Всеволод Галкин - Врач в пути

Председателю Ли лет пятьдесят, он энергичен, остроумен, в суждениях безапелляционен, категоричен.

Беседа наша продолжается в доме, где стены отделаны красным деревом, а столы инкрустированы перламутром. За душистым чаем, лакомясь сластями и экзотическими фруктами, мы разрабатываем планы работы в провинции Шаньдун, советуемся с председателем, как лучше организовать медицинское обслуживание.

Ли, как и другие китайские руководители, много говорил об огромной экономической и культурной ПОМОщи, которую оказал Советский Союз Китайской Народной Республике. Он сказал, в частности: «Советские медики научили нас лечить многие инфекционные болезни, от которых погибали раньше массы людей».

Привожу короткий отрывок из нашего разговора.

— Советский Союз — старший брат Китая. Он сделал очень много хорошего для нас, китайских граждан. В Китае говорят, что Советский Союз — это солнце, освещающее путь Китаю. Мы любим нашего старшего брата и всегда будем ему верны.

— Нам это очень приятно слышать, нужно сказать, что и мы кое-чему должны поучиться в Китае. А вообще, важно то, что китайцы и русские — друзья.

После беседы всех пригласили на ужин в большой зал, где советским врачам были отведены почетные места. Прием прошел в дружественной обстановке, однако настроение было несколько испорчено сразу же по выезде из резиденции председателя провинции: какой-то бедно одетый пожилой худощавый китаец с кошелкой в руках пытался заглянуть в «райский уголок». Стоявший возле ворот охранник, рослый, мускулистый парень с маузером на животе, грубо оттолкнул бедняка, тот, видимо, ушиб ногу и, жалобно причитая и прихрамывая, быстро удалился. Переводчики всячески пытались отвлечь наше внимание от этой крайне неприятной сцены.

Вообще же вид бедных, пыльных, немощеных улиц, скученных домов с изогнутыми кровлями резко контрастировал с только что виденной нами огромной территорией резиденции и роскошным дворцом.

Вечером мы выехали из Цзинани в Вэньсян — один из городов провинции Шаньдун, где нам предстояло работать. Ночью в поезде произошла сцена, напоминавшая уже виденное в самолете. Меня разбудил шум. Один из пассажиров, пожилой китаец, обнаружив сидевшую на потолке вагона муху, пытался взгромоздиться на третью полку, но муха улетела и села на стекло матового фонаря, вмонтированного в потолок купе. Китаец был неумолим и неутомим. Казалось, он выполняет какой-то оригинальный акробатический этюд: держась за третью полку левой рукой, упираясь правой ногой в багажную сетку (левая нога висит в воздухе), он сильно отвел назад правую руку с зажатой в ней хлопушкой и, тщательно прицелившись, нанес сокрушительный удар по «нарушительнице спокойствия».

Вэньсян. Продолжение работы

Узкие улочки, где с трудом пробирается одна повозка. Здесь множество частных лавочек, торгуют веерами и зонтиками, конфетами и сигаретами, консервами и шляпами, а также интересными приспособлениями — изогнутыми бамбуковыми палочками для почесывания спины. Улочки немощеные, грязные.

Мы живем в здании канцелярии окружного начальника. Здесь для нас освобождены комнаты и установлены высокие топчаны с противомоскитными сетками.

В задачи командировки входило знакомство с методикой «первичного» обследования крестьян, направляемых на учебу в советские сельскохозяйственные училища. Для этого необходимо было выехать в уезды, в сельскую местность. Однако нам в такой поездке отказали, сказав, что ничего интересного там нет, к тому же опасно: всюду американские и гоминьдановские диверсанты.

Проводя консультационную работу в местной больнице, знакомясь с китайскими коллегами, мы убеждались, что врачи здесь — большие энтузиасты своего дела. Их чрезвычайная занятость вполне объяснима: поток больных велик, весь день загружен лечебной работой, нередки и ночные вызовы.

Полноценному осуществлению правильного лечебного режима мешает материальная необеспеченность (не хватает коек, медикаментов). Так, больных язвенной болезнью госпитализируют всего на две недели. Диетотерапия фактически отсутствует: уже через месяц с небольшим после обострения болезни больному разрешают есть острые блюда, такие, как перец, а это приводит к обострениям. Гипертоническую болезнь даже в третьей стадии местные врачи лечат в основном на дому: в стационаре мало мест. Среди пациентов больницы много страдающих авитаминозом. Встречаются случаи брюшного тифа. Небольшая местная больница переполнена больными, а врачей мало.

Главный врач объяснил нам: «Скоро прибудет большая группа врачей, обучающихся в СССР, и нам обещали прислать трех терапевтов. Мы с нетерпением ждем их приезда, так как наши китайские мединституты не могут удовлетворить потребности в кадрах. Вся надежда на Советский Союз. Вот в соседний город недавно приехали китайские врачи, окончившие советские мединституты. Они — отличные работники».

Провели ряд консультаций. Нам представляли больных с необычными, атипичными формами течения заболевания. Помню молодую девушку, похожую на изящную фарфоровую статуэтку: хрупкая, очень бледная, почти прозрачная, она таяла на глазах удрученных врачей и несчастных родителей. Огромные глаза на нежном лице светились надеждой, выражали немую мольбу о помощи. Мы исключили такие заболевания, как рак желудка и лейкоз, и поставили диагноз: бирмеровская анемия. Болезнь протекала необычно. Назначили соответствующее лечение, и буквально через несколько дней самочувствие юной пациентки, к нашей радости, радости ее родных и китайских врачей, начало улучшаться. По прошествии нескольких недель девушка чувствовала себя вполне удовлетворительно. Лечение бирмеровской анемии, если диагноз поставлен правильно и своевременно, в настоящее время проблемы не представляет, так как открыт специфический лечебный фактор — витамин В12. Ранее это заболевание называлось злокачественным малокровием, больные погибали.

У лихорадившего мальчика, которого безуспешно лечили антибиотиками, мы обнаружили туберкулезный процесс и назначили соответствующее лечение, благо необходимые препараты в числе других, присланных советским Красным Крестом, имелись в больнице.

Работа наша, как и в Хэнани, была очень напряженной: с утра после завтрака мы ехали в местную больницу, где в консультациях и беседах с персоналом проходило время до обеда. После обеда начиналась консультационная работа на сборном пункте. Поздно вечером возвращались к себе и, миновав часового, отдающего честь, устраивались в садике на плетеных креслах под широкими листьями пальм.