Приют - Алиса Бодлер

его, прямо сейчас. Но только терпение могло помочь сохранить жизнь Боузи, и больше ничего.

– В общем-то, девчонка действительно бы пришлась сейчас кстати, – привычно пел Робби, надевая перчатки и ломая пузырек с раствором в своей руке. – Но мы никуда не торопимся и то шоу уже посмотрели. Куда интереснее будет понаблюдать за тем, как ты осознаешь последствия своих действий.

– Тебя так задевает то, что я не подчинился? – наконец вступил в диалог доктор Грэм.

– Н-у-у-у, что ты. – Бланшард пожал плечами и принялся набирать жидкость иглой. – Ты переоцениваешь и свою ценность, и мое тщеславие. Мы что, в детской сказке? Я говорю о твоем нарушении врачебной этики, о котором справедливо подметил Миллер.

Набрав нужное количество раствора, Робби выбросил стекляшку и повернулся к Грэму лицом.

– За то, что ты сделал, предусмотрены штрафные санкции. Они пойдут тебе на пользу во всех смыслах.

Быстро шагая, доктор Бланшард пересек кабинет и подошел к Константину вплотную. Очаровательно улыбнувшись, он вложил в руку своего коллеги шприц.

– Укол ДМТ ты сделаешь сам.

Доктор Грэм почувствовал, как внутри все похолодело. Так выглядело его худшее наказание.

Нет, они еще не вводили психоделик. И тому была веская причина.

Все присутствующие понимали, что погружение Боузи в финальную точку может оказаться для него летальным. И Робби хотел, чтобы Константин произвел казнь сам.

Сколько времени уже прошло с момента его разговора с Оуэном на парковке? Пятнадцать минут? Может быть, двадцать?

Нет, все еще слишком мало для того, чтобы Джереми успел все организовать. Времени просто не было, но его все еще требовалось растягивать.

– Ты сказал, что еще рано, – вдруг влез в россказни Робби Уокер. – И ты видел, как его организм реагирует на процедуры. Он может не перенести. Его мозг уже в отключке, даже без психоделика. Это нонсенс!

– Я сказал рано, потому что тогда доктор Грэм еще не явился, – все еще улыбаясь, ответил Бланшард. – О том, что может случиться, я осведомлен.

– Тогда на кой черт нам лишаться приоритетного?! – крайне недовольно прокомментировал происходящее Миллер. – Это тебе что, расходный материал, чтобы им разбрасываться? Введем только на демонстрации, раз попытка всего одна.

– Успокойтесь, коллеги, у нас есть девчонка, которая точно все перенесет, – пожал плечами Робби. – Ее приоритет повысился после процедуры, и вы об этом знаете.

– Но нам не хватит…

– Заткнитесь, – почти спокойно произнес Бланшард. – Дайте Грэму столкнуться лицом к лицу со своим истинным я.

Константин сделал шаг вперед. Он мог начать драку, но их было трое. Еще двое значительно более крепких парней ожидали новых команд в коридоре. Что будет, если он сейчас врежет Робби и начнет отбиваться от остальных? Бланшард разозлится еще сильнее и введет ДМТ сам. Пока полиция явится, все уже произойдет. И спасать Боузи будет уже поздно.

Мог ли он продолжать тянуть время? Мог ли рассчитывать на то, что после введения инъекции его присутствие, его голос, лицо – все это поможет сознанию Дугласа, сейчас утопающему в наваждении Реймонда, проснуться, выбраться из этого чертового лифта? Получится ли у него прервать это мучительное погружение в смерть?

– Думай-думай, Грэм, – продолжал издеваться над Константином Робби. – Интересно, что сейчас мучает твою черепную коробку. Не переживай: если все сделаешь, как нужно, ты сохранишь лицензию. Возможно, мы даже оставим тебя в проекте, если нам понравится результат. А то, что произойдет с Боузи, отвадит тебя от грубого нарушения границ твоих пациентов в дальнейшем.

Бланшард следовал за доктором Грэмом по пятам. А потому видел, как глаза Константина покраснели, а скулы задергались. Было неясно, какую эмоцию сдерживает мужчина: гнев, горечь или же их ядерную смесь?

– Держу пари, горе-мозгоправ, ты уверен, что я все понял только сегодня… Но я хочу, чтобы знал о том, что все было ясно еще на процедуре с девчонкой, – теперь Робби вел свой монолог так дружелюбно, как мог. В конце концов, Константин направлялся к креслу, и это было именно тем, чего он добивался изначально. – Ты совершенно не умеешь скрывать свои эмоции, даже если думаешь наоборот! Тебе бы с этим поработать, говорю абсолютно серьезно.

Следующих слов Грэм уже не слышал. Он опустился на колени перед Реймондом и взял его правую руку в свою. Получив, наконец, внимание от взрослых, мальчик сфокусировал взгляд.

– Вы можете позвать моего дядю, сэр?.. – растерянно спрашивал Рей. Казалось, он уже был не уверен в том, что его могли вытащить отсюда. – Я очень устал. Хочу домой.

Чувствуя, как слезы все же скатываются по его щекам, Константин горько улыбнулся.

– Конечно, Рей. Вы скоро увидитесь.

– Правда?

– Да. Но сначала мне нужно дать тебе лекарство.

– Это такое же, как колит себе дядя?

Грэм поднял голову, чувствуя, как теряет остатки самообладания.

Господи боже, Джереми Оуэн, лучше бы тебе успеть!

– Да, Реймонд. – Сглатывая слезы, доктор показал мальчику шприц. – Ты же взрослый мальчик и не испугаешься?

– Нет! – с восторгом улыбался Рей. – Знаете, у меня есть кролик…

– Ева, – подрагивая всем телом, прошептал Константин. – Да, я знаю.

– Точно! Наверное, вы – мой друг. Просто я об этом забыл!

Где-то на заднем плане послышалось цоканье.

– Робби, мы долго будем наблюдать за этим спектаклем?! – возмущался Миллер. – Ей-богу, ты уже начинаешь меня раздражать.

– Ничего не знаю, – хихикал Бланшард. – Я в восторге!

Грэм отпустил руку мальчика, вставил шприц в катетер и медленно надавил на рукоятку поршня.

– Послушай меня, Реймонд. Когда ты окажешься в темном, тесном месте, помни только об одном: дядя спасет тебя. Придет за тобой совсем скоро. А ты должен быть смелым и дождаться его. Не кричать и не плакать. Ты понял?

Взгляд Рея вновь расфокусировался:

– Как же хочется спать… – только и успел произнести он.

В следующий момент в коридоре послышались крики. Кто-то бежал сюда. И их было много.

Уокер подскочил на месте:

– Бланшард, что за?..

Глаза Робби увеличились вдвое, и он засуетился на месте.

Двери в бывший кабинет томографии распахнулись. Внутрь ввалилась группа мужчин – без формы, но с оружием. Позади них, опираясь на крупную рыжеволосую женщину, стоял до смерти напуганный Джереми.

– Мистер Бодрийяр, сейчас! – что было сил заорал Константин.

Сопровождающая дернула мужчину за собой и помогла ему быстро добраться до кресла, в котором сидел Боузи.

Оуэна потряхивало так, словно через электрошоковую терапию проходил он, а не его племянник. Но, несмотря на это, мужчина поспешил обхватить парня руками и прижать к себе.

Тем временем в Мёрмёр

Реймонд колотил в стенки лифта что было сил. Он успел съесть тот заветный кусочек пирога от Мари,