Лес Мартин - Молодой Индиана Джонс и потайной город

– Всю мою жизнь я посвятил изучению священных таблиц, – ответил тот. – Весь этот год я следил за перемещением звезд через наш новый телескоп…

– Предоставленный, между прочим, моим царем… Простите мне мою смелость напомнить это Вам, Ваше Величество, – проговорил граф Стравский.

– Да, да, конечно, я помню об этом, – нетерпеливо согласился Король. Затем он вновь обратился к худому:

– Я задал тебе простой вопрос. Уверен ли ты в правильности выбора даты?

– Я поставлю на это свою жизнь, – заявил тот.

– Ты уже поставил на это свою жизнь, – резко поправил его Король. Затем он спросил толстяка:

– Готов ли ты к своей работе?

– Конечно, о Король из королей, – ответил тот. – Мне необходимы лишь мои инструменты.

– Тогда достань их и без промедления приступай, – скомандовал Король Зэд.

Теперь наступила очередь толстого хлопать в ладоши.

В комнату вошли двое слуг. Один из них нес выполненный из золота ящик для инструментов. У другого в руках был золотой поднос, на котором лежал невзрачный белый камень, имевший форму яйца.

– Теперь осталась лишь одна вещь, – произнес толстый.

– Скажи мальчишкам, что тебе еще необходимо, – приказал Король. – Мне ведь известно, насколько они любопытны.

Толстяк обернулся к Герману и Инди.

– Ваша кровь, – произнес он.

Глава 11

– Это не будет больно, – заявил толстяк, распахивая свой ящичек с инструментами.

– В последний раз я слышал эту фразу от зубного врача, – признался Герман. – И дантист, надо сказать, соврал.

Инди бросил Герману взгляд, который говорил: не дай им увидеть, что ты испуган.

Тот ответил ему также взглядом, который откровенно заявлял: но я-то действительно напуган.

И все, что Индиане оставалось сделать, это заявить: «Я буду первым» и, сделав шаг вперед, предстать перед толстяком.

Толстяк между тем раскрыл свой ящик и вытащил оттуда длинную серебряную иглу.

– Дай мне руку, – приказал он.

Инди тяжело сглотнул и протянул ему руку. Толстый захватил ее у запястья. Быстрым, выверенным движением он воткнул иголку Индиане в большой палец.

Инди не доставил толстяку удовольствие, не дал ему услышать возглас «ох!». Он даже не мигнул от резкой боли – лишь закусил нижнюю губу и устремил взгляд вперед. Он следил за тем, как толстяк выдавливал капли крови из уколотого пальца. И кровь капала на белый камень-яйцо.

Камень начал мерцать. Казалось, будто свет исходит прямо изнутри его.

– Хорошо! – воскликнул толстый. – Теперь другой!

Как только кровь была смыта с камня, его свет поблек.

– Теперь другой мальчишка! – скомандовал Король.

– О-ох! – вскрикнул Герман со всей силой своих легких, когда закапала и была проверена и его кровь.

– Блестяще! – провозгласил толстяк, когда камень вновь замерцал. Он поклонился Королю Зэду. – О Король Королей, священный камень, который никогда не обманывает, говорит, что оба мальчишки невинны. И Вы можете использовать любого из них, на кого падет Ваш выбор.

– Гм-мм-м, – пробормотал Король. – Вот это проблема. Кого же из них выбрать? Я приму свое решение позднее. У нас еще есть время. – Он повернулся к тощему. – Сколько там времени?

Худой вытащил золотые карманные часы и скосил на них взгляд.

– Если говорить точно, то до того как ударит полночь, остается десять часов и четыре минуты, – ответил он.

– Другими словами, нам придется еще долго ждать, чтобы узнать всю эту ерунду, – сказал Инди. – Хорошо. Дайте и нам передохнуть.

– Десять часов – это совсем немного, – сообщил ему Король Зэд. – Мой род дожидается этого момента в течение почти четырех тысячелетий.

– Ну конечно. Так и есть. Четыре тысячи лет, – насмехался Инди. – Нас-то ты обмануть не сможешь. Ты ведь не только вымогатель и похититель… Ты еще и жулик. Сначала показал нам представление из разряда «мы вам спляшем и споем» с идолом в Конье. А теперь эту мумбу-юмбу. Давай-ка, признавайся. Ты ведь король ничуть не более, чем и дервиш.

Но на этот раз Король посчитал ниже своего достоинства злиться на его слова. Он только улыбнулся.

– Твои речи не задевают меня. Они не более, чем жужжание назойливой мухи. Мухи, которую запросто можно раздавить. Но я, Зэд, Король Королей, буду милосерден. Я придам наивысшее значение вашим маленьким, жалким, никчемным жизням. Я объясню вам, почему вы должны умереть.

– Ну, конечно, скажи нам, – продолжал насмешки Инди. – Будет хоть над чем посмеяться.

– Увидим, кто из нас будет смеяться последним, – сказал Король. – Наступит полночь, и мой победный смех прогремит над всей землей.

– Ладно-ладно. Уже загрустил, – проговорил Индиана, все так же насмешливо, насколько он был только способен. – Давай же, рассказывай свою сказку.

– Знаете ли вы библейский Ветхий Завет? – спросил Король. – Вы ведь, наверное, считаете, что строфы Библии являются сказкой.

– Я знаю Библию, – заверил его Инди. – Всякий, кто хочет познать свою историю, обращается к ней.

– Тогда тебе известна история про Каина и Авеля, – продолжал Король.

– Естественно, – ответил Инди. – Они были братьями, сыновьями Адама и Евы. Каин разозлился на Авеля и прикончил его, став тем самым первым убийцей в истории рода человеческого.

– Очень хорошо, – похвалил его Король Зэд. – Я смотрю, что ты юный знаток. Но известно ли тебе, что произошло с Каином после убийства?

Инди на мгновение задумался.

– Он был изгнан из родительского дома и вынужден пойти на восток от Эдема. В сторону земли Нод, – Инди сделал паузу, но затем продолжил. – Есть еще кое-что. Он был клеймен Господом за свое преступление. Особой печатью, которая называется печать Каина.

– А что это была за печать? – поинтересовался Король.

– Не думаю, чтобы в Библии говорилось об этом, – признался Индиана, – По правде говоря, даже уверен в этом.

– Ты прав, – согласился Король Зэд. – Этого в Библии нет. По крайней мере в той Библии, которую знаешь ты. Но существует иная Библия, которая рассказывает эту историю по-иному.

– Я слышал об этом, – сказал Инди. – Этот сборник древних легенд и суеверий называется Апокриф. В мире распространены и различные версии этой книги.

– Но одна лишь ее версия правдива, – сказал Король. Его голос был глух, будто слова исходили из самой глубины души. – В этой версии говорится о том, как Властитель Тьмы дал Каину нож и одарил его заклятьем. И Канн с тем ножом мог быть уверенным в полной своей безопасности и мог править надо всем, чем только хотел повелевать.

Король еще больше понизил голос.

– Все, что Каин должен был для этого сделать, это окропить нож кровью Авеля и назвать имя убийцы – свое имя – всему миру. И после вся власть клинка переходила к нему. И она должна переходить к каждому, кто бы ни владел этим ножом вслед за ним. И так до скончания времен.