Жан Франсуа Лаперуз - Путешествие по всему миру на «Буссоли» и «Астролябии»

Туземцы сообщили нам названия десяти островов, образующих их архипелаг, и приблизительно начертили их взаимное положение на листе бумаги. Хотя и нельзя слишком доверять их карте, представляется вероятным, что народы этих различных островов образуют своего рода конфедерацию и имеют частые сношения между собой.

Наши дальнейшие открытия не оставляют сомнений в том, что этот архипелаг крупнее, населеннее и богаче продовольствием, чем острова Общества. Также вполне вероятно, что здесь есть хорошие якорные стоянки. Однако лишившись баркасов и зная настроение команды, я решил не становиться на якорь, пока мы не прибудем в Ботанический залив на побережье Новой Голландии, где я намеревался собрать новый баркас, который находился у меня на борту в разобранном виде.

Тем не менее ради прогресса географии я желал изучить различные острова, которые окажутся у нас на пути, и точно определить их широту и долготу. Я также надеялся, что смогу торговать с островитянами, лавируя возле берега.

Я охотно оставляю другим заботы о написании неинтересной истории этого варварского народа. 24-часового пребывания и рассказа о наших несчастьях вполне достаточно, чтобы составить представление об их жестоких нравах и ремеслах, а также плодах прекраснейшей из всех стран на земле.

Прежде чем я продолжу отчет о нашем путешествии вдоль островов этого архипелага, я считаю своим долгом привести донесение мсье де Вожуа, который командовал нашим отступлением с Маоуны. Хотя он сошел на берег лишь в качестве выздоравливающего и не был при исполнении офицерских обязанностей, обстоятельства вернули ему все его силы, и он покинул бухту лишь тогда, когда убедился, что в руках туземцев не остается ни одного живого француза.

«Во вторник 11 декабря в одиннадцать часов утра мсье де Лаперуз отправил свой баркас и свою шлюпку с бочками для воды и отрядом вооруженных солдат, чтобы присоединиться к экспедиции под командованием мсье де Лангля. Мсье Бутен уже получил инструкции относительно средств поддержания порядка и обеспечения нашей безопасности, когда лодки подойдут к острову. В тот же час наш капитан мсье де Лангль спустил на воду свои шлюпку и баркас, также груженные бочками для воды и вооруженные.

В половине первого, когда фрегаты находились на левом галсе в трех четвертях лье от суши, четыре лодки отправились на берег, чтобы пополнить запасы воды в бухте, разведанной мсье де Ланглем. Это место находилось с подветренной стороны от той бухты, где мы уже набирали воду. Мсье де Лангль посчитал его более предпочтительным, поскольку ему показалось, что оно менее населено и столь же удобно. Однако у первой бухты было преимущество более легкого подхода и достаточной глубины для баркасов, которые не подвергались опасности сесть на мель.

Мсье де Лангль предложил мне, хотя я и был еще слаб после болезни, сопровождать его, чтобы прогуляться на берегу. Он лично возглавил шлюпку, а баркас доверил мсье Гобьену. Мсье Бутен командовал баркасом „Буссоли” и мсье Мутон — шлюпкой этого фрегата.

Мсье Колине и отец Ресевер, оба еще больные, мсье де Ламанон, ла Мартинье и Лаво сопровождали нас, а также несколько других человек с борта двух кораблей. Таким образом, наш отряд состоял из шестидесяти одного человека, включая команды двух шлюпок.

Когда мы были в пути, то отметили с некоторым беспокойством, что многие пироги, которые находились возле борта корабля, последовали за нами, направляясь в ту же бухту, что и мы. Мы также увидели, что вдоль скал, которые отделяли бухту от соседних, собирается большое число туземцев, пришедших из других деревень.

Когда мы подошли к рифу, который образовывал очертания бухты и оставлял лишь узкий и мелкий проход для наших лодок, мы увидели, что в это время был отлив и что мы не сможем завести баркасы в бухту, не посадив их на дно. Это и произошло на половине расстояния мушкетного выстрела от берега, к которому мы приблизились лишь потому, что толкали баркасы веслами. Эта бухта предстала перед капитаном в более благоприятном свете, поскольку тогда, когда он осматривал ее, отлив не достиг еще малой воды.

По нашем прибытии дикари, которые усеяли берег в количестве семисот или восьмисот человек, в знак мира бросили в море несколько ветвей кавы, из корня которой островитяне Южного моря готовят свой опьяняющий напиток.

Когда мы высадились, мсье де Лангль приказал, чтобы каждую лодку охраняли один солдат и один матрос, в то время как экипажи баркасов, занятые наполнением бочек, будут под защитой двойной шеренги солдат с мушкетами, которая протянулась от баркасов до источника, где мы набирали воду.

Когда бочки наполнялись, их спокойно погружали в лодки. Островитяне не сопротивлялись вооруженным солдатам, которые не позволяли им приблизиться. Среди них были женщины и очень молодые девушки, которые предлагали себя нам самым бесстыдным образом, и не все отвергли их знаки внимания. Мы также увидели нескольких детей.

Когда наша работа подходила к концу, количество туземцев увеличилось, и они становились все более беспокойными. Это обстоятельство побудило мсье де Лангля отказаться от его изначального намерения выменять у туземцев немного съестных припасов, и он отдал приказ грузиться в лодки немедленно. Однако прежде, и это, я полагаю, стало первой причиной постигшего нас несчастья, он подарил немного бус нескольким островитянам, своего рода вождям, которые помогали нам удерживать туземцев в небольшом отдалении. Впрочем, мы были уверены, что их попытки сохранить порядок были всего лишь игрой: если эти предполагаемые вожди и обладали какой-либо властью, она распространялась на незначительное число их соотечественников.

Эти подарки, полученные лишь пятью или шестью островитянами, вызвали недовольство всех остальных. Всеобщий ропот отныне не прекращался, и мы более не могли их сдерживать. Однако они позволили нам взойти в баркасы, хотя часть из них последовала за нами в море, в то время как другие начали поднимать камни на берегу.

Поскольку баркасы сидели на мели недалеко от берега, мы были вынуждены по пояс войти в воду, чтобы попасть в них, и при этом несколько солдат намочили свое оружие. Когда мы находились в этом критическом положении, и начались те ужасные события, о которых я сейчас расскажу.

Только мы оказались в баркасах, как мсье де Лангль приказал столкнуть их с мели и поднять якорь. Несколько самых сильных островитян решили помешать этому и схватили канат. Капитан, свидетель их противодействия, видя, что волнение возрастает и несколько камней уже достигло его, попытался устрашить дикарей и выстрелил в воздух. Однако, нисколько не напуганные, они восприняли это как сигнал к общему наступлению.