Натали Гагарина - Брак по-арабски. Моя невероятная жизнь в Египте

– Ну, хорошо, – как-то очень мягко промурлыкала Карина. – Завтра – пятница. Выходной день. Давай-ка я тебе сделаю еще укольчик, и иди домой. Тебе надо выспаться. Я уверена, утром все будет хорошо.

– Благодарю тебя, Карина. Ты – моя спасительница.

– Ах, пустяки. Мне было приятно помочь тебе.

– До свиданья, коллега, – улыбнулся Алекс, выходя из ее квартиры.

– До свиданья. Но можно я зайду попозже, узнать, как самочувствие? Я буду переживать.

– Да, да. Конечно. Ахлян ва сахлян.

Алекс ушел, а Карина, закрыв дверь, закружилась по комнате. Она вся светилась от счастья. Ей хотелось петь, танцевать и обнимать весь мир.

Через два часа мучительного ожидания Карина тихо постучала в квартиру Алекса.

– Как самочувствие больного? – пропела она.

– Если бы не ты, Карина, я бы уже умер, – не отводя от нее взгляда, ответил Алекс.

– Можно войти?

– Прошу. Мы должны отметить это событие. Как насчет чашечки кофе?

– С удовольствием. Я помогу сварить кофе, – ворковала Карина.

Алекс поставил две маленькие чашечки на большой, мраморный стол. Достал две такие же маленькие, медные джезвы и быстро смолол свежую порцию кофе. Через минуту пьянящий аромат поплыл по квартире. Алекс поставил джезвы на стол, а Карина, медленно разлив кофе по чашечкам, обвила нежными руками шею мужчины и прильнула к нему всем телом.

Взяв ее на руки, Алекс отнес Карину в свою постель. Две чашечки с кофе остались на столе.

В тридцать лет у Алекса не было ни одной женщины. Свои сексуальные потребности он удовлетворял с латексной Жаннет, которую надувал маленьким электрическим насосом.

Алекс тщательно прятал Жаннет от случайного взгляда матери. Но Зейнаб не рыскала по шкафам и вообще не входила в комнату сына без его разрешения.

Карина почувствовала невинность Алекса и стала лидером в их первой ночи.

Алекс впервые познал женщину. Он был благодарен Карине за эту ночь.

Если бы это было возможным, Карина осталась бы с ним до утра. Но в Египте внебрачный секс запрещен, поэтому женщины прячутся под длинными одеждами и паранджой, а с мужчинами встречаюстя тайно.

Арабский мир сегодня – это сплетение разных идеологий и религий. И как бы правители Египта ни боролись за показную чистоту и нравственность отношений, им это не удастся.

Египетская женщина свободно выбирает стиль жизни. Она может получить любое образование и выбрать любую профессию. Она может работать там, где ей нравится. Она ходит в ночные клубы, spa-салоны, спортзалы с бассейнами. И еще, женщин за рулем в Египте ничуть не меньше, чем мужчин. Короче, как я ни старалась, я не заметила угнетения женщин в Египте.

Мне даже порой казалось, что именно женщины управляют мужчинами. Муж никогда не позволит жене нести тяжелые сумки. Когда супруги идут из супермаркета, муж сгибается под тяжестью сумок и пакетов, в то время как его жена величаво плывет рядом.

Все мальчики в Египте хотят быть врачами. Почему? Да потому, что сексуальное развитие в арабской стране запрещено как таковое. Женщины на публике, вне дома, тщательно скрывают свое тело. Мальчики, подрастая и обнаруживая интерес к противоположному полу, думают о том, как бы подобраться к девушкам поближе – и понимают, что женщины раздеваются перед врачами. Оп, и готова мечта! И хотя в последние годы женщины в Египте стали несколько доступнее, мальчики все равно стремятся быть врачами, а не космонавтами. Чего они там не видели, в черном холодном космосе...

Алекс в детстве мечтал об этом же. Он окончил медицинский институт в Каире и начал работать педиатром в обычной городской больнице. Однако рутинная работа его не устроила, и Алекс, отработав три года детским врачом и получив прекрасную практику, решил открыть собственную детскую клинику. Но для этого надо было улучшить образование и защитить докторскую диссертацию по педиатрии.

Молодой египтянин решил поехать на три года в Россию, получить диплом доктора медицинских наук.

Карина впала в отчаяние. «Как я останусь одна? – думала она. – Я должна видеть его каждый день!» О! Карина потеряла покой и думала только о своих чувствах. И конечно, она решила во что бы то ни стало дождаться Алекса и выйти-таки за него замуж.

Этим она и жила три года. Об этом она и думала днем и ночью.

И вот Алекс вернулся. Не один. С молодой русской женой. Он любит ее. Не Карину. Он целует ее. Не Карину. Кровь Карины закипала от ревности и обиды. Мысли в голове не выстраивались в логическую цепочку, а закручивались прихотливой спиралью.

– Я убью ее! – корчась в муках ревности, шипела Карина. – Алекс будет мой! Мой! И только мой! Эта русская не имеет никаких прав на него! Кто она такая? Тощая, белокожая девица из чужой страны. Я убью ее!

Карина и сама не знала, всерьез ли ей хочется моей смерти; но она точно хотела, чтобы меня не стало в жизни Алекса.

Ревность раздирала ее на части.

Ни Алекс, ни тем более я в то время ни о чем не догадывались.

– Мы всегда будем с тобой друзьями, – говорила Алексу Карина, загадочно улыбаясь. – Ты же знаешь, я желаю тебе счастья!

– Да, Карина, – отвечал ей Алекс, – ты мой хороший друг и, надеюсь, будешь хорошей подругой моей жене.

В Александрию!

Родственники из Александрии звонили Алексу каждый день. Им не терпелось встретиться с его русской женой. Они обсуждали день встречи и блюда, которые необходимо приготовить к приезду молодых.

Мама Алекса – Зейнаб очень волновалась. Больше всего она боялась, что невестка не понравится ей, и их отношения не сложатся. Это было бы ударом и для нее, и для ее любимого сына. И потом, она уже соскучилась по Каиру. Три года Зейнаб жила у дочери в Александрии, и ей очень хотелось скорее вернуться домой.

И вот наконец в очередную пятницу мы не остались дома – Алекс объявил, что мы едем в Александрию. Путь туда на автомобиле занял чуть больше трех часов. Можно было лететь, можно было доехать на поезде, но мы выбрали «Хонду» Алекса, в которой я с удовольствием ездила пассажиром. Сама я за руль садиться не собиралась: движение в Каире было просто безумным. В огромном мегаполисе смешались в кучу и тяжелые грузовики, и дорогие лимузины, и гужевой транспорт – и все ехали по каким-то непредсказуемым правилам.

Такси на улицах города было очень много, и меня до сих пор смешили эти темно-синие «Жигули» с черной полосой.

В Александрии такси тоже сплошь были российскими, но уже другого цвета: ярко-желтые с черной полосой. Стоило только поднять руку на обочине дороги, и такси просто появлялось рядом.

Египтяне сигналят о своих действиях не светом, а звуком. Погудел – и перестраивается на другую полосу.