Борис Мариан - Ночной звонок

В ожидании портье и метрдотеля, за которыми пошел дежурный администратор, Колчев разложил на столе фотографии. Придвинул к себе ту, на которую указал Гриценко. Фотография предназначалась для заграничного паспорта и была исполнена без какого-либо художественного изыска. Но женщина, запечатленная на ней, все равно выделялась красотой. На вид ей можно было дать лет двадцать семь — тридцать. Пышные русые волосы собраны на затылке в тяжелый узел, чуть раскосые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, смотрят открыто, улыбчиво.

В дверь постучали, и Колчев быстро перемешал на столе фотографии.

Оба работника мотеля заверили, что во время дежурства в пятницу не встречали ни кого из тех граждан, чьи фотографии лежали перед ними сейчас. Портье пояснил, что в тот день принимали большую группу туристов из Монголии, и поэтому почти все места были заранее забронированы.

— Пришлось даже закрыть на время ресторан, — добавил метрдотель. — Образовалась очередь: те, кто не попал на ужин в первую смену, ждали более часа, нервничали. Я лично несколько раз выходил в холл, успокаивал, как мог, товарищей, и хорошо помню, что никого из них, — метрдотель кивнул на фотографии, — среди наших тогдашних гостей не было.

Колчев, устроившись на скамейке возле входа в мотель, время от времени задумчивым взглядом провожал проносящиеся мимо автомобили. Он подводил итог дню. Следовало признать, что выглядел этот итог малоутешительным.

Пожилая уборщица закончила мыть крыльцо, выжала в ведро тряпку и, тяжело переступая отечными ногами, подошла к Колчеву и участливо спросила:

— Что, сынок, переночевать негде? Все едет интурист, едет, — женщина вздохнула. — Тебе на одну ночь или как? — поинтересовалась она.

— До утра, — ответил Колчев, с интересом разглядывая неожиданную собеседницу. Подумал с досадой: как же это он оставил без внимания пресловутый «частный сектор». Пожилая уборщица, по всей вероятности, прирабатывала тем, что сдавала неудачливым туристам койки на ночь. Так оно и оказалось.

— Если до утра только, то пойдем, — предложила уборщица. — Дом мой недалече, за пригорком. Пять минут идти, не более.

Женщина двинулась по тропинке в сторону от трассы. Колчев последовал за ней.

— Как ваше имя-отчество? — спросил он.

— Зови тетей Пашей, — разрешила уборщица. — Рублик уплотишь — и спи себе с богом, — продолжала она. — Так оно даже дешевле выходит, чем в номерах. Да и на пуховичке спать будешь, не на соломе ихней. У меня все честь по чести, как у людей. Только рублик вперед — такой порядок.

— Держите, — Колчев протянул тете Паше деньги. — Выручили вы меня, доброе у вас сердце. Наверное, многие вас добрым словом поминают, — льстил Колчев тете Паше, стараясь вызвать ее на откровенный разговор. Но, видимо, переусердствовал.

— Это за что же мне такая честь? — Уборщица настороженно покосилась на Колчева.

— Так ведь, наверное, и до меня путников ночлегом выручали? — с наигранным простодушием спросил капитан.

— Это уж как придется, — уклончиво ответила тетя Паша. — Если вижу, что приличный человек мается — предложу у себя переночевать. Ведь на раскладушке или там в кресле калачиком — какой это сон… Третьего дня мужчина останавливался. Подкатил это он, значит, к мотелю на «Москвиче» поздно вечером, а местов уже и нету. Ну, я и предложила ему переночевать. Очень доволен остался, все трояк уплатить старался. Только я трояк тот не взяла. Место рубль стоит. Рубль как есть, — осторожная тетя Паша настойчиво подчеркивала минимальный, почти символический доход, который получала от своих случайных постояльцев.

— Третьего дня, говорите? — переспросил Колчев и в волненье потер переносицу.

— Кажись, третьего дня, — тетя Паша догадалась, что не ее скромный «бизнес» интересует этого молодого энергичного мужчину в кожаной куртке, а коль так, то и таиться ей не следует. А то только наведешь тень на плетень, себе же хуже сделаешь. — Вчера у меня молдаване из Кишинева были, а когда кто до них — не помню точно.

Некоторое время шли молча.

— Ты машину на стоянке оставил? — как бы невзначай поинтересовалась тетя Паша.

— Я на попутной приехал, — ответил Колчев.

— Бывает, — равнодушно сказала тетя Паша. — Мне без разницы, кто да на чем путешествует. Хоть в ступе, хоть на помеле верхом, — она мелко, отрывисто рассмеялась.

— Я по службе, — строго объявил Колчев. — Разыскиваем опасного преступника. — Таиться более не имело смысла.

— Ну?! — притворно удивилась тетя Паша.

— Вот вам и «ну», — все тем же строгим тоном продолжал капитан. Его и забавляла и начинала уже раздражать деланная простоватость тети Паши. — На большой дороге — оно по-всякому случается. Не исключено, гражданка, что вы вступили в контакт с теми, кого мы ищем.

— Да бог с тобой! — на сей раз искренне всполошилась тетя Паша.

— Ничего в этом предосудительного нет, ведь вы могли и не знать, с кем имеете дело, — посчитал нужным несколько успокоить владелицу пуховичка Колчев. — Поглядите, может, кого признаете.

Он подвел тетю Пашу к фонарю, достал фотографии и раскрыл их веером.

— Он! — тетя Паша от волнения сжала Колчеву руку. — Тот самый, на «Москвиче». Надо же, — она сокрушенно покачала головой, — такой на вид культурный и обходительный мужчина. Все три рубля заплатить хотел.

Колчев ловко, как карточную колоду, перемешал фотографии и попросил еще раз глянуть на них. И на сей раз она без колебания указала на ту же фотографию.

— Спасибо вам, мамаша, — поблагодарил тетю Пашу Колчев. Поправил на плече ремень «репортера». — На пуховичке как-нибудь в другой раз переночую.

Он повернулся и побежал к автотрассе.

— Рублик, — вспомнила тетя Паша. — Эй, служивый, рублик обратно получи!..

Но Колчев уже свернул за угол мотеля.

4

Утром следующего дня в кабинете начальника отдела управления госбезопасности полковника Кузьмина собрались на совещание майор Ерохин, капитан Колчев и прикомандированный к ним старший лейтенант милиции Иволгин — группа, расследующая дело о похищении драгоценностей и попытке их контрабандного провоза через границу.

— Установлено, что Сырцов Юрий Николаевич ночевал в прошлую пятницу в Рыбинске, но не в мотеле, а на квартире у уборщицы тети Паши, — докладывал капитан Колчев. — Правда, она не помнит точно, когда у нее останавливался этот, как она выразилась, культурный и обходительный мужчина, но, сопоставив имеющиеся в нашем распоряжении факты, можно считать, что Сырцов ночевал у нее в прошлую пятницу.