Enahma [<a href="/cdn-cgi/l/email-protection" class="__cf_email__" data-cfemail="f5909b949d9894b58c949d9a9adb969adb809e">[email&#160;protected]</a>] - Освобождаясь от пут

– Но…

– Как ты мог сделать это?

– Я не…

– Это непростительно. Квайет. Я…

Гарри почувствовал, что перед его глазами словно упала красная завеса. Ситуация слишком сильно напомнила ему другое утро. Он сжал руки в клаки по бокам, и его лицо напряглось от бессильного гнева. Он встал на цыпочки, чтобы оказаться столь же высоким, как его дядя, и прошипел ему:

– Ты ничем не лучше Малфоя! – сказал он Снейпу. – Это был не я, неужели ты не можешь понять? Я даже не трогал его! После того, как я парализовал его, пришел Малфой, напал на меня сзади, отнял мою палочку, наорал на меня, снял восемьдесят баллов, назначил неделю отработок и, наконец, угрожал исключить меня из Хогвартса, а я не мог ничего сказать в свое оправдание, потому что он не слушал! Но Бог с ним, я не возражаю! Но ты! – глаза у Гарри сверкнули. – Ты думаешь, что я напал на другого студента! Ты прерываешь меня и делаешь выводы, не выслушав! Я ожидал от тебя большего! – Гарри развернулся и исчез в полутемном коридоре, прежде чем Северус сумел отреагировать.

– Квайет! – услышал Гарри крик, но проигнорировал его. Он чувствовал себя раненым, страшно раненым и преданным. Как Северус мог поверить такому? Почему он не расспросил его, прежде чем обвинить?

И самое главное: как он мог поверить этому?

Как?

Внутренние мучения стали причиной огромной физической боли. Снова желудок. Он присел, чтобы уменьшить боль и отдышаться.

Теперь он чувствовал себя совершенно одиноким. Полностью, абсолютно одиноким и замерзшим, и испуганным, и… и…

Зазвенел звонок. Он должен идти на занятия, а после этого – на отработку. Урок астрономии казался длинным, нескончаемым. Он всегда ненавидел теоретическую астрономию – она была слишком скучной по сравнению с практическими занятиями.

После последних слов профессора он сбежал из класса: он видел, что преподаватель хочет что-то ему сказать, но Гарри было совершенно не интересно, что именно. Он не хотел разговаривать с Северусом, еще нет. Он был слишком разочарован и сердит, чтобы рискнуть решиться на еще одну беседу.

Завтра. Он навестит его завтра, но не сегодня. У него было время.

За час подготовки он приготовил уроки на завтра и отпросился на отработку. МакГонагалл, сидевшая с ними, отпустила его без дальнейших расспросов, и Гарри позволил горькой усмешке появиться на своем лице. Даже профессор трансфигурации, декан его факультета, не поверила истории Малфоя, только Северус Снейп, с его ясным суждением и высокой мудростью быстро заглотил слова директора. Конечно, старые рефлексы…

Он вернулся в гриффиндорскую башню, чтобы переодеться. Он надел пару непромокаемых ботинок и плащ – уже много дней шел дождь – и последовал к хижине Хагрида. Оказавшись там, он получил инструменты, необходимые для уборки (естественно, без магии) и начал работу.

Он не знал точно, что делать. Стойло действительно было грязным и воняло, но сад… Он был похож на болото, а не на твердую землю, и Гарри только подскальзывался, чуть не падая.

Через десять минут он был мокрый и грязный.

Еще через десять минут он почувствовал, что работа невыполнима. С каждой ходкой, что он делал, он приносил в стойло больше грязи, чем сумел вытащить. Он даже не соблазнялся применить магию: его палочку временно конфисковал Хагрид, А если бы кто-то узнал о его второй палочке, палочке Гарри Поттера… Нет. Так что выбора не было. Последствия оказались бы слишком серьезны.

Он простонал и продолжил бесконечную борьбу. Он высыпал экскременты в тачку, когда дверь открылась.

– Помощь нужна? – прервал его неприятные мысли голос Хагрида.

Гарри опустил совок и повернулся к леснику.

– Ты… – начал Гарри, но остановился. Хагрид сопровождал Лиэ. – Что ты здесь делаешь? – рявкнул он девочке.

– То же самое, что и ты, – сердито ответила она.

Гарри подозрительно сдвинул брови.

– Кто тебе назначил?..

Лиэ скрестила руки перед грудью.

– Твой драгоценный отец, – сказала она.

Несколько минут они стояли лицом к лицу, и враждебность в воздухе казалась почти осязаемой. Наконец Гарри сглотнул.

– Тогда ладно. Какую часть работы ты хочешь делать? Нагружать или выносить наружу?

– Выносить, – сказала Лиэ и с отвращением сморщила нос. – Терпеть не могу этот запах.

Гарри пожал плечами. Девочка выбрала более трудную часть работы, но он, по крайней мере, спросил. С ее помощью, однако, работа пошла значительно быстрее.

Он нагружал и относил ведра к двери, где Лиэ забирала их и вытряхивала их содержимое.

Через полчаса Лиэ открыла рот:

– Я устала. Мы можем сделать перерыв?

Гарри тотчас же согласился, он тоже устал.

– Полагаю, можем, – произнес он и снова опустил совок. Сесть было некуда, так что они прислонились к стене, чтобы немного отдохнуть.

– Знаешь, я не сержусь на тебя, – внезапно сказала Лиэ, опустив взгляд. – Я только…

– Я знаю, – вздохнул Гарри. – Отец думает, что Ты-Знаешь-Кто хочет меня похитить…

– Чтобы отомстить ему? – спросила Лиэ и посмотрела на него, заправляя волосы за уши.

Он почувствовал в груди внезапное тепло.

– Да, – сказал он и попытался улыбнуться, хотя и не был уверен, что все было отлично.

– Но… почему ты подозревал меня?

Гарри в затруднении потер шею.

– Я… мы подозревали всех.

– Ты всегда был с Грэйнджер. Почему ты не подозревал и ее?

Вопрос был очевиден. Ответ тоже. Однако Гарри не знал, что сказать. Его секрет был слишком важен, чтобы открыть его только потому…

– Я подозревал и ее. Но вместе мы были только в библиотеке. Не слишком вероятно, что она могла бы похитить меня внутри школы, – наконец нашел он подходящее оправдание.

Лиэ кивнула.

– Понимаю, – вздохнула она и вынула из кармана шоколадную лягушку. – Хочешь немного?

Когда Гарри посмотрел на шоколад, у него в животе громко заворчало. Лиэ хихикнула.

– Я могу понять это как «да»?

– Можешь, – запнулся Гарри, он почувствовал волнение и головокружение.

Девочка медленно развернула упаковку и вынула обнаруженную в ней карточку.

– Ох! – удивленно воскликнула она. – Я никогда раньше не видела эту карточку! Однако лицо такое знакомое, – задумалась она.

Гарри посмотрел на нее с интересом, но не коснулся карточки.

– Кто на ней?

– Саевус Малигнус Ноблестоун, – прочитала она вслух. – Я никогда раньше не слышала этого имени!

Гарри вскинул голову.

– Саевус Малигнус? Но… это Кровавый Барон! Пожалуйста, дай мне посмотреть эту карточку!

Лиэ положила в рот кусок шоколада.

– Вот, пожалуйста.

Гарри взял карточку и взглянул на фигуру на ней.

Но у него не было времени ее опознать. Гарри почувствовал, словно крюк уцепился ему за пупок и внезапно дернул вперед. Его ноги покинули землю; он устремился вперед в завывании ветра и кружении цвета.