Гэвин Лайл - Сценарий схватки

Из старого города, с расстояния в пару миль, донеслись звуки ружейной пальбы. Взрыв гранаты, пулеметная очередь. Звуки резко усилились, затем снова затихли.

Нэд продолжал смотреть на меня, теперь уже недоверчиво. Потом медленно спросил:

– Ты действительно думаешь, что из-за того, что когда-то мы были старыми приятелями, теперь...

– Именно сейчас тебе нужен друг, Нэд.

– Мне нужен друг? А тебе самому?

– О, у меня в этом городе есть друзья. – Я махнул рукой в сторону окна. – Они еще не очень близко, но уже здесь. А как насчет тебя?

– Что ты хочешь сказать?

– Предположим, Кастильо с армией вернется сюда: они перережут тебе глотку, потому что ты был правой рукой Боско. Правильно? Или предположим, верх одержит Хименес: он тоже перережет тебе глотку, но не из личных соображений, а из-за того, что ты стрелял в его людей. Правильно? Так что остается только Боско.

– У меня есть для тебя новость, Кейт: я уже на стороне Боско.

– Это может оказаться новостью и для самого Боско. У него было только одно оружие, Нэд, только одно: "вампиры". И ты потерял их, потерял все. Возможно, по твоей вине он проиграет. Сомневаюсь, что Боско по-прежнему остался твоим приятелем.

Луис отвернулся от окна и кивнул, одобрительно и мрачно.

– Мне очень хотелось бы убить тебя, Кейт. Мне очень жаль, что я не смог поднять машину в воздух.

– Это не имеет значения. Ты был нанят не только как пилот, Нэд: ты был полковником, командиром, человеком, получавшим тысячу в неделю. Ты обладал властью – и сейчас ты потерял девять десятых своей власти. Потому что ты выстроил все самолеты в один ряд, что позволило мне уничтожить их с одного захода.

– Черт возьми, я не думал, что ты прилетишь сегодня; мы не думали, что Хименес будет готов. И кроме того, мы послали пару... – Он неожиданно запнулся.

– Я знаю, я с ними встретился, – кивнул я. – В эту ночь я спал в самолете. Но тебе не стоит извиняться передо мной, дружище, оставь свои извинения для Боско. Он нанимал тебя для того, чтобы ты думал обо всех ваших "вампирах".

Немного погодя он снова сказал:

– И все-таки мне очень хотелось убить тебя, Кейт. Просто из личных побуждений.

Зазвонил один из телефонов.

Нэд пересек комнату, посмотрел на телефоны и сказал.

– Это Боско. Пора. – Он поднял трубку зеленого телефона, выслушал, несколько раз сказал: – Да, – положил трубку и повернулся. – Вставайте, парни. Мне очень жаль, что у нас не было времени для дружеского завтрака.

Мы вышли наружу, Нэд впереди, шествие замыкал летчик с ручным пулеметом в руках. Прошли по освещенному мягким светом и устланному пушистым ковром коридору к широкой лестнице и оказались перед двойными дверями надстройки на крыше – перед которыми стояла пара вооруженных охранников.

Нэд постучал, открыл дверь и мы вошли внутрь.

Там оказалась большая комната, в которой было темно, если не считать двух пятен света – одного над большим скоплением радио – и телефонной аппаратуры в углу и другого – над большим столом в центре комнаты. Потом я увидел металлические жалюзи на окнах с двух сторон; генерал не оставлял никаких шансов случайным снайперам.

Возле радиоаппаратуры находилось двое, трое были за столом. Позади стола сидел Боско, а на каждом конце стола – офицер с телефоном в руках. В одном из них я узнал капитана Миранду.

– Докладывайте, полковник, – сказал Боско.

Нэд вздохнул и начал. К четырем часам все самолеты были обслужены, заправлены топливом и боеприпасами. К пяти часам он получил задание расчистить завал на дороге и пару минут спустя начал выруливать на взлетную полосу. Он не видел моего разведывательного полета и не слышал меня из-за шума собственного двигателя. Контрольная башня не предупредила его вовремя, чтобы он смог увидеть мою атаку...

Боско молчал слушал, его мясистое почти привлекательное лицо оставалось непроницаемым. Одет он был очень просто: полотняные брюки цвета хаки и форменная рубашка с коротким рукавом вроде той, которую носят американские сержанты; черный галстук, заправленный под вторую пуговицу рубашки, плетеный пояс и кобура. Но все было очень чистым и отутюженным; складки на рукавах рубашки были острыми, как лезвие ножа, орденские ленточки ровными, как на параде. Идеальный солдат: твердый, но аккуратный, деловитый, но элегантный. Именно такой, каким вам бы хотелось видеть нового диктатора.

Я почувствовал себя почти виноватым в том, что нарушаю общий фон.

Нэд продолжал: он потратил около часа на осмотр самолетов и распоряжения по ремонту. Началась интенсивная работа над двумя наименее пострадавшими машинами, варварски снимая части с тех, что были превращены в полные развалины – но у обоих самолетов были дыры в крыльях и фюзеляже, которые следовало залатать, а не заменять. Может быть один из них полетит завтра к вечеру. Может быть.

Боско перевел взгляд на меня.

– А теперь доложите вы, сеньор Карр.

Я пожал плечами, но мне казалось, что хранить в тайне особенно нечего. Я сбросил около 360 кирпичей, уложенных в четыре рыбацкие сети, прикрепленные к спусковым рычагам...

Когда я закончил, он спросил:

– Это был самолет сеньора Уитмора?

Я покачал головой.

– Это был мой самолет. Я получил его в уплату за мою работу на съемках фильма, а также потому, что он чувствовал себя немного виноватым за потерю мной "голубки". Вы помните, как это произошло?

Под холеными усами мелькнул слабый намек на улыбку.

– Помню. Я также помню, что советовал вам держаться подальше от республики. – Потом он пожал плечами. – Мне очень жаль, что вы не приняли предложения работать на нас: совершенно ясно, мы вас недооценили. А теперь...

Он снова взглянул на Нэда.

– Полковник, вы разжалованы в лейтенанты. Капитан Миранда примет командование над тем, что осталось от эскадрильи. Вы вернетесь обратно и будете ремонтировать самолеты и, если капитан Миранда прикажет, полетите на одном из самолетов, когда он будет готов.

Даже в слабом свете настольной лампы было видно, как побледнел Нэд.

– Я нанимался на определенную ставку и должность. Я ухожу.

– Вы на военной службе, лейтенант, – холодно бросил Боско. – Во время войны не уходят в отставку. Когда все закончится, мы рассмотрим этот вопрос.

Я взглянул на Миранду. Он откинулся назад в своем кресле, на лице его блуждала задумчивая и довольная улыбка.

Боско внимательно посмотрел на меня и Луиса и сказал:

– Думаю, вы кое-что забыли в своем докладе, сеньор. Совершенно очевидно, что вы решили после окончания атаки приземлиться и пройти в город, чтобы выяснить ее результаты. Таким образом, вы являетесь шпионами. И будете расстреляны.