Неизведанный Рим. Легенды и секретные места Вечного города - Елена Романовна Елохина

class="p1">Они прославляли императора, молились богам, жаловались на службу, зачеркивали черточки, считая часы до конца рабочей смены, и не забывали подписывать свое имя, звание и дату. Все автографы приходятся на период с 215 по 245 год н. э.

О предназначении помещения явно говорила и напольная мозаика в главном зале. На белом фоне черная мраморная россыпь изображала морских чудищ и двух тритонов. У одного в руке были трезубец и потухший факел – символ победы над пожаром. Второй держал зажженный факел и указывал в сторону морских волн – без воды пожар не потушить.

К сожалению, своими глазами мозаику мы уже не увидим – она исчезла в годы Второй мировой войны. Так что придется верить словам археологов, оставивших эти письменные свидетельства.

Они наверняка сделали большой прорыв в изучении жизни древних пожарных, оказавшись здесь.

В казарме были колодец с водой, помещения для отдыха, кладовка для съестных запасов (в больших керамических вазах хранили оливковое масло, крупы, бобы, вино), туалет (разумеется!) и даже языческий алтарь.

Больше всего римские пожарные почитали духа по имени Экскубиторий и письменно благодарили его за помощь при тушении пожаров.

Имя покровителя происходит от названия пожарной части – Excubitorium. От глагола ex cubare – «спать за пределами дома», «нести караул».

В этом и состояла служба древних пожарных.

Впервые и на постоянной основе ее учредил император Август после пожара в 6 году I века н. э. Для него тема пожаров была горячей в прямом смысле слова (помните огнеупорную стену в Монти на Форуме?).

Август с гордостью заявлял, что унаследовал город из кирпича, а оставляет город в мраморе. Для достижения цели пришлось немало постараться. Под кирпичным Римом император, видимо, имел в виду парадный центр. Жилые кварталы (Субура прежде всего) больше походили на бесформенное нагромождение деревянных хижин. Перенаселение стало заметной проблемой с началом империи, когда рост благосостояния жителей вылился в побочный эффект – беби-бум. Но границы города не росли так быстро, как демографическая кривая. Всех надо было где-то расселить.

Тогда начали строить первые многоэтажки – инсулы. Мы о них уже говорили в главе про Капитолий.

В эпоху Августа начали вводить первые ограничения на высоту, но этого было недостаточно. На бедные верхние этажи не дотягивались водные трубы, а жители готовили пищу и согревались с помощью простейших (но не всегда безопасных в использовании) жаровен. Масляные лампы в сочетании с общими деревянными стенами между домами превращали и без того высокий риск пожаров в катастрофу.

Рим постоянно выгорал дотла. Огонь моментально перекидывался с одной инсулы на другую (между ними не было пространства), превращая город в один большой горящий факел.

Август взял быка за рога. Разделил город на 14 районов и выделил на них семь пожарных бригад по 500 человек в каждой. Но уже тогда расстояния в столице были приличные. Чтобы успеть на вызов, у каждой пожарной части был дополнительный пост – экскубиториум.

Такой и нашли в Трастевере. Он обслуживал районы вдоль Тибра, а главная часть находилась, вероятно, на другом берегу. Но от нее, как и от других казарм, не осталось и следа.

В распоряжении античных пожарных было не так много инструментов – телеги для перевозки бочек с водой и пожарные ведра, веревки и лестницы, чтобы взбираться наверх, топорики и кирки для выбивания дверей. Жителей горящих домов спасали, заворачивая в пропитанные водой и уксусом одеяла.

Главной проблемой было тушение верхних этажей, куда с ведрами не набегаешься. В Риме хватало публичных фонтанов и терм, где пожарные наполняли бочки. Но как поднять воду на высоту?

Так в пожарных частях появились первые примитивные насосы (сифоны) и даже специально обученный персонал (vigiles siphonarii).

Вообще вся их работа строилась почти по военной схеме – каждой бригаде свое занятие. Но навыков все равно не хватало, поэтому чаще всего потушить пожар означало снести здание, прежде чем пламя перекинется на соседние. А если это случилось, то и их тоже. Нужно было приехать на вызов как можно быстрее, пока огонь не разгорелся.

Древнеримские пожарные совмещали работу по тушению пожаров с обязанностями полицейских.

Что логично – лучше предотвратить пожар, чем тушить его.

Они патрулировали территорию из 423 кварталов с тысячами зданий – в основном с деревянными инсулами, где проживало более миллиона римлян.

Работы было так много, что иногда рабочий график становился ненормированным.

Одна из надписей на стенах казармы – настоящий крик души:

«Я устал, пришлите кого-нибудь на замену».

Имперские бригады назывались общим словом vigiles (гвардейцы или вигилы). Они занимались очень разнообразными задачами – на первый взгляд удивительными для пожарных. Проверяли склады (vigiles horreari) и общественные туалеты (vigiles balneari), допрашивали и охраняли заключенных (vigiles quaestionarii et carcerarii).

Патруль мог заявиться на частную вечеринку в дом богатого патриция с проверкой. Приготовлены ли большие резервуары с водой на случай пожара? Выставлена ли вооруженная всем необходимым охрана из рабов по периметру дворца?

Похоже на современные проверки на наличие огнетушителя и плана эвакуации в бизнес-центрах.

Самой опасной работой считалась работа ночного патруля трущоб – milites sebaciarii.

Sebum – бычий жир, который вигилы использовали для факелов во время обходов или сопровождения важных персон. Так что пожарные подрабатывали еще и телохранителями.

Прогулки под луной в те времена вряд ли можно было назвать романтичными.

Поэт августовской эпохи Гораций с усмешкой замечал, что только безумец может разгуливать по ночному Риму без завещания.

Похоже, среди персонала казармы в Трастевере их было немало – сохранилось много надписей с упоминанием себациариев.

Так что полицейский девиз «наша служба и опасна, и трудна» был актуален и два тысячелетия назад. Тогда он звучал: Ubi dolor ibi vigiles («Там, где боль – есть вигилы»).

Сложно назвать их просто пожарными – их полномочия выходили далеко за пределы борьбы с огнем.

Несмотря на все риски, игра стоила свеч… или бычьего жира.

В пожарный полк часто набирали либертов – освобожденных рабов (вольноотпущенников). Сбросив оковы, они тут же стремились получить римское гражданство и стать полноправными членами общества. Но для этого требовалось от 26 до 30 лет службы. Не у каждого в запасе было столько времени, учитывая скромную продолжительность жизни.

Август выдавал гражданство пожарным уже через 6 лет, а позже сократил срок до 3.

Его потомок Септимий Север приравнял пожарные бригады к военным. И освобождал самых выдающихся из них от налогов в благодарность за проявленную отвагу при спасении чужих жизней, рискуя собственной.

Вигилы в долгу не оставались. В пожарной части Остии-Антики сохранился алтарь культа императора (его