Кукла 9 - Мир
Вот только к делам шпионажа они отношения не имеют! Кто-то подменил рекламу на пути от обычной типографии с обычной краской и без спец оборудования, до рекламного агентства, что действовало по вполне банальной схеме подкупа «мы вам деньги на всю жизнь, а от вас одно лишь дельце! И это не шпионаж!!!», и тоже, как бы не пре делах великих. И концы всего этого дела с этой стороны… искать сейчас непонятно где.
А шпионские бумаги тем временем проработали в ассоциации уже больше месяца как, чуть ли не с первых недель прорыва. И сложно даже представить, сколь много ценной информации утекло не в те уши за это время! И… не факт, что только из стен асоциации.
— Господин Председатель, — зашел к в кабинет посыльный, и более не говоря ни слова, положил на стол пред Павлом еще две бумажки.
Два листочка, явно выдранных из тетради. Без глянца, без аккуратных краев, и с видом, словно бы их пожевали и обсосали. С надписями ручкой, написанными корявым подчерком. И Павел, пусть не уверен, но вполне догадывается кто именно может так писать, и чьи именно такие простые бумажки, которыми и подтереться было бы стыдно, хоть там и капля магии внутри, могут положить к нему на стол вот так вот, как нечто важное и ценное.
— Оттуда? — короткий вопрос. Без взгляда на собеседника от ставшего еще хмурнее волка, что дыбит шерсть, по второму кругу читая то, что тут накарябано.
— Оттуда.
— Группу! Срочно! И всех собирай! Вообще всех!
И поднимаясь с кресла, понимая, что его ждет еще одна тяжелая ночь прошептал:
— только этого нам сейчас не хватало.
Глава 24
Что-то я в последнее время стал больно часто вот так вот… падать! «выключаясь» в полете. И хотя на этот раз не столь на долго, и всё же знаю кто меня потом принес в кроватку — сестрица, кто же еще! Но в тоже время… я даже не осмыслял все то, что видел! Никак, вообще! И только вот сейчас, «проснувшись», лежу и думаю, чего это она меня, лежащего на полу столь долго и пристально рассматривала, улегшись на гранит рядом с моим обессиленным телом.
Смотрела так пристально… словно бы съесть хотела! Словно бы раздумывал — сейчас? Или еще немного подождать, пока отъемся? Словно бы кошка, что… или же волчица? Что смотрит на приболевшего члена стаи с видом «надо помочь или сам сча сдохнет?», с видом «он уже не встанет, да? Или еще дать ему шанс?». Ведь стаи не нужны слабаки! И если не может встать, то… надо добить!
Но видимо решила все же дать мне еще шанс поправится! Ведь спустя полчаса наблюдения за моей разложившейся на полу персоны, пришла к какому-то… такому выводу. И словно бы спохватившись, и осознав, что я не труп, который нужно добить, чтобы не обременял своих, а раненый товарищ, которого еще можно спасти, поспешила принять меры помощи.
В миг перенесла моё тело в комнату с кроватью, раздела, обмыла, стерла кровь… вновь зависла, словно бы о чем-то задумавшись, словно бы… у неё возникли сомнения по части правильности действий! Тряхнула головой. отогнав ненужные сомнении и уложила под одеяло отдыхать.
И еще долго-долго лежала рядом, смотря на меня уже несколько иным взглядом, отличным от прежнего. Взглядом… полным обожания? Не понимаю я её порой! Что у неё там вообще на уме⁈ Впрочем, в этом есть свои плюсы, ведь это значит, что она развивается! Самостоятельна и автономна. И полгода не прошли для не за зря.
Сейчас, когда я уже проснулся, она занята тем, что работает с определенными контурами замка, проводя с ними определенные манипуляции, точнее всего описываемые словом «ревизия!». Проверяет системы, их работу после внеплановой нагрузки которую мы на него свалили.
Удаленно проверяет нашу этакую дополнительную опору замка, шахты в болоте, короба в грязи, дыры во дворе замка! Небольшого, но глубокого бассейна, наполненного кубометрами мутной грязи и остатками деревьев! Ведь крышка над коробом, по которому мы опускали грунт с бомбой, все так же «открыта» пространственный переход все так же функционирует! И он, как и сами дополнительные сваи, кушает дополнительную энергию.
И вся эта вот возня с этими землеройными работами, не предусматривалась основным проектом замка, и сестра, как видно, решила посмотреть, как их работа сказывается на производительности общих систем.
Пока, как понимаю, сказывается не очень — влияние в целом пусть и низко, но в тоже время, есть места, где нагрузка на гране критической, и их стоит поправить, да пустить энергию по обводным каналам — сестричка пока что лишь выясняет куда что пустить, решив заняться делом после полной аналитики.
Или всё не та? Куда она там вообще энергию переправлять намылилась⁈ Зачем и… заметила, что я проснулся! Миг, и уже в моей комнате, на кровати, стоит сверху надо мной, нависая на вытянутых руках, и сверля взором мои сомкнутые веки.
Минуту сверлит, две… внимательно рассматривая каждую складочку и пристально следя за мельчайшим движением мускулатуры моего лица и тела. За глазами под веками, за самими веками… наверняка и пульс с дыханием тщательно отслеживает! Но… я не дрогну! Дышу ровно, сердце тоже не шалит, и мышцы у меня не дрожат! Так что…
— Брат, ты же ведь не спишь, да?
И все равно мне от неё не спрятаться.
— Да, я проснулся. — открываю глаза и слегка улыбаюсь нависшей надо мной девчонке, — Как долго я спал?
— Всего восемь часов. — улыбается сестра в ответ.
— Что за это время произошло?
— Ну… некие фанатики-культисты, хотели провести мутный обряд, у замка. — вздрогнула сестричка всем телом, и прекратив надо мной нависать, откатилась в сторону, улегшись рядом, обняв мою правую руку, прижав её к себе к груди. — А еще жертв там резать удумали, — пожала сестричка плечиками, говоря об этом как о само собой разумеющемся, смотря мне в глаза, повернув ко мне свою головушку, лежа на спине и прижимаясь ко мне боком. — Двух мелких мальчишек, лет семи.
Так! Если жертвоприношения… это фигня? Тогда что… там за странные ритуалы⁈
— Не знаю, но странные! — вновь пожала плечами сестренка, явно не желая об этом говорить.
— И что ты сделал?
—
