Дарья Кузнецова - Ищейка

— Спасибо, — я даже не знал, что ещё ответить на столь непосредственное заявление.

— Мне страшно, Блэйк, — она вдруг помрачнела и вздохнула. Совсем по-взрослому.

— Не бойся, я буду тебя защищать, — я ободряюще улыбнулся, но на неё это простое заявление произвело магическое воздействие.

— То есть, ты мне правда поможешь? — восторженно переспросила она.

— В чём именно?

— Прогонишь их, — пожала плечами девочка.

— Кого?

— Тех, кто делает мне больно, — она перевела печальный взгляд на океан за моей спиной. — Мне одной страшно, и я совсем ничего не могу сделать… Ты бы смог стать моим защитником, — тяжкий вздох.

— Но… кто это? — растерялся я. В голове совершенно не укладывалось, что кто-то может желать зла и, более того, причинять боль ребёнку, да ещё ребёнку с такой светлой улыбкой, от которой хотелось быть лучше, чем ты есть на самом деле, сделать что-то большое и доброе для всего окружающего мира.

— Те, кто создаёт дыры в ад, — дрожащим голосом произнесла она.

— Сектанты? Но зачем им это?!

— Я не знаю, — девочка всхлипнула, вытирая ладонью глаза. — Я не могу у них спросить, а сама не понимаю… Я же ещё совсем маленькая, а люди — они такие сложные!

— Не плачь, я всё сделаю, я с ними разберусь, — торопливо пообещал я. Каждая слезинка этого создания отчего-то отзывалась щемящей болью глубоко в сердце. — Я буду твоим защитником, и никто больше не посмеет делать тебе больно, хорошо?

— Спасибо! — звонко рассмеявшись, девочка обняла меня за шею и чмокнула в щёку. — А теперь тебе пора…

— Подожди, но я же даже не знаю, как тебя зовут, — вдруг сообразил я.

— Мы давно-давно знакомы, — радостно рассмеялась она. — Неужели ты меня не узнал?

— Честно говоря, нет, — я покачал головой. Понятие "давным-давно" как-то не ассоциировалось у меня с двенадцати, или даже десятилетним ребёнком…

— Я Аико, — беспечно пожала плечами девочка. — Ты меня уже давно защищаешь, а теперь ты мой хранитель. Больше ни у кого — ни у кого нет защитника-дракона! С тобой мне не страшно… Тебе пора! — светло улыбнулась она и совершенно неожиданно отвесила мне оплеуху. С недетской силой, да ещё и отозвавшуюся болью в затылке.

— …Блэйк! — от второй оплеухи я открыл глаза, сообразив, что лежу на каких-то камнях, над головой серебрится плёнка защитного купола.

— Твою Силу, Рико, ты озверел?

Так. Что-то мне это напоминает.

— Но он же очнулся…

— Да ты ему шишку на весь затылок организовал, умник! — прорычала миу, давая подзатыльник огненному нашему. Нет, определённо, я это уже где-то видел!

Мне помогли сесть, я благодарно кивнул, растерянно озираясь. Улица. Судя по всему, где-то в Скальном районе. Разрушений в поле зрения не видно, трупов тоже. Компания весьма знакомая — миу, Аморалес, Салем и Аро. Мы сидели буквально посреди улицы. Какой-то экипаж, снизив скорость, объезжал нас, вжимаясь в край пешеходной дорожки.

— Что случилось?

— С какого момента? В смысле, что ты последнее помнишь? — с ухмылкой поинтересовался Салем.

— Я? — вопрос оказался неожиданно сложным. А что я помню? — Меня хранителем назначали, пока мне Рико по морде не дал…

— Хранителем чего? — тут же влез огненный наш.

— Аико, — машинально ответил я. — Она сама попросила…

— Интересные у тебя глюки, — задумчиво хмыкнул Салем.

— Ладно, а до этого что помнишь? — нахмурилась миу.

— До этого? А до этого… ничего не помню… — неожиданно осознал я. Ведь действительно, не помню.

— А с памятью-то у него что? — возмутился Аморалес.

— А кто ему затылок разбил? — огрызнулся Салем.

— Так ведь я…

— Постарайся, это важно, — отмахнулась от обоих, как оперная дива от поклонников, целительница. — Что-то ты должен помнить! К примеру, нас — помнишь?

— Сейчас, подожди, сосредоточусь, — я вздохнул. В голове кроме звонкого голоска девочки Аико не было ровным счётом ничего. Хотя… — Вас всех помню. Весь учебный курс помню. О! Учёного из другого плана помню… Потом ещё про драконов что-то помню, — я нахмурился. — Только, по-моему, это тоже сон был…

— Ага, кошмарный, — хихикнул даймон. — Но ты на верном пути, вспоминай дальше.

— Стоп… — упоминание про кошмар вызвало целый поток несвязных отрывочных образов, я даже за голову схватился.

— Ты смотри, прозрение близится, — Энрике ткнул локтем старшего Гончую. Тот отмахнулся, но улыбку удержать не смог.

— Так. Это был не сон? — бардак в голове наконец стабилизировался, и я даже более-менее вспомнил. В частности, то, как был драконом… Во всяком случае, ту часть событий, какую мог осознать. Очень сложно с позиции обычного человеческого мышления оценивать ощущения, мысли и поступки существа совершенно иной природы. Дракон, как и мы, видел и ощущал дождь, но одновременно был этим самым дождём. А уж понять механизм того процесса, который в моей памяти отложился как растворение, я и вовсе не могу. Равно как и многие другие вещи… — Последнее что я помню, так это странный зов, и то, как мы… с тобой? — я вопросительно покосился на даймона. Тот, для разнообразия молча, кивнул. — Так вот, помню, как мы с тобой полетели на этот самый зов, и на этом всё кончилось. А где мы, собственно? И вообще, может, стоит освободить проезжую часть?

Проезжую часть мы, само собой, освободили. Лея, возмущаясь, что наши приключения с достойной лучшего применения периодичностью происходят именно в её дежурство, отправилась на пост, Салем с Аро тоже с нами идти отказались, сославшись на какие-то дела, поэтому мы с Аморалесом, недолго думая, отправились ко мне на кухню вдвоём. Надо было обсудить и утрясти последние события в спокойной обстановке.

Лучше бы мы подумали подольше…

— Блэйк! — Марена повисла у меня на шее, стоило выйти из телепорта. Сначала я от неожиданности решил, что целью этого броска было меня придушить… Отнюдь, у девушки просто была истерика.

— Что случилось? — вздохнул я, обнимая её вздрагивающие плечи. Ответить что-то внятное мне не смогли — рыжее чудо рыдало в два ручья, совершенно не способное на диалог.

— Что случилось?! — возмутилось рядом ещё одно чудо, не способное на диалог. Судя по всему, у Реи тоже было состояние, близкое к истерике, только выражалось это по-другому. Для начала я схлопотал от подруги подзатыльник. После того, как тем же местом меня о брусчатку приложил даймон — ощущение феерическое; с трудом удержался от болезненного шипения, стиснув зубы до хруста эмали, и схватился одной рукой за пострадавшее место. В том, что не успел отшатнуться, меня оправдывает одно: от княжны я подобного ожидать мог в последнюю очередь. Куда делась невозмутимая, лёгкая и жизнерадостная Реи? Кто её подменил в моё отсутствие? — Твою Силу, Блэйк, ты на улицу выгляни! И… ты, вообще, этот шторм видел? Ты, ты… Гр-р! Убила бы!