Сергей Гусев - Лодка за краем мира

– Дело в том, – Берроуз запнулся, – дело в том, что про "Тюлению" нам сказала женщина.

– Кто? Какая еще женщина! Вы в своем уме капитан? – контр-адмирал стал мерить кабинет шагами.

– Да, Ваше Превосходительство, и эта женщина, которая сказала нам про "Тюлению", принесла нам обратно тот секретный пакет и просила передать его Вам.

Сонтера развернулся встав на каблуки ботинок, резина скрипнула на натертом паркете.

– Она назвала Ваше имя и просила назвать Вам своё. Ее зовут Арилла Тоя. Она просила передать, что относиться к Вам очень хорошо, поэтому решила помочь нам бежать.

– Ко мне… хорошо? Арилла,… она, да она с ума сошла! Какого дьявола, морская черепаха, – казалось, контр-адмирал забыл про гостей, бесконечно проклиная кого-то, ведомого только ему одному.

– Вы вскрыли пакет? – он внезапно вырвался из цепей своих мыслей, – Вы его вскрывали? Все эти печати, штампы – они целы? Она вам его вернула целый?

– Нет, мы его не открывали, – Берроуз расстегнул белоснежный парадный китель и вытащил из-за пазухи увесистый сверток желтой бумаги. – Вот он, Ваше Превосходительство.

Сонтера выхватил из рук Берроуза конверт, разорвал его не успев дойти до письменного стола.

– Да, вот эта и вот эта. Все тут, на месте, не пропали, – шептал он себе под нос, перечитывая содержимое и судорожно перебирая бумаги, – Все на месте.

Он облегченно вздохнул, сел за письменный стол и начал методично разрывать бумаги одну за одной в мелкие кусочки, затем сгреб их и в пепельницу и поджег.

– Что еще она просила передать мне? – продолжил он, убедившись, что документы сожжены.

– Ничего, Ваше Превосходительство, – капитан встал, – это все, что мы имели честь Вам доложить.

– Хорошо, Берроуз, Стени. Я дам вам отпуск на две недели, и вам выплатят жалование и боевые за все то время, пока вы выполняли приказ, с момента отплытия "Темной Рыбы" по сегодняшний день. После отпуска вы переводитесь на секретную базу Имперского Подводного флота у Лиловых скал. Поступите в распоряжение коменданта крепости.

– Слушаюсь, господин контр-адмирал, – хором ответили моряки.

– И еще, я попрошу Вас подготовить рапорт, капитан, в котором Вы изложите все, что Вы написали ранее. Еще Вы напишете о том, как Вы, согласно инструкции, лично сожгли секретный пакет перед затоплением субмарины, Вы меня поняли? – Сонтера сверлил их глазами, казалось, словно стараясь загипнотизировать. – Вы опишете свое бегство, но что касается этой женщины, Ариллы Тои, Вы опустите этот момент. Ее там просто не было. На "Тюлению" Вы попали случайно. Это ясно?

– Так точно, господин контр-адмирал, – уже в разнобой ответили они.

– Благодарю Вас, капитан Берроуз, за точное выполнение приказа. Теперь идите, у меня еще много дел на сегодня.

Они шли по синей дорожке бесконечными коридорами Адмиралтейства, когда мичман довольно хмыкнул и, задев локтем Берроуза, сказал:

– Однако, капитан, я так и не понял, почему это ее, бабы этой, не было, когда она была. Что-то этот граф Сонтера в своих бабах совсем заплутал, как заяц в лесу.

– Сложнее тут дело Стени, сильно сложнее. Я бы на его месте нас арестовал, а он отпустил. Почему, спрашивается? Какая игра тут подковерная, кто в нее играет – не поймешь, – ответил капитан. – А вот госпожа Арилла Тоя, похоже, всех нас обыграла, сделала все по-своему.

– Хоть и не понимаю я ничего, а про нее-то Вы верно сказали, капитан, – отозвался Стени. – Вот попомните мои слова, она еще на шею графу Сонтере сядет, к гадалке не ходи. Сделает его кругом виноватым. Да и про нас как бы не вспомнили, кому нужно, Такие вот дела, капитан.

В Императорском Театре давали новую постановку оперы "Подземное царство" модного режисера Эйлирума. Чиновники высоких рангов с престарелыми женами, богатые буржуа с молоденькими содержанками, дипломаты со всех концов обитаемого мира, генералы в парадных мундирах, моложавые офицеры генерального штаба. Пестрая лента дорогих вечерних платьев, бриллиантовых украшений, шлейф духов, стоящих дороже мягкого горного золота, офицерские эполеты, рыжие оттенки генеральских мундиров и чернота капитанских кителей. Антракт спектакля наполнил величественное фойе старого театра гудящей толпой.

Контр-адмирал Сонтера стоял в стороне от великосветской толпы, его взгляд блуждал по роскошным потолочным росписям, сделанным самим Лерианом полсотни лет тому назад. Мысли его были далеки и от людей, его окружавших, и от потрясающего голоса новой театральной примы, ставшей новой знаменитостью всего за пару лет. Пролетевшей словно небесная падающая звезда путь от провинциальной артистки – до любовницы генерал-губернатора и столичной примадонны.

Да еще какой звезды – не проходило и месяца, чтобы все газеты не взрывались очередным скандалом или любовной историей с дуэлью в ее честь. Но ни общество, ни дорогое вино, ни волшебная опера не трогали кровь Сонтеры. Волна апатии, пришедшая после утренней встречи с капитаном "Темной рыбы", казалось, вцепилась в его горло мертвой рукой. Утреннее происшествие с бумагами, попавшими в руки утликанской разведки, и капитаном Берроузом не отпускало его мыслей.

Вся его блестящая, молниеносная, выстроенная им самим карьера, да что там карьера – вся его жизнь были поставлены под угрозу в один момент. Если бы имперская охранка узнала о том, что секретный пакет с приказами уже побывал в Троттердакке, он бы не стоял здесь в этом театре, а сидел бы на скособоченном стуле, где-нибудь в Говорливом подвале под зданием Министерства Государственной Безопасности.

Может быть, позвонить отцу, он возглавлял Министерство Промышленности почти тридцать лет, и у него большие связи при дворе? Или написать письмо дядюшке, он отошел от дел уже с десяток лет, но в свое время был Начальником Охраны императора, и он сможет помочь. Он же был знаком с Его Величеством лично. Да, он смог бы попросить за меня, попросить отставки без суда и следствия.

А если их не послушают, тогда что? Тогда это конец карьеры, конец всему. Трибунал, каторга за Сиреневыми Горами на шахтах или, в лучшем случае, расстрел. Хотя, возможно, Император бы сжалился над контр-адмиралом и, учитывая прошлые заслуги и долгую службу, отправил бы на поселения куда-нибудь на вечно занесенный снегом остров посреди Великого Океана. На дальнем севере, где пароход с большой земли приходит раза два в год, когда стихают летние штормы и океан еще не успевает замерзнуть на долгую и темную полярную зиму.

Что же теперь делать? Нет, просить дядю и отца несовместимо с честью офицера. Да и наверняка республиканская разведка уже получила доступ к документам. За это полагается и в мирное-то время полагается расстрел, а тут еще и такие документы… Все это означает что военные планы Империи у них в руках. Тогда, может быть, пойти к Дортону и рассказать, как все вышло? Может быть, простит, отпустит, планы переделают, операцию отложат, и все уладится?