Константин Якименко-Сегедский - Страна динозавров

— Это конечно интересная лекция, профессор, — остановил я постепенно разжигающегося и прибавляющего в голосе Челенджера. — Но я не думаю, что сейчас самый подходящий момент для этого. Вы не забыли случайно, что находимся возле самого опасного хищника в меловых лесах? Может, лучше удалимся куда-нибудь в безопасное место?

— Да, вы правы, — наконец, оценил ситуацию зоолог. — Тогда давайте убираться отсюда и побыстрее.

Осторожно и стараясь не поднимать много шума, мы спустились с холма и быстро, но, постоянно оглядываясь по сторонам, на случай чего, подошли к лесной гуще и вскоре скрылись в её покрове.

По тропинке вернулись к шлюпке, где, отойдя на ней к противоположному берегу, быстро пообедали и продолжили плавание.

Глава сорок пятая

Через тернии к богатствам

Река по-прежнему устремлялась на восток, сохраняя свою ширину и растительность. Мы вновь поставили парус и намного быстрее, чем мы передвигались бы на веслах, помчались против течения.

По дороге между зарослями джунглей на обоих берегах опять виднелись тропинки: и узкие и широкие — но всегда пустые, без единого животного. Снова останавливаться и осматривать лес, уже не было никакого желания (итак потратили на это полдня), поэтому вплоть до ужина об остановке и речи быть не могло.

Через несколько часов за верхушками деревьев на левом берегу реки стал возвышаться сначала пологий и узкий, а затем всё выше и шире ещё один скалистый хребет, отделяемый от реки лишь узкой полосой кустов и деревьев.

А ещё через некоторое время подобная картина повторилась и на противоположном берегу, только с несколько более крутыми откосами скал.

На сколько было видно, этот каньон простирался на достаточно большое расстояние, теряясь за каким-то поворотом далеко-далеко на горизонте.

Поднимающиеся практически от берегов реки скалы с крутыми, покрытыми скудной растительностью, откосами возвышались вплоть до самого Урана, от чего в низине, на поверхности реки, быстро становилось до невозможности темно. Практически это напоминало предвечерние сумерки перед закатом, только вот этот невидимый закат затянулся уж чересчур долго.

Найдя среди этой темноты более-менее подходящую поляну, заключённую с одной стороны узким пляжем, а с другой практически отвесной каменной стеной, мы остановились на привал и сразу же разожгли костёр, чтобы хоть что-то видеть в опустившейся на нас мгле.

Утром, подсчитав оставшиеся запасы провизии, решили порыбачить и, если удастся, то наловить рыбы и про запас.

К счастью, рыба клевала хорошо. Очень скоро мы наловили необходимое её количество и ещё до обеда успели пройти пару миль на шлюпке, пока не вышли на развилку реки, прорубившей себе путь сразу в двух направлениях между этих скал.

Сначала мы подумали, что устье справа, которое было примерно в два раза уже, чем левое, вливается в наше русло. Вытекать же из него наоборот, она вроде не могла, так как в этом случае она неизменно должна была бы впадать в море в тех местах, где мы не так давно обошли всё морское побережье, не обнаружив ни единого, даже самого малого ручейка, впадавшего в море. Но всё же мы ошибались. Присмотревшись получше и определив направление течения этих устьев, мы пришли к выводу, что в этом месте протекает одна и та же река, разделяющаяся на два русла, одно из которых мы только что прошли. Другое же русло располагалось как раз с права от нас. На счёт его у нас существовала всё же некая неопределённость по поводу того, куда же оно впадает.

Развеять её мы решили в самом скором времени. И, после обеда, проведённом на скалистом берегу реки, устремились по её гладкой поверхности вниз, по слабому, еле ощутимому течению.

Однако теперь, учитывая значительно меньшие размеры этого русла, о парусе пришлось на время забыть и переключиться на одни вёсла.

После получасовой разминки с вёслами, мы решили осмотреть склон горы, более-менее полого спускающийся к нашей реке. До вершины мы, конечно, добраться не собирались (это заняло бы слишком много времени), но проверить, из чего сложена местная возвышенность, могли.

У основания горы было слишком много песка, земли и разных растений, так что пришлось забраться на достаточную высоту, прежде чем мы достигли абсолютно гладкого скалистого откоса, отшлифованного здешними ветрами.

Мы отбили несколько образцов породы, взятых в разных местах, и уже начали спускаться, как вдруг Челенджер остановился на одной небольшой площадке, на которой мы ещё не были, и воскликнул:

— Вы только посмотрите на это! — он ошеломлено глядел на какие-то жёлтые вкрапления в скальной породе, указывая на них протянутой рукой.

— На что? — не понял его коллега.

— На эти жёлтоватые выступы! Всмотритесь повнимательнее, это же настоящее золото, чёрт побери!

— Что? — спросил лорд.

— Самое настоящее золото, — чётко повторил профессор.

— Не может быть! — произнёс я, и мы вместе подошли к скале, где выступали кусочки металла, резко контрастирующего с остальной породой.

Взявшись за молотки, мы отбили несколько образцов: на вид они оказались обычными камнями.

— А вы уверены, что это золото, профессор? — спросил я.

— Абсолютно. Вы не смущайтесь, что эти кусочки не очень похожи на настоящее золото. Это всё из-за присутствия в них других пород и смолы, которые, в общем, называют шлаком. Но стоит только пропустить этот кусочек через специальную печь, снять шлак, который под действием температуры вытиснится на поверхность над более тяжёлым золотом, и вы получите самый настоящий слиток золота. Можете даже расписаться на нём, пока тот будет остывать.

— И сколько же эти кусочки, по-вашему, стоят?

— Точно сказать не могу, но всего золота, которое здесь покоится, хватило бы, наверное, на сооружение нового «Титаника».

— Значит, экспедиция прошла не даром, — улыбнулся я.

— Да, теперь мы можем разбогатеть и ещё как! — согласился со мной Рокстон.

— Ну, чего же тогда вы стоите, — сказал Саммерли, беря в свои руки геологический молоточек. — Вперёд за работу, ведь мы не можем задерживаться здесь на долго!

— Что ж, за свои деньги можно и поработать! — ответил лорд и тоже взялся за молоток. — А теперь за работу!

Четыре молотка дружно впились в горную породу, выбивая из скалы драгоценные камешки и дробя окружающую их породу.

Работали мы, не покладая рук, примерно пару часов, так как для себя и на себя. За это время отбили столько драгоценной породы, сколько нам и во сне не снилось.

— Ух, — тяжело выдохнул воздух лорд Джон, переводя дыхание и усаживаясь на выступающую рядом каменную глыбу. — Всё, кажется, нам этого хватит.