Карл Май - На Рио-де-Ла-Плате

— Тот, кто сказал вам об этом, перепутал крокодила с кайманом[114].

— Странно, что так близко друг от друга находятся два полуострова с очень похожими названиями!

— Возле Peninsula del Jacaré мелководье, в заводи встречается много аллигаторов. А этот полуостров своей формой напоминает крокодила, потому его так и называют.

— Видимо, это место хранит какую-то тайну, и вы ее знаете.

— Как вы догадались?

— Я слышал, что вы не любите говорить об этом месте.

— Это правда. Есть у меня на то причины, но они никого не касаются.

— Я не посягаю на вашу тайну. Но скажите, вы лишь сегодня, наверное, узнали, для чего неделю назад к вам приходил человек?

— Да, лишь сегодня.

— За эти дни что-нибудь случилось?

— Нет. Но сегодня поутру этот человек снова вернулся. Он приехал верхом, лошадь свою почти загнал. Он оставил ее пастись в лесу, а сам уселся на берегу, на мысу и стал наблюдать за проплывающими мимо судами и плотами.

— Что он сказал?

— Что Латорре пришлет отряд кавалеристов, их надо переправить через реку. С ними есть пленники, очень опасные люди.

— Вы согласились ему помочь?

— Нет, это дело меня совсем не интересовало. Я улегся у себя в хижине, решив после обеда поспать. Но ближе к вечеру пришел один из этих кавалеристов и отвел меня к майору Кадере. Кадера предложил мне золотой, если я присмотрю за пленниками. Я согласился, потому что золотой — это много, очень много для меня.

— Но вы не обязаны были стрелять в меня!

— Тут другое. Он рассказал мне, что один из его людей подслушал, как несколько бандитов договаривались пробраться на Peninsula del Cocodrilo и учинить там розыск.

— Вы боитесь этого? Так я, кажется, понимаю… Река служит границей. Вы, наверное, контрабандист?

— Я мог бы сказать вам «да», мог бы сказать «нет», но скажу только одно: на Крокодильем полуострове есть нечто, что мне жаль потерять.

— Как майор мог узнать об этом?

— Я тоже себе задаю этот вопрос. Может быть, разговаривая с первым посыльным, я обронил какое-то неосторожное слово, вот он и догадался об остальном.

— Значит, я отношусь к числу тех бандитов?

— Мне сказали, что вы их главарь и знаете о моей тайне. Майор мне описал вас так точно, что я узнал вас даже при свете луны. Он говорил мне, что один из ваших людей одет примерно как Брат-Ягуар. Сколько человек вы с собой приведете, он не знал, но был уверен, что завтра или послезавтра вы прибудете сюда.

— Что ж, он не так уж глуп. Предполагая, что мы погонимся за ним, он сочинил эту сказку, чтобы разозлить вас.

— Наверное. Поэтому сегодня вечером, как только стемнело, я и ходил вдоль реки от одного полуострова к другому. Потом я остановился по ту сторону болота и стал присматриваться к Крокодильему полуострову. Вышла луна, и я увидел вас. Я насчитал восемь человек и среди них немца, который собирался ограбить меня и, мало того, изменить Восточному берегу в пользу Бразилии.

— И вы поверили в этот вздор?

— Да, сеньор.

— А может, вы ненавидите Бразилию?

— Может. Мне там плохо жилось.

— Вы упомянули об этом майору?

— Да, он же спрашивал меня, к какой партии я принадлежу.

— Хитрец. Воспользовался вашими неприятными воспоминаниями и наврал с три короба. Продолжайте! Итак, вы заметили нас, сидевших здесь?

— Да. Я сказал себе, что вы разузнали мою тайну и решили похитить ее у меня. Если бы вы погибли, то мне нечего было бы бояться. Я сунул в трубку стрелу, прицелился и выстрелил. Я метил вам в лицо, но не рассчитал расстояние; оно было слишком большим, поэтому стрела попала вам в грудь.

— Повезло нам обоим, иначе перед смертью я влепил бы в вас пулю.

— Не может быть. Вы же не знали, где я находился?

— Прекрасно знал. Я целился бы в середину вон того куста, потому что стрела прилетела оттуда.

— Правильно, сеньор, и угодили бы мне прямо в голову! Вы и вправду дьявол!

— Это майор вам, конечно, сказал? Да, я не ангел, но ваше счастье, что вы теперь не ранили меня.

— Я тоже рад этому. Как же я напугался, когда услышал свист, который знают лишь мои друзья.

— Будем считать, мы помирились. Теперь о главном. Вы говорили о пленниках, которых захватил здесь майор. Что это за люди?

— Восемь человек с плота, который после обеда причалил к полуострову и остановился здесь на ночь.

— Странно, что он прибег к силе. Им нужно было всего лишь заплатить.

— Дело не в деньгах, а в сроках. Он не знает, когда переправится на тот берег, завтра или попозже. Он кого-то поджидает, а плотогоны не хотят ждать.

— Среди пленников Кадеры есть иностранцы?

— Двое.

— Из какой они страны?

— Не знаю. Они говорят на какой-то мешанине из испанского и еще одного, непонятного мне языка.

— Как они одеты?

— Они в синем, почти как моряки. У одного шляпа с такими широкими полями, каких я никогда не видывал. Именно он настолько язвительно отнесся к майору, что тот пришел в ярость. Оба иностранца отбивались, как слоны, они еле утихомирили их.

— Молодцы! Мы их освободим.

— Это невозможно!

— Подумаешь! Пленников десять человек, нас — восемь человек, да еще вы…

— Я помогу вам, сеньор!

— Итак, девятнадцать против пятидесяти, не такое уж плохое соотношение. Впрочем, вы не должны лишиться обещанного вам золотого, так как…

— Да, он не должен лишиться его, — вступил в разговор Монтесо. — Если удастся освободить моих брата и сына, я выплачу Педро Уйнасу десять золотых.

— Правда, сеньор? — спросил индеец. От радости он заговорил гораздо громче, чем требовала осторожность.

— Да, я заплачу вам даже двадцать золотых!

— Как здорово! Но вы сдержите слово?

— Клянусь честью.

— Сеньор, вы примете мою помощь?

Вопрос был адресован мне. Поэтому я ответил:

— Да, но при условии, что вы будете точно следовать моим указаниям.

— Конечно!

— Может быть, вам придется играть главную роль в нашей операции. Опишите нам место, где находятся пленники! Скажите, какой длины и ширины полуостров Каймана?

— Две сотни шагов в ширину и, пожалуй, вдвое больше в длину.

— Деревья там есть?

— Только деревья. Кустарника не осталось. Плотогоны вырубили весь подлесок.

— Где выставлены посты?

— У основания полуострова расставлены четыре солдата, каждый в пятидесяти шагах друг от друга. Поэтому с берега туда не проберется никто, вдобавок светит луна. Прокрасться туда могла лишь моя Дайя. Она скользит как змея.

Мне не хотелось прибегать к услугам индеанки, и я ответил: