Анастасия Коробкова - Воскрешенные

Все-таки грустно. Я ведь, странное дело, надеялась, что он вернется таким, как прежде, а этой надежды теперь нет.

— Он в тебя влюблен по самое некуда. Делай с ним, что хочешь, хоть на куски режь — он будет только рад, лишь бы ты была с ним, лишь бы думала о нем.

— Он притворяется. Втирается в доверие. Он ненавидит меня за свою преждевременную смерть и отомстит, когда наступит удобное время.

— Не спорь со мной. В любви я всегда разбирался лучше. Если надоест — скажи.

— И что ты сделаешь?

— Если не хочешь, чтобы я его убил…

— Конечно, нет. Я его уже убила один раз.

— Плохо убила. Ладно, придумаю что-нибудь.

«Плохо убила»! Слышал бы это Салдах.

Слышал. Он появился ниоткуда и кивком поздоровался со мной. Он в этот раз показался мне больше. Его серебристые волосы сливались с мантией, под которой невозможно было различить очертания тела. Он окинул меня внимательным взглядом, будто искал что-то.

— Салдах, прости за вторжение, — начала я, помня ответ Дарха на появление Дениса и не понимая, как он относится к незваному гостю.

— Ты можешь приходить в любое время, — как прежде, ласково ответил он.

Я поспешила представить:

— Это Денис. Он нечаянно стал богом.

Салдах удивился и пристально посмотрел на Дениса. Тот замер.

— Да, — в раздумье констатировал Салдах. — Давно такого не случалось.

— Он не первый?

Салдах пожал плечами — сверху вниз по мантии прокатились серебристые волны.

— Первые были давно и давно ушли. Они создали тех, кто создал нас. А он первый для своей ветви.

— Ты объяснишь ему, что к чему, какие у вас порядки?

Салдах коснулся пальцем виска и снова изучающе воззрился на Дениса.

— Гм, да я тебя знаю. Знал, когда ты был человеком. Были боги, которые хотели тебя создать, но что-то им мешало… Ах, да! Никто из них не был тебя достоин, и ты бы им не подчинился. Порядки… порядки нужны тебе, чтобы их нарушать. Нет, звездочка, твоего друга учить — только портить.

— Я дурак? — робко уточнил Денис.

— Нет, — улыбнулся Салдах. — Ты первый, а для первых нет правил.

Потом вздохнул — новая волна прошла по ткани мантии.

— У нас есть общее дело — поиски врага. Я предлагаю тебе заняться им вместе со мной, и, возможно, ты узнаешь при этом что-то полезное.

Денис кивнул.

— А тебе пора, звездочка. О своем друге больше не волнуйся.

Он словно добавил «никогда», но я поторопилась решить, что мне показалось.

XIV

— Охрана аэропорта и местная полиция обыскали людей и поотбирали записывающие устройства, но не все, — голос Тима немного хрипел, а изображение слегка рябило — значит, по лесу, что пролегал между первой базой и берегом, гулял дождь. — В итоге у нас новый рекорд по количеству просмотров в нтернете. Официальных комментариев, естественно, нет, хотя кто-то пытается представить случившееся как съемки фильма.

— Не самая глупая попытка, — заметил Герман.

— Да кто сейчас снимает фильмы на аэродромах? — с досадой отмахнулся Тим. — Вторую неделю стоит шум, и я представляю, какие догадки строит мировая общественность.

— Верные? — улыбнулся Герман. Ну, что можно подумать, глядя на стычку призрачных существ, вылезших из летающей тарелки, с гуманоидами, прибывшими на фантастической машине и палившими из лучевого оружия?

Тим не разделял германовского фатализма. Он считал, что возникла проблема, и с ней надо хоть попытаться справиться.

— Нам могут помешать.

— Как?

— Тупо как-нибудь. Вдруг они решили, что «дикие» явились с миром, а мы бессовестно препятствуем контакту? Такое мнение тоже есть. Вот подстрелят нас свои же…

— Это если заметят и успеют. «Дикие» редко строят порталы в людных местах. Брюс задает вопросы — вот где проблема. Он спросил, не следует ли обратиться за помощью.

— К кому?

— Это пока не уточнил.

Тут вклинилась передача с третьей базы. Новая картинка возникла четкой, и программа завесила ею весь экран монитора, уменьшив и втиснув Тима в левый верхний угол.

— Герман… Мы ничего не могли сделать…

С монитора смотрело бледное, даже с белыми губами, лицо Виктора.

— Ася вошла в корабль «диких».

Испуганные глаза уставились в камеру, не мигая.

— Покажи запись, — попросил Герман.

Притихшая команда пыталась различить в его голосе хоть что-то, хоть какие-то признаки интонации, но он стал механическим — просто голос, и всё.

Монитор уже показывал вместо лица Виктора степную даль с зависшей над жухлой травой расплющенной каплей инопланетного корабля.

Между видеокамерой машины и кораблем встали, согнув правые руки, державшие готовое выстрелить оружие, четыре темных силуэта. Из корабля вылетело столько же белых точек-«сторожей», и сразу после этого унылый пейзаж оживили вспышки и светящиеся линии, а силуэты задвигались, отскакивая, приседая, перекатываясь, стреляя, сбивая мечущихся в воздухе «сторожей».

И вот один из силуэтов упал на спину, зажимая рукой бедро, из которого брызнула кровь. Две секунды — рядом с упавшим возник еще один силуэт, женский, опустился на одно колено и протянул руку к раненой ноге упавшего, но тот уже поднимался сам. Рана оказалась неглубокой. Еще две секунды — выстрелы прекратились. «Сторожа» уже не летали, а гладчайший корпус корабля запереливался, будто колеблясь между вариантами дальнейших действий.

Ася медленно пошла к кораблю. Раненый удержал ее, взяв за локоть, и она ненадолго остановилась, не сводя глаз с корабля. Потом ее силуэт перестал быть темным — он засветился нежным голубым светом, и она стала быстро подниматься в воздух, двигаясь к кораблю…

Подлетев к месту, из которого вышли «сторожа», Ася, как в воду, вошла в ртутно-призрачный корпус.

Корабль взмыл в небо и исчез, оставив четыре мужских силуэта стоять посреди степи неподвижными изваяниями.

Герман увеличил изображение и дважды просмотрел запись с момента появления Аси.

— Герман, — вдруг дернулся Тим в своем крошечном окошке в углу экрана. — На вторую базу вернулись Тигор, они говорят, Ася с ними — там Димке руку срезало. А? Ушла? Только что ушла, минуту назад. Ничего о корабле не говорила?

— Да что она бы сказала? — тихо возмутился Артем за спиной у Германа. — Это же все одновременно было. Три вычисленных места после первого, засеченного «компасом». Скоро еще наши вернутся, Коля с Серегой, Славой и Никитой.

— Опять временная аномалия? — предположил Тим.

Только этого не хватало. Объяснения таким выкрутасам не было.