Иван Винаров - Бойцы тихого фронта

Болгарская передовая студенческая молодежь и болгарская политэмиграция в Вене установили прочные дружеские связи не только с Коммунистической партией Австрии, но и со всей прогрессивной австрийской общественностью. Это был результат ее активной солидарности с борьбой австрийских трудящихся и ее участия в славном Июльском восстании 1927 года. Дружеские связи организации простирались во все круги общества: в поддержку ее мероприятий выступали видные австрийские литераторы и общественные деятели — писатели Стефан Цвейг и Артур Шницлер, прогрессивные адвокаты д-р Шенфельд, д-р Освальд Рихтер (социал-демократ), д-р Вакс, д-р Лазарфельд и др. Многие из них участвовали в собраниях протеста против белого террора в Болгарии, выступали с обличающими статьями в газетах. С помощью прогрессивных венских юристов удалось освободить из рук полиции Николу Кофарджиева (Сашо). Во время нелегального пребывания в Вене в 1928 году он был арестован, и ему грозила передача в руки болгарской полиции, искавшей его повсюду. Внес свою лепту в кампанию оказания помощи жертвам белого террора и австрийский Красный Крест, пользовавшийся поддержкой социал-демократической партии.

Филиалами болгарского общества в Вене являлись студенческие общества в Граце (Австрия) и Брно (Чехословакия). Партийная организация в Брно существовала еще до 1923 года, но потом она почти распалась из-за фракционной борьбы и возобновила свою деятельность в 1929 году. Ее возглавил Стоян Караджов, учившийся в то время в Чехословакии.

В актив болгарского студенческого общества, включая и партийную организацию, следует зачислить и помощь, оказываемую в деле выпуска и распространения важных легальных и нелегальных изданий партии: газеты «Работнически вестник» (с конца 1923 года до середины 1924 года), журналов «Комунистическо знаме» и «Студентска трибуна», газеты «Балканска федерация» и др.

Важным моментом в жизни Венской партийной организации явилось создание студенческой столовой. Она открылась в VIII районе на Лаудонгассе в доме № 6 благодаря материальной помощи Заграничного бюро. В столовой питались не только прогрессивные студенты, получавшие там горячее и дешевое питание, но и многие наши политэмигранты.

Разумеется, помещение столовой имело двойное предназначение: оно служило также залом для оживленной культурно-просветительной и организационной работы партийной организации. Там регулярно проводились собрания, товарищеские встречи, вечеринки и митинги. Почти каждый вечер после ужина в столовой проходили беседы небольшого марксистско-ленинского университета: изучались вопросы международного и болгарского коммунистического движения, политэкономия, исторический и диалектический материализм, вопросы текущей международной и внутренней политики стран Европы, гражданская война в Китае и роль империалистических государств, новый заговор против Советского Союза и пр. и пр.

В болгарской столовой питались в то время и обучавшиеся в Вене прогрессивные студенты из Югославии, Греции, Китая и других стран. Они тоже часто использовали помещение столовой для своих политических собраний или культурно-просветительных мероприятий: руководство болгарской политэмиграции проявляло к их нуждам должную отзывчивость.

Непосредственное участие в баррикадных боях во время Июльского восстания 1927 года приняло более пятидесяти членов Союза студенческих обществ и партийной организации во главе со Стефаном Тодоровым. В восстании участвовал и председатель Заграничного бюро партии Антон Иванов. Наши сражались героически. Когда венская конная полиция тройным кольцом окружила судебную палату и попыталась разогнать многотысячную демонстрацию с помощью огнестрельного оружия и нагаек, болгары, большинство которых имели опыт уличных схваток с болгарскими жандармами, первыми бросились вперед, заставили конных полицейских спешиться и обезоружили их. Их примеру последовали десятки венских рабочих. Разгневанный народ смял полицейский кордон, поджег судебную палату. Группа наших врачей во главе с Георгием Поповым оказывала первую помощь раненым рабочим… Наши сражались до последнего, третьего дня восстания, когда центр боев переместился в новый промышленный квартал Флорисдорф. Более двадцати человек во главе со Стефаном Тодоровым показали пример высокого героизма и покинули поле боя только в последний час, когда на баррикады обрушился огонь артиллерии… После разгрома восстания венская полиция временно закрыла столовую и арестовала многих членов руководства студенческого общества во главе со Стефаном Тодоровым, подвергнув их тщательному следствию. И в полиции наши вели себя смело, достойно: через несколько дней из-за отсутствия улик их освободили.

Почти все болгарские политэмигранты и студенты по поручению Заграничного бюро состояли не только членами Союза студенческих обществ и партийной организации, но и входили в Венское общество свободомыслящих. Основанное Коммунистической партией Австрии, это общество ставило себе задачей вести борьбу против религиозных верований и распространять атеистические знания, наряду с этим оно пользовалось любой возможностью для ведения марксистско-ленинской пропаганды. Несмотря на то, что Общество свободомыслящих было основано коммунистами, оно пользовалось поддержкой сильной в ту пору австрийской социал-демократической партии, которой руководили Отто Бауэр и Макс Адлер. В рядах общества состояли коммунисты, социал-демократы, члены земледельческой партии, беспартийные. Фактически это была небольшая цитадель единого фронта. В оживленных дискуссиях, разворачивавшихся там по целому ряду современных политических и культурных вопросов, участвовали и болгары, нередко они были основными докладчиками, они оспаривали с трибуны ошибочные платформы, защищавшиеся представителями церкви, анархистами, правыми социал-демократами, троцкистами.

Я ставлю перед собой скромную задачу припомнить некоторые героические действия наших политэмигрантов и, кроме того, обрисовать обстановку, сложившуюся в Вене в 1930 году, когда мне пришлось создавать новую группу разведки. Напомню: среди наших сотрудников были представители болгарской молодежи, в основном прогрессивные студенты, в течение долгих лет они, не щадя сил, выполняли свой интернациональный долг.

Само собой разумеется, среда, в которую я попал в те годы и в которой я должен был «раствориться», чтобы успешно выполнять свои разведывательные задачи, вовсе не состояла из болгарских политэмигрантов. Работа велась главным образом с помощью людей, очутившихся в Вене по разным поводам, или же с помощью австрийцев. Болгарские студенты только помогали нам.