Борис Лавров - Всегда иди вперед!

Мы заглянули в боковой коридор. Второй охранник уже лежал там, чем-то связанный. Но где же Поль? Я посмотрел на Вальку.

— Ты… Ты думаешь то же, что думаю я?

— То, что он мог превратиться? Наверно, не знаю. Так же ему удобнее бегать, и прятаться удобнее. Посмотрим…

Мы прошли вглубь коридора, но Поля там не увидели. Ни в каком виде.

Я начинал нервничать…

— Куда его занесло-то… — пробормотал Валька, поднимаясь по леснице на второй этаж.

— Мы не набредем ни на кого из персонала? Второй раз мне тебя так легко не вытащить…

— А ведь и правда… Сейчас сюда куча народу приедет, такое ты тут устроил. А я не знаю, что здесь и как расположено, я здеь первый раз… К счастью…

Мне в голову пришла очень любопытная мысль.

— Послушй, — спросил я Вальку, — А если ты здесь никогда не бывал, откуда мы знаем, как все это выглядит?

— В каком смысле? — не понял тот.

— Ну, я думал, что бы что-то приснилось, нужно знать, как оно выглядит, кто-то один из нас должен был это знать. Не мы же с Полм!

— Погоди, — помотал головой Валька, — Так это еще один сон? Так чего мы волнуемся?

— Ну… Не такой, как обычно, а этот, ну как и тогда, который Охотники делают… — попытался я объяснить.

— Какие еще Охотники? — вытаращился Валька. — Про это ты мне ничего не говорил!

— Это тогда, в отеле… — я в двух словах пересказал Вальке то, что узнал от мистера Кона.

— Прекрасно… Так чего мы тащимся черепашьим шагом, бегом искать Поля! Мало ли что и где!

К этому моменту мы уже обыскали почти весь второй этаж, успешно никого не встретив, и собирались подниматься на третий. Мы бы еще долго так проблуждали по зданию (а может, и не очень), если бы я — чисто машинально — не выглянул бы в окно на лестничной площадке. Поль стоял внизу, в узкой щели между двумя зданиями и, судя по его виду, очень волновался за нас. Но в здание не шел. И правильно: помимо него внизу стояло много народу. Часть заводило внутрь кого-то из сбежавших, часть просто охраняла вход. Валька тоже взглянул вниз и ахнул:

— Допрыгались! Как же нам теперь выйдем отсюда?

— Элементарно, через окно. На первом этаже должно быть точно такое же окно, располагаться оно будет где-то чуть повыше нашего роста от земли. Спрыгнем прямо к Полю, а его они не видят, значит, и мы спрячемся. Переждем…

— А если на первый этаж нам уже не спуститься? — Валька оглянулся. Сзади что-то подозрительно шумело. Если охрана уже в здании… Можно, конечно, по лестнице вниз, но слишком большая вероятность, что нас увидят. Однако возможность разбиться меня тоже не радовала… Поднапрягшись, вдвоем мы открыли тугое окно и громким шепотом позвали:

— Поль!

Он встрепенулся, завертел головой, не понимая, откуда мы его зовем.

— Мы здесь, сверху! — посказал Валька.

Поль резко поднял голову и прошептал:

— Дверь охраняют!

— Ну, во-первых, держи куртку… — Валька скинул Полю курточку, оставленную тем на полу в зале. — А во-вторых, давай думать, как нам спустится отсюда в целости и сохранности.

— Погодите! — Поль протиснулся куда-то дальше. Мы с Валькой переглянулись — сейчас здесь будут люди, надо торопиться! Но Поль вернулся довольно быстро, неся за собой какой-то матрас.

— Тут валялся поблизости! — объяснил он. — Я как тут кружил, пока эти не появились, заметил.

— Тут вроде свалка рядом… — тихо пояснил Валька.

— Гм… Вроде развитой город, а свалки прямо на улицах? — не понял я.

— Всем лень. это наша реальность. Всем все лень. — Валька вздохнул. — Ладно, прыгаем. Ты первый.

— Почему я? — хотел возразить я, но потом махнул рукой. В самом деле, зачем Гоголя пародировать, легче и быстрее не спорить. Я набрал полную грудь воздуха и прыгнул. Приземлился. Ничего особо страшного. Ноги отбил, конечно, но жив и ничего не сломал. Махнул рукой Вальке, отойдя в сторону, тот тоже спрыгнул. Я осмотрел товарищей:

— Все живы и все в порядке?

Валька с Полем бегло изучили друг друга и кивнули.

— Тогда уходим отсюда подальше.

Когда мы отошли немного и могли уже вздохнуть спокойно, Поль грустно сказал:

— А ведь там не все убежали, многих обратно завели.

— Думаю, со временем поймают почти всех. — Валька пожал плечами. — Код у всех есть… Да и что ты хотел, что бы одним маленьким солнечным лучиком уничтожить все зло на свете? Не выйдет, тут еще работать и работать…

— А линзу я потерял… — отметил я. — Ну да ладно, главное, делу послужила.

Тут краски померкли и я… Проснулся.

Мы все проснулись. Бодро вскочили, оглядев пространство вокруг себя и сообразив, что мы в пещере рядом с озером, в которой заночевали вчера.

— Ну вот и все? — весело подытожил Поль.

— Да, кажется. — Валька весело потянулся и с радостным удивлением отметил:

— Рука уже зажила! Надо же… Это не может быть связано с этим сном?

— Может быть… — я сунул руку в карман — окуляра не было. Остался там, значит… — А как ты попал-то туда, в Утилизацию?

— А я уже там очнулся. Проморгался, ничего не понял, но стал ждать, что будет дальше. Сначала решил, что вся Дорога — это вообще сон был. Потом вижу, вы идете, совсем запутался, но не время для размышлений было. А потом… Ты все объяснил. Вовремя, а то я уже вообще ничего не понимал.

— А если у тебя рука зажила… — широко улыбнулся Поль, — То теперь ты можешь окунуться в озеро?

— В самом деле… — со смешком ответил Валька, снимая кофту. — Догоняйте!

Мы не заставили долго ждать.

Когда мы все трое вдоволь накупались и сидели на берегу, мделенно сохнув, я решил, что Полю тоже нужно узнать об Охотниках.

— Полька… — неловко начал я. — Я, конечно, виноват, что не рассказал вам обоим этого сразу… Я думал, тебе не надо знать такого, ты пугаешься всегда… Сегодня ночью я понял, что далеко не всего.

— Да нет, я иногда если пугаюсь, то только того, что с моей старой жизнью связано… — попытался оправдаться тот.

— Да нет, ты не понял! — замахал я руками, — Я же ни в чем тебя не обвиняю, наоборот… Тут, я наконец понял, можно ждать чего угодно, поэтому знать всем. Вальке я уже рассказал, теперь тебе. — я начал пересказывать Полю рассказ мистера Кона об Охотниках Дороги. Валька тоже слушал с интересом, так как ночью я успел рассказать ему только самое основное. Сейчас же я сталрался описать все наиболее развернуто, не пропуская ничего. Поль не перебивал, но было видно, что рассказ затронул его до глубины души — так же, как это было и со мной. Когда я закончил, он тоже ничего не сказал. Минуты через две-три он, наконец, встал с камня, одел куртку и сказал:

— Понятно… Что ж, хотя бы будем знать, чего опасаться… Пошли, что ли?