Юрий Кунов - Искатель, 2014 № 07

— Да они понятия не имеют, кто такие Небесные Отцы! Я был возле Уха, когда ты говорил с ними, и все слышал!

— Неправда! Они просто проверяли, помним ли мы, кто оживил наше Поселение, чтим ли мы заветы Небесного Отца, или нас поглотила гордыня, и мы забыли и Господа, и их, и то, кем был святой Марторий!

— Марторий был их лазутчиком! Он задурил нам мозги, чтобы мы сделали все, что нужно этим наглым нахлебникам, и преподнесли потом на блюдечке! Вот для чего все его заветы! Чтобы мы стали. их рабами, расходным материалом!

— Да это ты, а не они, хочешь сделать других рабами! Ты возомнил себя избранным, и теперь… — Слова Элана потонули в невообразимом гвалте, поднятом жителями. Кто-то выкрикивал собственные соображения, кто-то возмущался, а иные пали ниц и принялись громко умолять Господа и Небесных Отцов не превращать их в камни за то, что слушали Бика.

Лана и Тан стали протискиваться ближе к Элану, чтобы услышать, что он говорит, а Энке и еще несколько жителей, напротив, метнулись к Бику. Тем временем идейный противник учителя уже успел взобраться верхом на Гура и орал что есть силы:

— Дадим захватчикам отпор! Затаимся в засаде и нападем, как только они высадятся! А потом заставим работать на нас!! Вы хотите жить, как вам нравится, и делать только то, что сами пожелаете?! Вы хотите быть свободными?!!

— Небесные Отцы бесконечно мудрые и справедливые, — гремел на максимальной громкости Элан, — и когда они спустятся с небес, все, кто хорошо работал и чтил заветы Мартория, обретут благодать и вечное счастье, а те, кто отринул свое истинное предназначение, — он указал на Бика и окружавших его жителей, — будут прокляты! И превратятся в камни!!

— Не слушайте его, он — вражеский шпион!! — вопил Бик.

— Отступник! Ты станешь камнем! Навеки!! Камнем!!! — надрывался учи гель, грозно тыча пальцем в сторону оппонента.

— Да пошел ты! — вдруг взвизгнул Бик. — Я тебя сейчас сам сделаю камнем!! — И, взмахнув трубой, прыгнул со спины Гура прямо на Элана.

Не ожидавший такого учитель упал, не сумев защититься. Ржавый обломок вонзился в центр груди. Элан задергался в конвульсиях, а сидевший сверху Бик выдернул обломок, размахнулся и ударил учителя по голове. Еще раз и еще. Элан замер.

Лана вскрикнула и, закрыв лицо руками, уткнулась в Тана. Энке вытаращил глаза и снова затрясся, как тогда, на дороге. Стоявшие рядом жители потрясенно застыли, пытаясь осознать увиденное.

Бик поднялся, продолжая сжимать трубу. Вид его был страшен, и те, кто оказался ближе всего, невольно попятились. С минуту Бик тупо смотрел на неподвижного Элана, потом поднял взгляд и обвел им жителей.

— Ну, что смотрите? — медленно сказал он. — Ждете, когда меня покарает Господь? — Тут Бик наконец совладал с собой, и слова потекли быстро и легко. — Однако не похоже, чтобы я превращался в камень! — Он покрутил трубу и перебросил ее из одной руки в другую. — Вот вам живое доказательство, что все угрозы Элана — пустая болтовня, а заветы Мартория — сплошной обман! Лично я иду готовиться к защите Поселения. Кто со мной — пошли!

Он повернулся и двинулся прочь от Храма. Жители молча расступались, давая ему дорогу. Но за ним никто не последовал.

Тан отвел Лану в сторону, подальше от распростертого тела Элана.

— Подожди меня здесь.

В шоке от содеянного Биком, она лишь безразлично кивнула. Тан взял ее руку, легонько пожал и отпустил.

— Я скоро вернусь.

Оставив подругу, он поспешил за Биком.

Тот уже вышел из толпы и, пройдя несколько шагов по дороге, остановился.

— Ну что же вы? Струсили? — он повернулся лицом к жителям.

— Ты напал на Учителя! — выйдя на дорогу, сказал Тан. — Ты не можешь просто так уйти.

— Это почему же? — ухмыльнулся Бик, поигрывая трубой.

— Ты убил Элана! — пророкотал Гур, медленно выдвигаясь из толпы. — Это очень плохо. Придется ответить.

— Да, — поддержала его Гура, — убивать нельзя! Элан — наш Учитель!

Близнецы встали по обе стороны от Тана.

— Да!.. Нельзя!.. Учитель! — раздалось отовсюду, жители пришли в себя и потянулись на дорогу, быстро окружая Бика.

Тот развернулся, но бежать уже было некуда — круг сомкнулся.

— Отдай железку! — сказал Тан.

— Ага, сейчас! — Бик огрел его трубой по протянутой руке и рванулся прочь, расталкивая всех подряд, но его мгновенно вбросили назад в круг.

— Убийца Учителя! — взревели жители, и толпа поглотила Бика.

— Итак, Надежда обитаема, — подытожил руководитель центра ксенологии. — Что ж, учитывая ее сходство с Землей, это закономерно… однако сильно усложняет колонизацию. Придется договариваться с аборигенами.

— Ну, насколько я понял, они давно уже ждут нашего появления, — заметил советник.

— Ждут только в одном селении, а насчет всей планеты говорить трудно. Правда, есть хорошая новость, — главный ксенолог глянул в распечатку беседы, — этот «Элан-учитель» ничего не знает о других деревнях, а значит, плотность населения Надежды крайне мала.

— Прекрасно! Будет не так трудно потеснить туземцев, — удовлетворенно кивнул советник.

— Да, особенно воспитанных пилотом грузовика. Очевидно, он долгое время жил в поселении, обучая местных жителей. И, хочу отметить, весьма в этом преуспел, если и после его смерти они не забыли наставлений, продолжая работать и готовиться к прибытию небесных отцов.

— Интересно, это он сам себя причислил к лику святых? Святой Марторий — надо же!

— Нет, вряд ли. Скорее всего, это уже потом сделали аборигены. И вообще, думаю, все, что он им говорил, за столько лет наверняка изменилось до неузнаваемости, пока пересказывалось одним поколением другому. Они даже имя его переврали. — Он взял распечатку первой записи борткомпа грузовика. — Так, где это… дата, рейс, вот: пилот — Марторев Игорь Васильевич.

Дом наполнял аромат свежеиспеченного хлеба. Ланы не было, но завтрак уже стоял на столе: румяный каравай, нарезанный нарочито крупными ломтями, плошка варенья янтарного цвета и дымящаяся чашка с зеленым травяным чаем.

Игорь отхлебнул чая и, отломив от каравая хрустящую корочку, подошел к окну.

Лана стояла возле крыльца и разговаривала с Эланом. В руках у нее был букетик синих цветов. Неужели это Элан ей принес? Невероятно! Игорь поймал себя на том, что улыбается. Последнее время у него все чаще появлялись поводы приятно удивиться. Глядя на долгожданные плоды своей многолетней работы, Игорь испытывал двойственное чувство: с одной стороны, был страшно рад, что в поселении наконец-то появились настоящие жители, а с другой — они так быстро менялись, становились думающими и самостоятельными… Они теперь все умели и от него больше не зависели. Много лет он учил их, контролируя каждый «чих», а сейчас вроде как стал ie нужен, и от этой мысли снова просыпалось одиночество…