Владимир Неволин - Иметь королеву

Машина набрала скорость, держа курс на север.

Рашид-шах, чувствуя, как по телу сладкими волнами от горячей воды катится тепло, раскуривал кальян. Вторая жена была уже немолодой и не красивой, но мыть своему повелителю ноги она умела, как никакая из женщин. Нагревала воду, чтобы та была в меру горячей и ласковой, делала настои, после которых ступни долго горели, будто ноги были поставлены на живую горячую собаку.

После вкусного плова Рашид-шах вспоминал о хорошо выполненном приказании Хозяина, и от этого ему становилось еще приятнее. Все прошло быстро и легко. Сонная девчонка не успела даже пикнуть. А хороша! Газель! Чем это прогневал Хозяина Вартан? Впрочем, какая разница. Похоже, любимец выходит из числа таковых, если Аллах будет милостив к Рашид-шаху, то место рядом с повелителем займет он. От такого предположения Рашид-шах едва не замурлыкал и решил, что прекрасно проведенный день должен плавно перейти в такую же прекрасную ночь.

Вторая жена закончила обтирать мужу ноги, и Рашид-шах отложил мундштук.

— Иди. Пришли ко мне Азизу.

Жена, непрерывно кланяясь, скрылась за пологом. Рашид-шах прошел в угол комнаты и опустился на подушки. Огонь у камина освещал бордово-красные узорчатые ковры на стенах, приятно грея и возбуждая. Умелица Азиза доведет это чувство до совершенства. Она умеет.

Полог качнулся, и в комнату с поклоном вошла женщина в парандже.

— Сделай так, чтобы я поднялся в небеса, Азиза, — сказал Рашид-шах и закрыл глаза.

Фигура в парандже приблизилась к ложу. Женщина развязала пояс на халате Рашид-шаха, наклонилась над ним, и тот почувствовал, как у него перехватило дыхание. Но не от жарких губ любимицы, а оттого, что жесткий плетеный поясок туго затянулся у него на шее. Рашид-шах успел вскинуть руки к горлу, прохрипеть что-то полузадушенно, но, увидев темное усатое лицо над собой, задохнулся от ужаса…

Пенящаяся бурунами вода горной речки в свете звезд казалась белой. Подтащив неподвижное тело к каменистому берегу, Вартан макнул Рашид-шаха головой в ледяную воду.

Потом, не дожидаясь, когда тот окончательно придет в себя, залепил ему пощечину. Рашид-шах открыл бессмысленно блуждающие глаза. Вартан подсветил себе фонариком лицо. Сказал коротко:

— Узнаешь? Отвечать быстро.

Рашид-шах узнал. И вздрогнул, как от удара.

— Так. Хорошо. Где она?

— Кто? — спросил Рашид-шах и снова вздрогнул — теперь уже от удара кулаком.

— Моя дочь. Где?

Рашид-шах, медленно соображая, изменился в лице.

— Хозяин… приказал… — и, вытаращив глаза, с ужасом произнес: — Ты пришел против воли Хозяина? Ты мертвец, Вартан!

— Моя жизнь тебя не касается, шакал, — сказал Вартан, и в его руке появился белый, как вода в речке, кинжал. — Я спрашиваю тебя последний раз, а потом буду отрезать кусочки от твоего поганого тела. Ты знаешь — я это умею.

— Наверху, — прошептал Рашид-шах, закатывая в сторону гор белые от ужаса глаза. — В пещере с оружием. Ты против Хозяина?

— Охрана есть?

— Двое. Ты против…

— Назови имена.

Рашид-шах, заикаясь, пролепетал имена сообщников. Вартан вспомнил. Пешки. Если со времени его последней встречи с ними их ничему не научили, что вероятнее всего, то особых проблем не будет.

— Веди, — тряхнул он Рашид-шаха за ворот. — И молчи. У меня больше нет хозяина.

Руки Рашид-шаха пришлось развязать. Карабкаясь вдоль русла реки, Рашид-шах то и дело оглядывался на темную фигуру, неотступно следующую за ним, но попыток к бегству или сопротивлению не предпринимал. О способностях Вартана он знал хорошо.

Пещера открылась за поворотом горной тропы узкой черной щелью в скале. Прижав Рашид-шаха к скальной стене, Вартан прошептал ему на ухо, для убедительности прижав кинжал к ягодицам:

— Ты сделаешь все, как я сказал. Ведь ты же не хочешь, чтобы в подлунном мире стало два Рашид-шаха — из двух половинок, холодных, как этот камень.

Рашид-шах усиленно затряс головой в знак того, что все сделает как надо. Они осторожно приблизились ко входу в пещеру. Рашид-шах, отодвинув неприметный камень, сунул руку в углубление под ним, поковырялся там и сказал:

— Сигнализация. Я ее выключил.

Они вошли в пещеру. Вартан вплотную прижался к Рашид-шаху, чтобы в случае необходимости лишить того свободы маневра. В пещере было тихо, царила полнейшая темнота, и она казалась пустой. Они прошли с десяток метров, свернули в боковое ответвление, и впереди забрезжил матово-белый свет. Вартан приставил кинжал к горлу Рашид-шаха, а второй рукой извлек из-за пазухи и просунул ему под мышку длинноствольный пистолет с набалдашником-глушаком. Они прошли не более двух десятков шагов, и ход расширился. Впереди открывался большой, созданный в незапамятные времена горными духами, зал. Те, кто выбрал это место для своих тайных дел, срубили сосульки сталактитов, а колонны сталагмитов сделали из него лабиринт со множеством перегородок и ниш, заполненных стеллажами с ящиками. Из глубины пещеры слышалось неясное бормотание. Вартан с пленником прошел мимо ряда отсеков и увидел сидящего на корточках бородатого охранника в чалме. Полузакрыв глаза, тот меланхолично перебирал четки и нараспев бубнил молитву. Второй склонился над пластиковым столом со стоящей на нем радиостанцией. Они умерли быстро и безболезненно, почти одновременно, уткнувшись лицами в потертый ковер и бумаги на столе. Рашид-шах жил чуть дольше — до тех пор, пока Вартан не увидел в темном углу отсека кровать с пристегнутой к ней ремнями Гульнарой. Вартан послушал ее дыхание, приподнял веки, всмотрелся в расширенные зрачки. Потом отстегнул ремни и нашел на локтевом сгибе два красных пятнышка. Снотворное или наркотик — определять было некогда. Предстоял путь назад, и даже хорошо, что дочь не сможет невольно помешать ему. Вартан совсем не был уверен, что Рашид-шах и эти двое знали о всех ступенях электронной охраны склада. Вполне возможно, сейчас в долине кто-то получил сигнал о том, что в пещеру проник посторонний. Вартан быстро прошел мимо стеллажей, читая надписи на ящиках, вскрыл один из них — в нем находились миниатюрные остроклювые ракеты. Взял одну и привязал себе поперек груди. Потом взвалил расслабленное тело Гульнары на спину и ремнями, которыми она была пристегнута к кровати, укрепил ее руки и туловище так, чтобы иметь свободу действий.

Напоследок Вартан подошел к ящику с запалами для гранат.

— Кушай, дорогой, — ласково сказал он и сунул в щель между гранатами «шоколадку» в пестрой обертке.

Волнение его прошло. Теперь дочь была с ним, и никто не сможет сделать ей плохо.

Вартан прошел больше половины пути вдоль реки и уже было решил, что его домыслы о второй ступени сигнализации беспочвенны, как вдруг в мерный шум бьющейся между камней воды вплелся ритмичный тукающий звук. Бежать было бесполезно — с воздуха они будут обнаружены мгновенно. Вартан опустился на колени за большим, влажным от водяных брызг, камнем и отвязал с груди ракету. Через минуту из-за вершины скалы появилось темное пятно. Геликоптер, легкий как бабочка, шил русло реки поперечными стежками. При наличии на борту инфракрасного оборудования он наверняка мог служить прекрасным наводчиком для погони. Вартан замер с ракетой на плече, и когда геликоптер после очередного зигзага завис чуть в стороне от беглецов, нажал на пусковую скобу. Раздался хлопок, и тукающий звук исчез. Рассыпаясь в воздухе, геликоптер рухнул в реку.