Михаил Шевцов - Дорога в Ауровиль

Ознакомительный фрагмент

На вопрос, что я там буду делать, я отвечаю одним словом: «Жить». А если говорить о работе, то не думаю, что может быть что-то хуже ежедневного восьмичасового сидения в офисе перед монитором. Насмотрелся я на молодых еще ребят, после нескольких лет такой работы начинающих походить на инвалидов. И дело тут не только в безусловном физическом вреде подобного образа жизни, но, прежде всего, в отсутствии какого-либо морального удовлетворения. Да и какое может быть удовлетворение от зарабатывания денег для богатого дяди, отстегивающего тебе небольшую зарплату. А западный опыт успешных компаний, когда все работники фирмы являются ее акционерами, на нашей российской земле как-то не приживается.

Впрочем, все эти вопросы и ответы имели бы смысл, если бы я собрался уезжать в какую-то абстрактную зарубежную страну. В случае же с Ауровилем все обстояло несколько иначе.

Семья в принципе не возражала против переезда, однако ее смущало географическое расположение города. Вообще я заметил, что при слове «Индия» у людей, ни разу там не бывавших, возникает паника. Они делают круглые глаза и начинают говорить про болезни, жару, всеобщую нищету и убогое индийское кино. Я не знаю, почему у этой замечательной страны сложился такой образ в головах моих соотечественников. Хотя, с другой стороны, чего можно ожидать от людей, для которых чуть ли не единственный источник информации об Индии – мультфильм про Маугли.

Конечно, глупо было бы отрицать, что в Индии бывает жарко, а на улицах встречаются мусор и нищие. Но Россия, по-моему, тоже не везде блещет чистотой, и в ее городах и селах далеко не все живут в достатке. На мой взгляд, многие современные российские деревни и небольшие города с их бездорожьем, разрухой и массовым алкоголизмом производят более удручающее впечатление, чем деревни индийские. К тому же Индия настолько разная, что в ней можно увидеть абсолютно все. В том же Гоа есть такие шикарные районы, в сравнении с которыми Беверли-Хиллз не покажется чем-то особенным.

Что же касается климата, то это, конечно, вопрос личных предпочтений. Существуют люди, которые вообще не переносят жару, и таким, естественно, нахождение в Индии в летний период противопоказано. По мне же отсутствие солнечного света по три-четыре месяца в средней полосе России гораздо хуже двухмесячной жары. Тем более, что в наше время доступных кондиционеров и вентиляторов с жарой бороться намного легче, чем с отсутствием солнца.

К тому же индийская жара переносится совсем не так, как, например, московская. Когда в Москве термометр показывает тридцать градусов, жизнь становится невыносимой, хочется плюнуть на все и сбежать из города, или залезть под прохладный душ и не вылезать оттуда до наступления вечера. В Индии же – особенно вблизи морского побережья – подобная температура воспринимается абсолютно комфортно. Двадцать пять градусов днем уже означают, что ночью спать будет холодно. Московские тридцать по восприятию соответствуют индийским сорока. По-настоящему жарко, когда невозможно находиться на солнце дольше пары минут, становится, если температура в тени переваливает за сорок градусов – что, впрочем, бывает довольно редко.

Еще один немаловажный момент, который необходимо учесть, – глобальное изменение климата. Я уже давно не сомневаюсь, что данный процесс имеет место быть. За последние годы лето на юге Индии стало прохладнее, а зимой и весной теперь случаются кратковременные дожди, чего не помнят не только старожилы, но и древнейшие ведические книги. Летне-осенние муссоны, в свою очередь, становятся не такими дождливыми и продолжительными, как раньше. Так что вполне возможно, что южноиндийский климат через некоторое время станет лучше московского не только зимой, но и летом.

Итак, решено было ехать сразу после Нового года, как говорится, на разведку. Принимая во внимание, что у жены работа, у сына учеба и что отдыхали мы нормально последний раз очень-очень давно, план был следующий: неделя отдыха в Гоа; переезд в Ауровиль, где жена с сыном пробудут две недели и затем вернутся в Москву – я же собирался находиться там до конца марта.

В последний момент, как это иногда бывает, планы наши рухнули – не буду сейчас распространяться, почему. Жена, а следовательно, и сын, поехать не смогли. Мне стало грустно, что со мной не будет моей любимой женщины и моего сына. К счастью, совсем один я не остался. Мои школьные друзья Арсен и Ольга, воодушевленные возможностью отдыха у теплого южного моря, решили составить мне компанию на первые две недели.

Гоа

Родина, конечно, просто так не отпустила. Забрала-таки напоследок хорошую порцию нервных клеток.

Поездка от дома до аэропорта по морозной и бесснежной Москве прошла без приключений. На наших билетах было обозначено время вылета: 23:20. Мы, как честные пионеры, приехали за два часа, подошли к табло и начали искать свой рейс. Его не было. Мы еще раз внимательно просмотрели все строчки и вдруг обнаружили, что наш самолет вылетает через двадцать минут! Мы рванули к стойке регистрации – там сказали, что посадка закончена. «Подойдите к представителям турфирмы, у которой вы билеты покупали».

Рывок к стойке «Капитал Тур». За ней стоит девушка с видом «я – не я, и корова не моя». Лениво рассматривает наши билеты. «Регистрация, – говорит, – закончена, сделать ничего не могу, претензии к сотруднику, который выписывал вам билеты».

В такой момент где-то внутри тебя начинаются паника и отчаянье.

Слава богу, есть свои люди в руководстве авиакомпании. Звоним им. Там, естественно, все пьяные (вечер второго января), ржут над нами. В общем, позвонили они, куда надо: вылет задержали на час, снова открыли регистрацию. В сопровождении человека от «Трансаэро», в черном костюме и с рацией, мы пулей, минут за десять проскочили через все кордоны, рентгены и таможни и, взмыленные, ворвались в самолет.

В общем, все закончилось благополучно. Нас только расстроило, что мы не успели заскочить в «дьюти фри» – намечалась перспектива трезвого, а значит, и бессонного (что и подтвердилось в дальнейшем) перелета.

Стюардесса рассказала про спасательные жилеты и запасные выходы, и мы взлетели.

Народ вокруг активно откупоривал припасенные бутылки и разливал по пластиковым стаканчикам из-под выпитой воды. Постепенно салон наполнился нестройным хором нетрезвых голосов. Компания молодых ребят врубила магнитолу и под музыку в стиле гоа-транс организовала дискотеку в проходах.

Кто-то из ребят закурил. Стюардессы тщетно пытались их утихомирить – чуть потише танцоры стали вести себя только после реплики «мы вас в Баку высадим!»

Когда самолет начал снижаться, я прильнул к иллюминатору. Помню, какое впечатление в прошлый раз произвел на меня вид побережья с высоты птичьего полета: ярко-зеленый ковер, прорезанный стальными лентами дорог с игрушечными машинками; широкие реки с перекинутыми через них длинными белыми мостами; полоса песка вдоль берега синеголубого моря с бесконечным количеством корабликов в нем.