Иван Винаров - Бойцы тихого фронта

Последний город, который группа «Z-9» должна была посетить согласно составленной еще в Вене программе обучения, был индустриальный центр Любек на Балтийском море. В тамошнем заводе «Дрегерверке» слушателям предстояло познакомиться с различными типами противогазов, которые завод производил в огромных количествах. (Странно, для чего? Ведь было мирное время!) Специалисты завода не только демонстрировали им устройство и правила пользования современными противогазами, но и провели со слушателями занятия «в боевых» условиях: надев противогазы, они должны были входить в герметически закрытые помещения, наполненные всевозможными отравляющими газами. При этом им объясняли, что эти газы наиболее часто выделяются при пожарах на химических заводах, а некоторые из них «могут быть применены в будущей войне»…

Все это было странным — и новые конструкции противогазовых масок, и аварийные водолазные костюмы, и всевозможные химические средства, служащие для возникновения и тушения пожаров, которые рекомендовались как средства «защиты в мирное время» от пожаров и стихийных бедствий. Однако почему все эти заводы были окружены строжайшей секретностью и работали под контролем тайной полиции? Почему их мощности увеличивались с такой невероятной быстротой? Ведь противогазами, выпускавшимися заводом «Дрегерверке», можно было оснастить пожарные команды многих городов мира.

Гертруда Б. должна была встретиться со мной в одной из пивных небольшого приморского городка Травемюнде, расположенного неподалеку от Любека. На встречу я должен был прийти в плаще точно указанного фасона, с зонтом, перекинутым через руку, я должен был курить определенный сорт трубочного табака, причем закурить трубку следовало в точно указанный момент. Женщина должна была прийти на свидание в плаще указанного цвета. Мне описали ее прическу, цвет перчаток. В точно указанное время она должна была войти в пивную и начать снимать перчатки еще у входа. Проходя мимо меня, она должна была «случайно» уронить левую перчатку. Я обязан был поднять перчатку и подать ей, произнеся при этом пароль.

Все произошло так, как было задумано.

Вечером в назначенный день я сидел за одним из центральных столиков около прохода, который вел к ряду отдельных кабинетов, расположенных в глубине зала. В пивной не было гардероба, и свой плащ, намокший под моросящим осенним дождем, я повесил на вешалку около стола. Официант принял заказ и удалился. Я достал трубку, но не спешил ее зажигать — до момента встречи оставалось несколько минут.

Женщина, названная Берзиным Гертрудой Б., появилась в точности так, как об этом было условлено. Модный голубой плащ подчеркивал золотистость волос, собранных на затылке в пышный узел. Женщина вошла и, не оглядываясь по сторонам, еще на пороге начала снимать темно-синие кожаные перчатки. Держалась она свободно и просто, и прежде чем оберкельнер приблизился к ней, чтобы предложить ей столик, направилась в мою сторону, делая вид, что не замечает меня.

Она небрежно уронила левую перчатку и прошла вперед, а я, как требует долг вежливости, встал, поднял перчатку и подал ее даме, произнеся при этом условную фразу. Можно было считать, что намеченная встреча состоялась. Дойдя до ряда отдельных кабинетов, она должна сесть за столик у широкой стеклянной витрины лицом к выходу.

Но в это время случилось неожиданное.

В тот самый момент, когда женщина собиралась повернуть к свободным столикам около витрины, со стороны отдельных кабинетов прозвучал приветливый голос мужчины:

— Алло, Гертруда, никак вы меня не заметили? Составьте мне компанию, сделайте милость!

Женщина остановилась как вкопанная. Я не видел ее лица, но допускал, что вид у нее был обескураженный. Секунду-другую она стояла в нерешительности… Мужчина проворно встал из-за столика и, галантно подхватив ее под руку, увлек в отдельный кабинет, женщина, словно против своей воли, пошла с мужчиной и села за его столик.

Что все это значило? Она ведь должна была сесть одна за какой-нибудь свободный столик у окна. Но что ей оставалось делать в подобной ситуации? Как она могла отказать такому шумному и настоятельному приглашению, очевидно, сделанному близким человеком — другом, родственником, старым знакомым?

Наша явка предусматривала, как это делается обычно, запасную встречу в том случае, когда что-то помешает установить контакт. Как же быть сейчас?

Мысль моя лихорадочно работала. Если мужчина агент (он сидел спиной, в то время как женщина сидела ко мне лицом и несколько раз обращала взгляд в мою сторону), то, наверное, он здесь не один… Я пил пиво и внимательно оглядывал зал: ничего подозрительного. Несколько мужских компаний молчаливо потягивали пиво. На улице тихо моросил октябрьский дождь, с моря наползал густой мокрый туман.

Существует много способов, которые разведчик может применить, оказавшись в подозрительной обстановке. Я уже обдумал свое дальнейшее поведение, когда вдруг интересовавшая меня пара, выпив по маленькой рюмке коньяка, поднялась из-за столика. Мужчина обходительно подал плащ своей даме, стоя спиной ко мне. Потом он стал надевать свой плащ, повернулся в мою сторону и, весело разговаривая с дамой, на миг задержал взгляд на мне, незаметно кивнул.

Вот так сюрприз! Мужчина с дымящейся сигаретой во рту, медленно надевавший свой плащ, был военный разведчик Оскар, один из ближайших помощников Павла Ивановича Берзина.

Они направились к выходу, прошли мимо моего столика, Оскар что-то громко и весело говорил своей даме. Перед тем как выйти на улицу, где шел дождь, Оскар раскрыл зонт, после чего оба покинули заведение.

Ровно через тридцать минут мы втроем ужинали в уютном ресторане приморского городка, заняв отдельный кабинет в глубине зала. Согласно уговорке, в ресторане должны были ужинать только мы вдвоем — молодая женщина и я, но присутствие третьего лица отнюдь не стало поводом для беспокойства, наоборот. Тогда я не знал, разумеется, что Оскар отвечает за работу в Германии, но его самого знал достаточно хорошо, чтобы ни о чем не беспокоиться.

— Гертруда страшно волновалась, что «все пропало», — рассказывал улыбающийся Оскар. — Ни в коем случае не хотела нарушать «сценарий»…

— Но ведь вы сами всегда требовали этого! — не сдавалась молодая женщина.

— Совершенно правильно, — согласился Оскар. — И впредь всегда строго соблюдайте предварительно намеченную программу действий. Но, Гертруда, мы не должны быть рабами обстоятельств… То, что произошло сегодня, чего вы не ожидали, может произойти у вас и в другой раз, представьте себе, что это был не я, а какой-нибудь ваш знакомый, родственник… Что вам делать в таком случае? Разве вы сядете за свободный столик, чтобы соблюсти условия встречи?..