затруднительных, по нашим представлениям, обстоятельствах в этом деле.

Система искусственного орошения в Кашгарии весьма однообразна. Здесь нет ни водочерпательных колес, приводимых в движение водой, ни насосов, ни элеваторов и тому подобных гидротехнических сооружений, весьма обыкновенных, например, во Внутреннем Китае. Для орошения оазиса, расположенного обыкновенно в долине реки, выводят из этой реки выше его один или несколько больших арыков, направляемых по наиболее возвышенным местностям орошаемого оазиса. Из главных арыков, на которых устраивают всегда водяные мельницы [90], выпускаются в нижележащие местности того же оазиса второстепенные оросительные канавы, разветвляющиеся, в свою очередь, на многие малые водные артерии, орошающие непосредственно поля и сады. Если главный арык почему-либо нельзя направить по наиболее возвышенной местности оазиса, то его проводят по дамбе, от которой отделяются, подобно ветвям от ствола, малые дамбы второстепенных арыков и т. д. Кроме того, для сбережения воды и поднятия ее уровня на главных арыках устраивают нередко запруды, расширяя эти арыки в каналы и возводя на их берегах высокие насыпи.

Каждый арык, орошающий поле, проводится по наиболее возвышенной линии его, а если оно горизонтально, то по невысокой насыпи. Поверхность же самого поля срезается по перпендикулярным к арыку направлениям террасообразными, слегка наклонными от арыка полосками, перегораживаемыми земляными валиками на четырехугольные клеточки в несколько квадратных сажен. Таким террасообразным строением пашен и устройством на них клеточек достигается медленный сток воды с орошаемого поля, необходимый для надлежащего пропитывания ею рыхлой лёссовой почвы. Для орошения поля прокапывают из арыка маленькие канавки и пускают по ним воду на верхние терраски. Наполнив ближайшие к арыку клеточки, она переливается из них через валики в смежные четырехугольники, из которых потом спускается в нижележащие клеточки соседней терраски и т. д. до самого края поля. Когда почва достаточно напитается водой, запирают выводные канавки из арыка, и поле высыхает.

Таким образом орошают периодически все засеянные поля до тех пор, пока хлеб не созреет {152}.

Орошением в каждом оазисе заведывают особые выборные, называемые мирабами, или арык-аксакалами (арычные старшины). Вода распределяется по участкам поселян соответственно количеству находящейся под посевами земли и с соблюдением очереди. При этом не обходится, как сетовали мне неоднократно туземцы, без злоупотреблений. На поля богатых и влиятельных поселян, не говоря уже о туземных властях, воду пускают нередко вне очереди и в большем количестве, чем следовало бы по расчету.

В Кашгарии возделывают: кукурузу (кунак), пшеницу (буг-дай), рис (грюнчж), ячмень (арпа), сорго (джугара), обыкновенное просо (тарык) и горох.

Из этих растений первое место занимает кукуруза, посевы которой превышают общее количество остальных зерновых хлебов. Такое предпочтение отдается маису [кукурузе], потому что он дает всегда весьма прибыльные урожаи. Кашгарцы очень любят маисовый хлеб и уверяют, что он питательнее пшеничного.

После маиса следует пшеница, посевы которой, однако, едва ли превышают одну треть количества засеваемой кукурузы. Ячменя [91] на равнинах засевают еще меньше, чем пшеницы, и большая часть его употребляется на довольствие лошадей и ослов, так как овса в Кашгарии не возделывают. В горах же сеют исключительно ячмень, потому что там (выше 8000 футов) ни кукуруза, ни пшеница не вызревают, между тем как голый ячмень в Куньлуне возделывается успешно до высоты 12 000 футов над уровнем моря.

Сорго, сильно истощающее, по словам туземцев, почву и требующее много удобрения, засевают мало. Обыкновенное просо и горох встречаются еще реже на полях Кашгарии.