Михаил Певцов - Путешествия по Китаю и Монголии. Путешествие в Кашгарию и Куньлунь

Начальство над осиротевшей по смерти Н. М. Пржевальского экспедицией было возложено на меня. В личный состав ее, сверх избранных покойным себе сотрудников — поручика В. И. Роборовского и подпоручика П. К. Козлова — был включен еще, по желанию Русского географического общества, геолог, горный инженер К. И. Богданович; конвой же экспедиции, вследствие сокращения первоначального плана предприятия, уменьшен на 13 человек.

Задача реорганизованной таким образом экспедиции, поставленная Русским географическим обществом по соглашению с военным министерством, заключалась главным образом в исследовании окрайного хребта Куньлунь на пространстве от верховьев реки Юрун-каш до меридиана озера Лобнор и прилежащей к нему на юге полосы Тибетского нагорья, приблизительно до параллели 35°. При этом выступление экспедиции из Пржевальска, по причине необычайно снежной зимы в Тянь-Шане и завалов в горных проходах, было отложено до весны 1889 г., а пребывание ее за границею рассчитано на 2 года.

По назначению в декабре 1888 г. начальником экспедиции, я начал готовиться к путешествию и прежде всего знакомиться по доступным мне источникам с теми странами, которые нам предстояло посетить. В этом деле мне много помог наш известный синолог доктор Э. В. Бретшнейдер, скопировавший для меня из китайского атласа издания 1863 г. карты Восточного Туркестана, Джунгарии и Северо-Запад-ного Тибета, в масштабе 26 верст в дюйме, с переводом всех названий на русский язык. Кроме того, он сделал для меня извлечение из новейшей китайской географии «Си-юй-ту-чжи» о горах Восточного Туркестана и составил список сочинений европейских авторов об этой стране и о Тибете.

В течение 3 месяцев, оставшихся до отъезда из Петербурга, я успел несколько познакомиться с Восточным Туркестаном по сочинениям [60]: Иакинфа, Риттера, Валиханова, Шау, Форсайта, Беллью, Куропаткина, Пржевальского, Громбчевского, Зеланда и отчету нашего консула в Кашгаре Н. Ф. Петровского за 1885 г.{128}

Что же касается Северо-Западного Тибета, то об этой стране не только в европейских, но и в китайских источниках, просмотренных нашими синологами Э. В. Бретшнейдером и В. П. Васильевым, не нашлось никаких сведений.

К. И. Богданович

В рукописном географическом обозрении Тибета, составленном по тибетским источникам академиком В. П. Васильевым, которым он любезно разрешил мне попользоваться, я тоже не нашел никаких сведений о северо-западной части этой страны, кроме общего указания, что она очень высока и отличается суровым климатом.

Кроме предварительного ознакомления с помянутыми странами, мне в течение того же короткого периода времени приходилось заниматься еще исследованием инструментов, вычислением эфемерид {129} и приобретением необходимых для путешествия вещей.

21 марта 1889 г. я вместе с геологом экспедиции К. И. Богдановичем выехал из Петербурга. В Москве к нам присоединились В. И. Роборовский и П. К. Козлов, вызванные из Пржевальска еще в феврале, и 24 марта мы все вместе отправились в этот город.

В. И. Роборовский

Путь наш пролегал через Владикавказ, Тифлис, Баку и Каспийское море в Узун-ада, а оттуда по Закаспийской железной дороге через Ашхабад, Мерв, Чарджуй и Бухару в Самарканд. Из этого последнего мы ехали уже на почтовых лошадях чрез Ташкент, Чимкент, Аулие-Ата и Пишпек до Пржевальска, куда прибыли 20 апреля.

П. К. Козлов

Снаряжение экспедиции было почти окончено еще при жизни Н. М. Пржевальского и по осмотре найдено мною в отличном состоянии. Выбор людей для конвоя, сделанный им самим, был также вполне удачный. Оставалось только купить лошадей, построить палатки, юрты и запастись на первое время продовольственными продуктами, на что потребовалось около 3 недель.

10 мая все приготовления были окончены, и 13-го числа того же месяца экспедиция тронулась в далекий путь. В состав ее, кроме меня и трех моих сотрудников, входили переводчик, препаратор, 12 нижних чинов конвоя, 2 проводника и несколько погонщиков из киргизов, а животные экспедиции состояли из 88 верблюдов, 22 лошадей, 100 овец для пищи и 3 сторожевых собак.

По составленному заблаговременно маршруту я наметил для экспедиции путь через Восточный Туркестан в Тибет по местностям, частью вовсе не исследованным еще европейскими путешественниками, частью — лишь местами. По этому маршруту экспедиция направилась через перевал Бедель на юго-восток и, достигнув реки Яркенд-дарья, повернула по ней на юго-запад в Яркенд. Оттуда мы следовали по большой хотанской дороге на юг до Каргалыка, из которого, по случаю наступления сильных жаров, должны были свернуть на юго-запад, в горы Куньлуня, и пробыть в них на урочище Тохта-хон до сентября. Из этой местности экспедиция направилась 1 сентября прямым путем опять на большую хотанскую дорогу и, выйдя на нее в селении Гума, следовала по ней до самого Хотана, откуда через Чиру и Керию перешла в селение Ния и там расположилась на зимнюю квартиру, совершив предварительно экскурсию на юго-восток, в Куньлунь, для отыскания проходов через этот окраинный хребет на Тибетское нагорье.

Весна, лето и часть осени 1890 г. были посвящены исследованию юго-восточной окраины Кашгарской котловины, Куньлуня и прилежащей к нему на юге полосы Тибетского нагорья на протяжении от верховьев реки Керия-дарья до меридиана озера Лобнор. В начале октября экспедиция опустилась с этого нагорья к озеру Лобнор и затем через Курлю, Карашар, Токсун, Урумчи, Хотубей, минуя озеро Тел-ли-нор и кумирню Матэня, вышла 3 января 1891 г. в Зайсанский пост.

Произведенные мною и моими сотрудниками за границей исследования доставили нижеследующие результаты.

Снято лично мной посредством легкой мензулы и кипрегеля маршрутной глазомерной съемки, в масштабе 5 верст в дюйме, около 5500 верст. Моим помощником В. И. Роборовским во время его экскурсий в стороны от магистрального пути экспедиции снято буссолью такой же съемки в масштабе 10 верст в дюйме около 2500 верст и 5 верст в дюйме — до 200 верст. Другим моим помощником, П. К. Козловым, тоже во время боковых экскурсий, снято в масштабе 10 верст в дюйме около 300 верст и 5 верст в дюйме — 250 верст. Геолог экспедиции К. И. Богданович во время своих экскурсий отдельно от экспедиции снял буссолью в масштабе 10 верст в дюйме около 1500 верст. Следовательно, членами экспедиции сделано маршрутной глазомерной съемки около 10 250 верст и измерено ртутным барометром, гипсотермометром и анероидом 335 высот.

Пассажным инструментом, двумя столовыми и тремя карманными хронометрами мною определены широты и долготы 34 пунктов на пути экспедиции, причем в 10 из них сделаны еще магнитные наблюдения. В. И. Роборовский во время своих экскурсий определил малым универсальным инструментом и двумя карманными хронометрами географическое положение 13 пунктов.