Дина Полоскова - В погоне за Иштар

— Не переживай, Атлант, она же их «ожившая статуя», они не посмеют ее тронуть, — говорил Эддар роботу, который не переставал винить себя в том, что не уберег «маленького человека». Пытаясь приободрить робота, Эд прекрасно понимал, что занимается аутотренингом, ему-то были хорошо знакомы нравы родной планеты.

Хорошо бы, думал он. Хорошо бы не тронули. Думая о Таре, он пытался мысленно убедить ее не злить це-Цали, не злить ни в коем случае. Это слишком опасно. В памяти Эддара навсегда сохранится картина, виденная им в Замке. По иронии судьбы, Замок в подобных «декорациях» ему уже доводилось видеть. Если он не соберет драгоценности Иштар, его соотечественники перебьют друг друга как песчаные скорпионы — пройдет сотня-другая лет, и на планете не останется никого в живых. Слепая ненависть и чувство постоянного страха не щадят никого.

Эддару удалось узнать, что Тару охраняет десять стражников, а еще за ней приглядывает девушка-рабыня. В следующем селении, как того требует этикет, Яклин окажет честь дому эпарха, нанеся ему визит. В распоряжении Эддара и Атланта окажется полчаса. За это время нужно будет освободить Истар.

В Тришкуу они с Атлантом вошли с противоположного от каравана Яклина края, обогнув селение, чтобы не встретиться раньше времени со стражниками. К тому же их могли заметить еще в Уко. Эн-имэ — фигура редкая для Зиккурата, и вторичная встреча может показаться стражникам подозрительной.

Итак, Яклин с ближайшими приближенными вышел в дом эпарха. Охраняющие це-Цали птицы будут с ними и не поднимут тревогу преждевременно.

Действовать надо быстро.

Где стоит шатер Тары, было уже известно.

— Я настаиваю, чтобы стрелять снотворными пулями, кап, — важно сообщил ему робот свое мнение. Атлант был против того, чтобы убивать людей, даже таких отсталых, как зиккуратцы.

— Да как скажешь, — пожал плечами Эддар. Он и сам не собирался убивать стражников попусту. Эддар был занят — старался понять, что же не дает ему покоя. Странное предчувствие, что что-то идет не так, не покидало его. Привыкший доверять своей интуиции, не раз выручавшей его из самых опасных ситуаций, Эддар старался максимально сконцентрироваться на окружающем мире и своей задаче. Вот дежурят два стражника в черных одеждах. Один успел выхватить короткий меч, увидев, как сползает вниз тело второго, но тут же занял место рядом с ним. Вот играют в кости еще четверо. Они даже не успели оглянуться. Следующий шатер — тот, что им нужен.

Подобравшись к шатру вплотную, Эддар ощутил, что чувство, схожее с тревогой, усилилось. И было, отчего. У дверей в Тарин шатер сидели вразвалку два стражника, один уронил голову на грудь, другой запрокинул лицо вверх. Не сидят на посту в таких позах. И, тем более, не храпят, запрокинув голову. Как их те, другие еще не услышали? Перевернув того, кто храпел, Эддар прислушался.

Ему кажется, или изнутри раздаются звонкие женские голоса, и даже смех? Один голос как будто что-то настойчиво рассказывает, а второй практически не переставая, смеется. Что-то очень сомнительно, чтобы Тара в подобной обстановке с таким энтузиазмом рассуждала о тонкостях квантовой механики, в которой, она, кстати, совершенно разбирается, затем неожиданно переходила на кораблестроение, потом на особенности ухода за ррыкумсами в условиях космоса… Спросила собеседницу, не треснет ли рожа це-Цали, когда он получит подарок от «ожившей статуи»… Вот, опять начала сначала. А девушка-зиккуратка, Эддар сомневался в том, что она вообще умеет читать и писать, не говоря уже о познаниях в квантовой механике и кораблестроении, хохочет так, как будто ей рассказывают анекдоты.

— Кап, девушки явно под воздействием наркотических средств! — возмущенно сказал Атлант.

— Думаешь? — переспросил Эддар, делая вертикальный разрез на стене шатра, и подумал, что робот, пожалуй, прав. Остается надеяться, что в таком странном состоянии Тара их узнает, а девушка не поднимет шум.

Перешагнув край шатра, Эддар с Атлантом оказались в довольно уютном походном варианте женского будуара. Тут и там валялись детали одежды, флакончики, коробочки. Пол был устлан коврами. На низком ложе, укрытым цветным покрывалом, одиноко стояла расшитая бисером туфелька с задранным кверху носом, со стоптанным задником. Видимо, покидая пристанище, девушки очень спешили.

Шатер был пуст.

На подносе, среди грязных тарелок, лежала выпуклая пуговица от комбинезона дальней разведки — прощальный подарок от Тары це-Цали. Пуговица и воспроизводила местами довольно бессвязную речь и смех девушек — Тара делала запись от случая к случаю, поэтому разговор со стороны казался таким обрывочным.

Противоположная сторона шатра была разрезана одной линией — такой же, посредством которой Эддар и Атлант оказались здесь.

Судя по едва уловимому аромату цветочного масла в воздухе — девушки совсем недавно были здесь.

— Черт дери эту девчонку, — прошипел Эддар сквозь зубы.

— Кап, но какая же молодец девочка! Так ловко уйти из-под носа це-Цали в шаге от цели!

— Не разделяю твоей радости, Атлант, она и из-под нашего носа тоже ушла.

— Я понимаю, но…

— А это Зиккурат, здесь слишком опасно, если ты до сих пор не понял!

— Понял, кап, — с достоинством ответил робот, — Однако за все это время она не пропала, и даже, похоже, обзавелась подругой.

— Рвем когти отсюда по-тихому, пока они не хватились.

В следующий миг полотняная дверь распахнулась.

— Мне показалось, госпожа, или я слышал у вас мужские голоса? — в шатер заглянула голова стражника. Мгновения ему оказалось достаточно, чтобы правильно оценить обстановку. Секундой позже снаружи раздался его крик:

— Тревога! Ожившая Статуя похищена!

Ну вот. Ушли, называется, по-тихому. Оружие наизготовку, Атлант!

Колебание стены шатра со стороны их входа показало, что пути к отступлению отрезаны.

— На землю, — успел скомандовать Эддар.

Стоило роботу и капитану коснуться пола, как над их головами засвистели выстрелы, оставляя дыры на ткани шатра.

Интуиция и на этот раз не подвела Эда. Ну что стоило девчонкам задержаться на несколько минут!

— Или нам быть порасторопнее, кап, — проворчал робот, перекатываясь и отвечая нападающим очередью.

— Совсем что ли Сеита из ума выжила… Такой риск! Горе, горе всему нашему роду, — бормотала старая Вешба, ловко считая полученные деньги.

— Нам надо спрятаться. На время, — сказала я, — Потом мы уйдем. Мы не затрудним вас. Наша одежда, к сожалению, очень заметная.

Вешба словно не слышала меня.