Вечное Лето, Том III: Спасение (СИ) - Macrieve Catherine

Джейк широко улыбается, прежде чем притянуть меня к себе и поцеловать.

Я упиваюсь этим мгновением, которое, к сожалению, длится совсем недолго, потому что внезапно где-то за спиной Джейка раздаётся визг Мишель.

Я отрываюсь от своего жениха и бросаюсь к подруге, которая указывает дрожащим пальцем на вышедшего из кустов саблезубого тигра. Возможно, я бы тоже могла завизжать, но на спине у монстра сидит Таари.

– Т’Каал, мой старый друг! – Вэйрин ласково трепет загривок саблезубого тигра, а Таари, соскользнув с шерсти животного, бросается к нам. Я подхватываю ребёнка на руки, и он крепко ко мне прижимается.

– Кот-лидирующие! Вы вернулись! Я так надеялся, что мы ещё встретимся!

– Ну конечно, малой, – ворчит Зара, внезапно оказываясь рядом со мной. Она взъерошивает волосы мальчика и непривычно мягко улыбается. – Соскучился, небось?

– Конечно, Зах-ра! – хихикает ребёнок. – А вы скучали?

– Скучали, Ежевичка, – усмехается Джейк. – Надеюсь, ты достаточно потрепал нервы тёте Сераксе в наше отсутствие?

Позади раздаётся раздражённое покашливание военачальницы.

– Очень рада слышать, что ты не растерял своего чувства юмора, – ворчит Серакса. – Таари, ты уже должен спать!

– О, – ребёнок дует губы. – Хорошо, Серакса. Я теперь должен идти, Кот-лидирующие!

Я опускаю мальчика на землю, и он убегает в сторону лестницы.

– Это что… – поражённо произносит Майк, не в силах договорить.

– Да, – кивает Келе с не менее ошарашенным видом, – это был маленький мальчик верхом на саблезубом тигре. Я тоже это видел, ты не сошёл с ума.

– Т’Каал может и вас покатать на спине, – поддразнивает Вэйрин, – если не решит, что вы окажетесь лучшей закуской, нежели наездниками. Но полно, – он отворачивается от тигра, который тычется мордой в его руку, явно прося ещё ласки, но вождь не обращает внимания. Он смотрит на Диего, и я совершенно точно знаю, что сейчас произойдёт. – Диего Рикардо Ортис Сото, – торжественно произносит Вэйрин, и мой лучший друг вздрагивает, – с того момента, как я тебя впервые увидел, я понял, что хочу быть с тобой. Я люблю тебя, Диего. И я хочу провести с тобой вечность. Согласишься ли ты разделить её со мной?

Диего бледнеет, краснеет, потом снова бледнеет. На его лбу выступает испарина, а потом на губах медленно, неуверенно появляется широкая улыбка.

– Да! – восклицает он. – Чёрт возьми, конечно, да!

Он бросается в объятия Вэйрина, и я деликатно отвожу взгляд, прежде чем Мишель перехватывает мою ладонь и отводит в сторону.

– Итак, Марикета, – она говорит так громко, что очарование момента всерьёз оказывается под угрозой. Правда, Диего и Вэйрин ни на мгновение не отлипают друг от друга. – Поскольку эта свадьба будет несколько… нестандартной, я думаю, нам просто необходимо соблюсти некоторые из наших традиций.

– Каких традиций? – с ужасом переспрашиваю я.

– Ну, например, – вклинивается Радж, – я совершенно уверен в том, что смогу организовать мальчишник… Минут за пятнадцать.

– Что такое «мальчишник»? – с любопытством спрашивает Вэйрин, возвращаясь с небес на землю.

– Ну, знаешь, – мнётся Радж, – типа… холостяцкая вечеринка. Прощание со свободой. У нас дома так принято, но… Чёрт, а как нам поступить, если у нас тут, типа, три жениха?

– Я буду вынужден отказаться от твоей вечеринки, – с грустью произносит Вэйрин, – ещё до начала Ниала’рей мне необходимо решить несколько насущных вопросов, возникших в моё отсутствие.

Радж кивает.

– Хорошо, – и тут же поспешно исправляется, – то есть, конечно, плохо, но будущие молодожёны должны провести ночь перед свадьбой отдельно друг от друга, так что это нам на руку…

– Отдельно друг от друга? – с ужасом переспрашиваю я. – Но…

– Не переживай, Мари, – усмехается Мишель, – мы устроим тебе такой девичник, что ты даже не вспомнишь про своего жениха!

О, в этом я очень сильно сомневаюсь.

Джейк заключает меня в объятия и целует так, что я понимаю – он думает о том же самом.

– Завтра, – шепчет он мне в губы, – в это время ты будешь моей женой.

– Постараемся пережить эту ночь вдали друг от друга? – тоже шёпотом произношу я.

– В последний раз, – улыбается мой будущий муж.

– Хватит, – Зара хватает меня за запястье и буквально оттаскивает от Джейка. – Успеете ещё!

– Ах да, – внезапно спохватывается Джейк, – Скриллекс, прежде, чем вы украдёте мою невесту, можно тебя на пару слов?

Зара пожимает плечами, но отходит в сторону вместе с ним. Я, заинтригованная, пытаюсь расслышать хоть слово, когда Джейк что-то неуверенно у неё спрашивает, а она ухмыляется в ответ – но у меня ничего не выходит.

– Девки, уведите Марикету, – кричит она спустя пару минут с такой интонацией, словно меня здесь нет, – я позже догонюсь.

– Ты хотела сказать «догоню»? – усмехается Куинн.

– Нет, я хотела сказать именно то, что сказала!

Мишель, хихикая, тянет меня по пляжу куда-то в сторону; Куинн, Эстелла и Грейс идут за нами. Когда спустя минут десять мы выходим к небольшой пустынной гавани, я не могу сдержать своего шока.

– Как, во имя всего святого…

С деревянного каркаса свисают полотна белой полупрозрачной ткани, образуя некое подобие беседки. Внутри этой беседки расстелен плед, на котором лежат бутылки с вином и разные фрукты. Я перевожу взгляд на девочек и не могу сказать ни слова.

– Пока ты тосковала наверху, – поясняет Мишель, явно упиваясь моей реакцией.

– Но мы же…

– Да ладно тебе, Мари, – фыркает Куинн, – и так понятно было, что сегодня последняя ночь твоей незамужней жизни.

– Я бы серьёзно разочаровалась в Маккензи, если бы он не воспользовался шансом, – добавляет Эстелла. – Впрочем, в тебе бы тоже, Мари.

Если бы кто-то знал, как я обожаю своих подруг!

Собственно, я сразу же им об этом сообщаю.

Зара появляется примерно спустя полторы бутылки вина и буквально пихает мне в руки какой-то свёрток.

– Вэйрин передал, – поясняет она, откупоривая бутылку и прикладываясь к горлышку.

Я в непонимании разворачиваю свёрток, и в моих руках оказывается самое красивое платье, какое я только могла себе представить. Лёгкая, словно пух, серебристая ткань скользит, как вода, между пальцев. Мишель издаёт восторженный визг, который тут же топит в глотке вина, а Грейс восхищённо касается ткани пальцами.

– Как? – я могу выдавить из себя только одно слово.

– Вэйрин сказал, что это платье принадлежало его матери, – пожимает плечами Зара. – Ну, примерь уже, даже мне интересно.

Конечно, платье оказывается мне великовато. Оно крепится к шее ожерельем из цветов, сделанных из неведомых мне драгоценных камней. Широкий пояс мы с девочками без труда фиксируем на моих бёдрах, и это выглядит очень красиво, хотя мне кажется, несколько всё-таки чересчур: плотно обхватывая грудь двумя широкими полосами, ткань оставляет обнажённой спину и живот; надо полагать, на ваанти этот наряд выглядит менее откровенно, потому что пояс должен располагаться на талии, а не на бёдрах. Юбка струится мягкими складками и ожидаемо оказывается слишком длинной для меня. Но Мишель быстро находит выход из ситуации – она достаёт из своей набедренной сумки нитки и иглу (я полагаю, это было предназначено для зашивания ран) и берёт у Эстеллы нож. Не думаю, что Вэйрин одобрил бы подобных издевательств над платьем своей матери, но наряд настолько красив, что я заглушаю голос совести добрым глотком вина.

Мишель отрезает подол спереди, что-то там колдует, пока я ощущаю себя пьяной куклой, и в итоге подгоняет длину как раз под мой рост, оставляя сзади длинный шлейф.

– А теперь снимай, – командует Миш, – не дай бог, обольёшь вином или ещё что…

Переодевшись, я бросаюсь к девчонкам с объятиями. Удивительно, но даже Зара стойко терпит мои нежности.

– Итак, Мари, – произносит Грейс ещё спустя пару бутылок, – ты готова?

– К чему? – пьяно икнув, спрашиваю я.

– Ну, типа, к замужеству, – ухмыляется Зара.