Lonely - Фанфик Альбус Поттер и легенда Запретного леса

За преподавательским столом сидел Гарри Поттер собственной персоной и неторопливо пил тыквенной сок, даже не глядя в сторону двух опоздавших слизеринцев.

Альбус торопливо пробрался на свое привычное место, шикнул на какого-то первокурсника, который по незнанию занял его, и несильно ткнул вбок сидящего рядом Забини.

— Что он тут делает? — прошептал Альбус, даже не удосужившись объяснить, кто такой «он». И так понятно.

— Преподавать будет. ЗоТС, — пожал плечами Забини.

— А Аберфорт? — поинтересовался Скорпиус, сдувая со лба прилипшую челку. От волнения ему стало очень душно.

— Тоже. Просто мистер Поттер, — Забини покосился на довольно осклабившегося Альбуса, — будет преподавать у старших курсов. Ну как преподавать.. . даст несколько практических уроков. Кошка сказала именно так.

— Угу, — невразумительно буркнул Альбус и поднял голову, высматривая среди Гриффиндора рыжую макушку брата.

Джеймс нашелся почти сразу. Он сидел на краю стола своего факультета и вяло ковырялся вилкой в тарелке. Видимо, перспектива провести под отцовским надзором последний год в Хогвартсе его не сильно радовала. Наконец, он поднял голову и посмотрел на Альбуса. Альбус вопросительно изогнул бровь, чуть повел головой в сторону преподавателей. Джеймс спокойно пожал плечами, лишь на скулах проступил легкий румянец. Брат явно нервничал.

Решив обсудить вопрос внезапного появления отца в Хогвартсе потом, Альбус принялся за праздничный ужин, изредка бросая взгляды на отца, который неторопливо и с видимым удовольствием разговаривал о чем-то с профессором Лонгботтомом.

Дождавшись, пока почти все выйдут, Альбус шепнул Скорпиусу:

— Это все не просто так.

— Что именно, Поттер, — зевнул Скорпиус — ему хотелось спать.

— Отец здесь не просто так, — терпеливо пояснил Альбус. — Он бы в жизни не бросил свой аврорат без присмотра, не имея веской причины.

— Значит, причина была, — задумчиво проговорил Скорпиус, — а что для твоего отца важнее работы?

— Мы, — уверенно сказал Альбус, — его дети.

— Значит в Хогвартсе и правда затаилась опасность, — подвел итог Скорпиус.

— Дело может касаться защиты Хогвартса… Помнишь тот разговор на кухне? Гермиона сказала, что это всего лишь легенда, а твой отец рассказал, что видел нечто в лаборатории.

— Я помню. Но мы ничего не нашли про защиту в библиотеке Блэков.

— Ну, там нет, а в Хогвартсе должно что-то быть…

В коридоре их нагнала Дина Дурсль.

— Вас декан вызвал к себе, — с удовольствием сказала онa, наблюдая за реакцией старшекурсников. Скорпиус лишь пожал плечами: это было более чем ожидаемо.

— Декан? — переспросил Альбус, — точно? Обоих? А новый преподаватель ЗоТС никого не вызывал? — язвительно прибавил он.

— А я откуда знаю, — раздраженно откликнулась Дина, — я тебе говорю, профессор Малфой вызывает к себе в кабинет.

— Ладно -ладно, не кипятись. Мы поняли, — миролюбиво сказал Скорпиус, утаскивая Альбуса за собой.

— Чего ты? — поморщился Альбус, высвобождая руку.

— А ты хотел переругаться с Дурсль? Пусть идет. Для нее доложить нам, что мы по уши в неприятностях, — великое удовольствие. А я не клоун, поэтому пусть идет, а мы пойдем к отцу.

— К чьему? — нервно хихикнул Альбус.

— А у тебя есть другой декан? — холодно поинтересовался Скорпиус.

* * *

— Как ты вообще мог повестись на эту явную провокацию, Скорпиус! — Драко Малфой стоял возле полки с зельями, вцепившись побелевшими пальцами в спинку кресла.

— Кхм… Драко! — его окликнул портрет Северуса Снейпа над камином.

— Профессор, не сейчас, — отмахнулся Малфой-старший.

— Ты ничего не добьешься криками. Гораздо действенней будет наказание. Обоим.

Альбус скосил глаза и показал портрету язык.

— Суровое наказание, — пробурчал Снейп, но не исчез в портретных глубинах, как обычно, а с удобством уселся на свой стул, закинув ногу на ногу.

— Наказание… Да. Я думаю… двадцати баллов будет вполне достаточно.

— Год еще не начался, отец, — тихо сказал Скорпиус, — мы уйдем в минус.

— Придется отрабатывать потерянные баллы, мистер Малфой, — непреклонно сказал профессор и, обойдя кресло, тяжело и устало в него опустился.

— Конечно, профессор Малфой. Непременно, — Скорпиус не любил, когда отец вот так вот подчеркивал дистанцию между ними, и неизбежно начинал язвить.

— Когда приступать? — невинно поинтересовался Альбус, изучая рисунок обивки на стенах кабинета.

Внезапно раздался стук в дверь, и, не дожидаясь ответа, на пороге показался Гарри Поттер. Альбус ойкнул и сделал вид, что обивка его занимает больше всего и всех в этой комнате.

— И что, Малфой, — обратился он к профессору, — какое наказание ты для них придумал?

— Я снял с них баллы, — гордо ответил Драко и потер виски. Два Поттера в его кабинете выводили из привычного равновесия. Да что там говорить — его собственный сын лишил его этого равновесия еще утром. Из-за Поттера.

— Ты снял баллы со Слизерина, — вкрадчиво проговорил отец, — и сколько же?

— Вы бесцеремонны, Поттер, ведете себя нагло и развязано, — сообщил портрет.

Отец резко обернулся и замер, уставившись на бывшего мастера зелий.

— Профессор, — с почтением ответил Главный аврор и глупо улыбнулся.

— Теперь, когда все друг друга узнали, не мог бы ты мне объяснить, что ты делаешь здесь, в моем кабинете, во время воспитательной беседы с моими студентами? — вежливо спросил Драко, вздернув острый подбородок.

— Я пытаюсь восстановить справедливость, — усмехнулся Гарри, — двое твоих студентов похитили мой мотоцикл. И я, как представитель аврората и отец, черт возьми, имею право знать, как они наказаны.

— Двадцать баллов, Поттер, — грустно сказал Снейп, — всего двадцати баллов стоила эта вопиющая безответственность двум слизеринцам.

— Пятьдесят, — сказал отец, сверкнув глазами.

Альбус, наконец, повернулся:

— Не надо, пап…

— Молчи… — махнул рукой Гарри, — ты хоть понимаешь, что ты уничтожил память? Память о Сириусе, о человеке, который сделал для меня все и даже больше? О человеке, в доме которого ты живешь. Ты просто растоптал. Уничтожил. Я хранил этот Харлей, я чистил его, ухаживал за ним...

— Ага, именно поэтому я чуть от пыли не умер, — шепнул Скорпиус, и Альбус, не удержавшись, издал тихий смешок: слишком театрально и наигранно выглядела тирада отца. К своему удивлению Альбус понял, что тот не злится. То есть обеспокоен, расстроен, но уже не так зол, как наверняка был, когда только узнал, каким образом они добирались до школы.

— Короче, Поттер, чего ты хочешь? — протянул профессор Малфой, и Скорпиус с удивлением обнаружил, что голос отца заметно оживился.