Евгений Абалаков - На высочайших вершинах Советского Союза

Производим съемку. Делаю зарисовки. Высота с поправкой 6440 метров. Оставляем записку о первовосхождении.

Покоренная вершина получает название пика 30-летия Советского государства.

Вершины заволакиваются туманом. Начался снегопад. В 6.10 пошли на спуск. Преодолели ледяной гребень. Сняли кошки и по скалам, слегка занесенным свежим снегом, спустились до оставленных вещей.

Уже стало темнеть, когда спустились до снежника. Первым на кошках начинает спуск Тимашев. Вскоре стемнело окончательно и все погрузилось в туман. Страховки нет. Спускаемся на полверевки и отдыхаем. Ноги держат плохо.

После отдыха на камне Тимашев переправляется через бергшрунд, в этом месте оказавшийся весьма узким. Затем Иванов и я.

В 10 часов поднимаемся по ледяному склону к себе в лагерь. Туман разошелся.

Вторая связка, обеспокоенная нашим опозданием, крепко обрадована благополучным окончанием нашего восхождения.

С удовольствием уничтожаем приготовленный для нас кисель.

2 сентября. Облачно. С перевала открылись чудесные панорамы на восток. Киносъемка.

В 13 часов пересекли ледник в верхней части и спускаемся левой стороной.

Начался трудный спуск на первую снежную подушку. Слегка подкармливаемся продуктами, оставленными Ануфриковым.

Спуск с крючьями на ледник (5200 метров). Тимашев заспорил с Сидоренко о дальнейшем продвижении. Саша Сидоренко повел по леднику, но вскоре зашел в тупик, и мы вынуждены заночевать на ледяной глыбе. Кругом провалы.

Наступила лунная ночь. Вершины в лунном свете призрачные и холодные.

3 сентября. Встали в девять часов, но солнце еще не осветило наши палатки.

Пришлось подниматься вверх и искать перехода на соседнюю ледяную гряду. Ближе к скалам обнаружили хороший выход с ледопада. Подъем и отдых. Высота 4860 метров.

В царстве глубоких трещин на леднике Сагран

Далее обход по леднику и последний взгляд на вершину Сидов… В проясняющемся небе вершина кажется такой близкой и доступной.

У лагеря нас встречают Багров и Зенякин. Крепко целуемся. Узнаем новости.

Август Андреевич и Успенский ушли обследовать перевал и к вечеру должны вернуться.

Продуктов в лагере нет. Ожидают носильщиков к вечеру. Багров ругает Кельзона и Старицкого: «Они давно уже в Зеленом лагере, а забросить продукты в Верхний лагерь не позаботились!»

Подкрепляемся маслом, размятым в сахарной пудре, — больше ничего нет.

К пяти часам подошли два носильщика — Адыл–бек и Сатыл–бек. Они принесли немного мяса, хлеба и консервов и очень много «гексы».

Ребята заволновались: что же греть на этой «гексе» при отсутствии продуктов? Хорошо мясо, хорош и суп, но всего этого ничтожно мало!

Солнце зашло. Морозно. Августа Андреевича все нет. Они пришли лишь в девять вечера. Радостная встреча. Расспросы.

4 сентября. Встали с солнышком. Сборы в обратный путь. Я с Анатолием Багровым сложили огромный тур, увесили его крючьями. Засняли все кругом.

Вышли в 11.30. Жаль покидать торжественную тишину вершин, особенно в такую тихую погоду…

На леднике идем вразброд. Багров и Иванов убежали вперед…

Я иду один, делаю наброски, фотографирую. Знакомые горы проплывают в обратном порядке. И над всем этим высится пик Москва (так назвали мы пик Сидов).

Сопоставляю виденное сверху с видом сбоку. Черчу схему; сейчас — полное представление об этом чудесном и интереснейшем районе.

Ледниковые потоки промыли во льду новые русла. Лед кончается, уступая место морене. Меня догоняют остальные. Прыгаем с камня на камень. Солнце уже скрылось за гребень «нашего» перевала.

Вместе с Гожевым намного опередили товарищей. Вот и место нашей бывшей перевалочной базы. Нагнали первую двойку (Иванова и Багрова). Пересекаем ледник Шини–бини, перелезаем нагромождения силя. Речка за наше отсутствие прорезала ледник на большое расстояние. В семь вечера — у бивуака Шини–бини.

Здесь нас уже ожидают пять ишаков и с ними Бабай. Он рад нашему возвращению и сразу же пошел встречать начальника.

Багров и Иванов получили разрешение двигаться дальше, до Зеленого лагеря. Оставив кое–какие вещи, они ушли.

Я принес с ледника злосчастную «гексу», сготовил чай и кисель (больше ничего нет).

В темноте подошли остальные. Последними — Сидоренко (у него болят ноги) и Ануфриков.

Спим под открытым небом.

5 сентября. Встали в семь часов. В 7.40 выход без завтрака, за неимением оного.

В Зеленый лагерь подошли к 11 часам. Приветственный шум, поздравления. Тепло здороваюсь с доктором Федоровым, с Ходакевичем, Науменко.

Ходакевич угощает вкуснейшим обедом из свежей киичины — его собственного приготовления. Наш заботливый великан (Ходакевич) приготовил и остроумную баню с паром (в палатке). С воплями и смехом моются все прибывшие. После этого происходит стирка и чистка всего загрязненного.

Вечером решаем, что все пойдут с караваном прежним путем, а я, Тимашев, Науменко и Сидоренко (съемка) пойдут на Ляхш.

Сплю один в кустах под открытым небом. Как приятно спать чистым на траве, под звездами.

Долго смотрю в ясное небо с силуэтами неподвижных ветвей и белыми громадами хребтов. На душе ясно и хорошо.

6 сентября. День полного отдыха и обильного подкармливания.

Несмотря на острый недостаток продуктов питания, медосмотр вновь прибывших дал хорошие показатели.

А вечером шумное совещание, затянувшееся до 12 часов ночи. Много высказываний. Подводятся общие итоги всей экспедиции в целом. Заключительное слово Августа Андреевича Летавета.

7 сентября. Зеленый лагерь свертывается. Сборы, выход в 9.40.

Наша четверка пошла вперед, вновь почувствовав себя легко и свободно. У моста поправили дорогу, и стали поджидать караван. Распрощались с товарищами и по едва заметной тропе, вьющейся по обрывам правого берега Саграна, пошли на Ляхш.

Экспедиция в центральный горный узел Памира[37]

22 марта в Московском Доме ученых состоялся доклад о высокогорной экспедиции альпинистов в труднодоступный и малоизученный район Советского Памира — верховья ледника Сагран.

Экспедиция была организована Всесоюзным Комитетом по делам физкультуры и спорта при Совете Министров СССР.

Начальник экспедиции заслуженный мастер спорта, действительный член Академии медицинских наук профессор А. А. Летавет, начальник штурма заслуженный мастер спорта скульптор Е. М. Абалаков и аспирант Географического института Академии наук Е. В. Тимашев рассказали о том, как спаянный коллектив советских альпинистов–исследователей в необычайно трудных условиях сурового рельефа заоблачных высот и жестокой непогоды проник в неисследованные области, совершил восхождение на одну из крупнейших вершин Памира и внес значительный вклад в науку, расшифровав этот, один из немногих уже, неясных уголков обширной территории нашей страны.