Юрий Рост - Эверест-82

Ефимов и Туркевич подтягивают палатку и разводят примус, Бершов и я идем подальше от палатки на ледник и рубим чистый лед для приготовления еды. Затем в просторной палатке готовим ужин. Англичане после восхождения на Аннапурну по Южной стене вспоминали: «Как и следовало ожидать, мы толкуем о фантастической пище, которую попробуем после окончания экспедиции. Во время восхождения еда составляет 90 % всех разговоров, экспедиционные планы и политика еще 9,5 %, а женщины — всего 0,5 % или даже меньше». Довольно точное распределение, но у нас, вероятно, неплохое питание, и разговоры о нем занимают лишь около 50 %. Зато доля разговоров об экспедиционных планах, планах на будущее и воспоминаний у нас возрастает до 49,5 %.

Особенно красочно Миша рассказывает, как осенью он поедет на ЮБК (Южный берег Крыма) на международные соревнования по скалолазанию и, прогуливаясь по ялтинской набережной, будет есть самую большую и самую сочную грушу Бере. При этом все сглатывают слюну, а закрыв глаза, даже видят эту картину.

После вечерней связи затаив дыхание вслушиваемся в родные и такие далекие голоса близких людей, записанные на магнитофонную пленку. В базовый лагерь пришла телегруппа.

С хорошим настроением на следующий день поднимаемся в лагерь II. На дневной связи с удивлением узнаем, что Балыбердин к этому времени ушел от лагеря III только на 5 веревок, а Мысловский с шерпой Навангом, пробующим свои силы на Юго-западной стене Эвереста, — двумя веревками ниже решают какую-то проблему.

До темноты у нас много времени, и мы отбираем 16 наиболее наполненных баллонов с кислородом. Все готово к очередному рабочему дню. На этом переходе у нас должны быть самые тяжелые рюкзаки за весь выход.

В 18:00 Балыбердин говорит, что очень тяжелы рюкзаки, до палатки лагеря IV еще далеко. Наванг отказался от дальнейшего подъема. Прикидываем: при таком темпе набора высоты им предстоит ночная работа — в лагерь IV ребята поднимутся не раньше 22 часов. Уже засыпая, слышим шум падающих камней и звяканье какого-то металлического предмета. Значит, Володя и Эдик еще на нашей стороне стены. До 22:00 держим рацию на приеме, ожидая дополнительной связи, назначенной на 20.00.

1 Мая. Обмениваемся с базовым лагерем поздравлениями. Сообщаем, что наша колонна сейчас выступает в лагерь III. База дает «добро» на замену 3 спальных мешков кислородными баллонами и сообщает долгосрочный прогноз, по которому ожидается резкое ухудшение погоды в районе Эвереста с 3 по 10 мая. Наш штурм приходится на середину этого срока — 6 мая.

Ребята сверху передают, что достигли IV лагеря только в 23:00. Эдик оставил рюкзак несколькими веревками ниже. Утомленные вчерашним переходом, они еще не решили, как построят сегодняшний день.

Нам предстоит тяжелая работа. Каждый берет по 4 баллона весом по 3,3 кг, по 2 кг прочего общественного груза и свои личные вещи.

Пока мы медленно передвигаемся по перилам, делая по нескольку вдохов на каждый шаг, Бершов прилаживает к своему рюкзаку дополнительный 5-й баллон и надевает маску. Выйдя из лагеря II более чем с часовой задержкой, он догнал и обогнал нас. Когда же мы подходили к палаткам, в автоклаве уже закипала вода. Туркевич, видя, как его обошел Бершов, на 10-й веревке тоже берет дополнительный баллон и надевает кислородную маску. Но силы уже израсходованы, и кислород не дает такого же эффекта. Свободно располагаемся в палатках двойками.

Что же наверху?

18:00. Вечерняя связь. Балыбердин передает, что он обрабатывает 4-ю веревку над лагерем IV, а Мысловский вернулся за рюкзаком, оставленным накануне при подходе к лагерю. Впереди Володя не видит проблем. Путь к Западному гребню открыт.

Если бы эти веревки над лагерем IV были провешены до выхода на штурм, это значительно облегчило бы задачу передовой группы!

Снова ожидается позднее возвращение Володи и Эдика к палатке, и Тамм опять назначает дополнительную связь. Поздно вечером узнаем, что Балыбердин обработал полностью 4 веревки, а Мысловский при подходе к лагерю перевернулся на веревке и вынужден был сбросить рюкзак. Материальные и моральные потери значительны.

Мы просим их к утренней связи продумать перечень необходимого для них снаряжения. Обещаем посмотреть возможность подъема рюкзака Мысловского.

К утру потрясение ребят не прошло. Они какие-то заторможенные. Долго пытаюсь выяснить, что же им необходимо для дальнейшей работы. Приходится самим решать ряд вопросов. В результате поднимаем в лагерь IV 6 баллонов кислорода, маску, редуктор, кошки, 2 веревки, продукты. Бершов продвигается дальше и к 14 часам подходит к ребятам, обрабатывающим 6-ю веревку, доставляя им 3 баллона кислорода.

Мы же разгружаемся около палатки и пытаемся рассмотреть в кулуаре рюкзак Мысловского. Наконец различаем что-то красное. Это скорее моток веревки, а не рюкзак, и достать его не так-то просто. Отказываемся от этой затеи и возвращаемся в лагерь III.

По плану у нас завтра дневка, но мы хотим подняться в лагерь IV, если передовая двойка освободит его. К нашим прежним опасениям по поводу отсидки добавилось еще два: ожидаемое ухудшение погоды и тревожное положение передовой двойки.

Обсуждаем различные варианты штурма вершины. Их много. Это и выход ночью из IV лагеря вслед за передовой двойкой (полнолуние, ночи светлые и безветренные); подъем в лагерь V со спуском одной двойки на ночлег обратно в IV лагерь (если передовая двойка спустится рано и не сможет продолжить спуск в IV лагерь), чтобы на следующий день налегке снова подняться в V лагерь и продолжить совместное восхождение; ночевка вшестером в лагере V и наш ранний выход на штурм (если ребята вернутся так поздно, что до нашего выхода можно будет немножко пересидеть всем в палатке) и ряд других.

База дает «добро», и мы переселяемся в лагерь IV. По рации корректируем Мысловского и Балыбердина в выборе места для установки палатки лагеря V на рыжих скалах. От них до Западного гребня совсем немного.

Продвижение нашей группы идет уверенно: переходы между лагерями заканчиваем в светлое время, хорошо отдыхаем, выдумываем различные блюда, чтобы все ели с аппетитом. В этот выход с особым удовольствием готовим рис с ветчиной, обжаренной в масле с луком, с соусом «Молдова», компот, приготовленный из сухофруктов карманного питания с подмороженными яблоками, маринованные огурчики. Это помогает восстанавливать силы после тяжелой дневной работы.

Несмотря на то что в группе собрались лидеры своих коллективов и первое совместное восхождение мы совершили лишь 2 года назад в Медео, команда получилась дружная. Работаем спокойно. Острые углы не сглаживаем — обсуждаем, доказываем, разбираемся, пока не приходим к общему мнению. Бершов включает приемник, с которым не расстается на любом восхождении, и мы долго слушаем «Маяк».