Сергей Карпущенко - Рыцарь с железным клювом

Когда Володя слушал восторженную речь борца за рыцарские идеалы, изрядно хватившего под своим верстаком, ему хотелось смеяться, до того неестественным и вычурным казался его чудаковатый монолог. Но когда Александр Фомич упомянул о рыцаре с железным клювом, Володя насторожился, вспомнив, что и вчера «крестоносец» заявлял о том, что тень убитого Андрея на самом деле ходит по замку.

«Да что же это такое? — засвербило у мальчика в мозгу. — Спятили они здесь, что ли, все до единого? Или на самом деле души умерших людей не исчезают вместе с телами, а продолжают жить?» Но откуда ни возьмись на ум Володе пришло воспоминание об утонувшем Поганкине, о том, как просто разрешилась проблема с его чудесным воскрешением, и Володя с облегчением подумал: «Все эти души, призраки и тени — дрянь одна! Нет ничего подобного в природе! Есть, — думал он, — одни лишь атомы, из которых природа лепит и растения, и животных, и людей, а все остальное — бабкино вранье и бредни алкоголиков».

Однако на вопрос Александра Фомича о вступлении в должность оруженосца Володя твердо ответил «да», и «крестоносец», сильно ударив его по плечу в знак благодарности, в отличном расположении духа побежал к своему верстаку, а Володя весь день ходил по будущему рыцарскому залу, ковыряясь в кучах «богопротивного» старья.

ГЛАВА 6

ПРИЗРАК!

— Ну и как тебе понравилось быть подмастерьем у оружейного мастера? спросила мама у Володи, когда они втроем, включая Иринку, подходили к тяжелым дверям охотничьего зала, чтобы поужинать.

— Если я тебе скажу, «очень понравилось», — сказал Володя, — ты все равно ничего не поймешь. Для этого нужно быть мужчиной.

Иринка хохотнула, а мама с интересом взглянула на сына и сказала:

— Ну надо же!

А Володе очень хотелось поговорить с Иринкой, ведь ему еще не удалось ни разу остаться с ней наедине хотя бы на час, чтобы, смотря ей в глаза, рассказать обо всем, что случилось с ним на Ежовом острове. Ему так была нужна Иринка, которая, подобно зеркалу, показала бы Володе его самого, сильного, уверенного в себе и по достоинству оцененного человеком, сильно нравившимся ему.

После ужина в фойе неподалеку от охотничьего зала, где работал телевизор и стояли журнальные столики, они присели на диван, и Володя спросил, предваряя большой разговор с Троллем:

— Ну и чем же ты сегодня занималась?

— А так, всякой ерундой. Разбирала ящики с экспонатами — бронзовые украшения, ложки-поварежки, одежда всякая... Эльза Жоржевна, директриса, то есть жена Петруся Иваныча, все показывала твоей маме, объясняла.

— Ну и как тебе эта Эльза? — спросил Володя, которому не понравилось то, как вела себя вчера жена директора.

— А так... — замялась девочка, — мне кажется, она очень несчастная женщина и все время хочет убедить себя и всех, что она занимает самое главное место и самая счастливая. У нее такое обиженное лицо или, вернее, ждущее обиды...

Володя усмехнулся:

— Ну, ты — психолог! А маму она как-нибудь ненароком не обидела?

— Нет, что ты! — поторопилась успокоить Володю Иринка. — Знаешь, Эльза Жоржевна вела себя по отношению к Виктории Сергеевне очень вежливо, даже, мне показалось, немного заискивала перед ней. Может, им на самом деле очень нужен археолог-специалист?

— Еще бы! — уверенно сказал Володя. — А то зачем же им маму приглашать, деньги тратить... Ладно, хватит об этом. Хочешь, я расскажу тебе о том, что произошло со мной в июле, когда я был в пионерском лагере?

Но Тролль, к великому огорчению Володи, сказала:

— Нет, подожди, потом расскажешь. Давай лучше поговорим об этом рыцаре, о том, которого нашли... Ведь я полночи не могла заснуть — мне все слышались его шаги где-то рядом с моей дверью, тяжелые шаги ног, обутых в железные сапоги.

— Это тебе, случайно, не мои шаги мерещились, когда я прогуляться выходил?

— Нет, не твои, — серьезно отвечала Иринка. — Ты только не смейся надо мной, над тем, что я тебе скажу, но я очень хочу увидеть этот призрак или хотя бы узнать наверняка, что привидения существуют, что они возможны. Ведь тогда я буду уверена, что после смерти человек умирает не совсем, а остается что-то... пусть не душа, а какая-то тень, пусть даже очень непохожая на живого человека. Если я буду это знать, то легче станет жить. Я ведь свою маму забыть не могу, поверить не могу в то, что она умерла... совсем и ничего от нее не осталось...

Когда Иринка только начала говорить, Володя уже готовил насмешливый ответ, но потом он слушал девочку серьезно и почти разделял ее интерес — и его самого порой сильно тревожила мысль: а что будет с ним потом, после смерти. А здесь Иринка почти нашла способ ответить на этот вопрос: действительно, если легенда о рыцаре-призраке не была сказкой, то это могло служить доказательством жизни после смерти.

— Все это очень интересно, — как-то неопределенно сказал Володя, по сути дела не знавший, что ответить Иринке, и они больше не разговаривали и молча смотрели телевизор, пока мама не предложила «детям» идти в отведенные им апартаменты укладываться спать. Молча поднялись и пошли петлять по лабиринту замка.

***

Дорогой мама спрашивала у Володи, чем он занимался в свой первый рабочий день, и Володя охотно, желая щегольнуть перед «женщинами» знанием предмета, рассказывал о том, какое оружие посчастливилось ему держать в руках сегодня. Но Иринка отреагировала на Володин рассказ по-своему, сказав довольно резко, чем, однако, осталась не очень довольна мама:

— Свихнешься ты на своем оружии! Весь мир разоружается, а он, видите ли, только о своих железках и мечтает!

Володя замолчал, всерьез обидевшись на Тролля, — то, что он обожал, и то, что «защищало» его, презиралось человеком, так нравившимся ему.

Когда Иринка, попрощавшись, скрылась в своем номере, а Володя и мама тоже зашли в «апартаменты», Виктория Сергеевна спросила у сына:

— А скажи-ка, твой наставник по оружейному мастерству, крестоносец этот, не «под мухой» сегодня был?

Володя понял, что имела в виду мама, и решительно замотал головой:

— Ты что! Ни-ни, как стеклышко! Весь день от верстака не отходил.

И мама, удовлетворенная ответом, скоро погасила свет. И странно несмотря на море впечатлений, полученных Володей за день, они не беспокоили его и мальчик заснул сразу, едва голова коснулась подушки. Зато сразу же явился сон: облеченный в блестящий рыцарский доспех, он с тяжелым копьем в руке едет на лошади, а рядом с ним на вороном скакуне, в длинном платье, свисающем до земли, гарцует Иринка. Девочка смотрит на Володю с восхищением, и сердце его полно радости и покоя. Крестоносец Александр Фомич в кожаном фартуке идет подле его коня, держась рукой за стремя, но нарушает торжественность движения поминутным доставанием бутылки с вином, которую то и дело прикладывает к жадным губам. Вдруг вдалеке показался скачущий им навстречу всадник, держащий копье наперевес, и Володя с улыбкой сказал Иринке перед тем, как опустить забрало: «Теперь ты понимаешь, зачем мужчине оружие?» И девочка лишь смущенно склонила голову. А всадник все приближался, и теперь было видно, что забрало его шлема выковано в форме длинного птичьего клюва...