Уилбур Смит - Леопард охотится в темноте

Она была голой и сонной.

— Что случилось?

Он сорвал со спинки кровати халат и бросил его ей.

— Одевайся, но не вставай.

Пока она надевала халат, он пытался понять, что происходит. Оружия в доме не было, не считая кухонных ножей и небольшого топорика для колки дров на задней террасе. Не было подготовленных для отступления, укрепленных мешками с песком позиций, как и ограждений из колючей проволоки и прожекторов, то есть элементарных средств обороны, которыми раньше была оснащена практически любая ферма.

Он услышал еще одну очередь, потом женский крик.

— Что происходит? Кто они? — Голос Сэлли-Энн был спокойным и бодрым. Она проснулась окончательно, но явно не испытывала страха. — Это диссиденты?

— Не знаю и не собираюсь оставаться здесь, чтобы выяснить, — сказал он мрачно.

Он бросил взгляд на новую легковоспламеняющуюся соломенную крышу. Лучше всего было убежать и спрятаться в зарослях кустов, но для этого был нужен отвлекающий маневр.

— Оставайся здесь, — приказал он. — Надень туфли и приготовься убегать. Я вернусь через минуту.

Он перекатился по полу к стене и встал. Дверь спальни была не заперта, и он выскочил в коридор. Десять секунд он потратил на проверку телефона. Он знал, что провода окажутся перерезанными, что мгновенно подтвердилось тишиной в трубке. Он бросил трубку, оставив ее болтаться на проводе, и побежал на кухню.

Отвлечь противника он мог только одним — светом. Он нажал на кнопку пуска дизель-генератора и сразу же услышал неясный шум с другой стороны двора. Лампочки над головой сначала тускло засветились, потом ослепительно вспыхнули. Он открыл дверцу коробки предохранителей над пультом управления, выключил внутреннее освещение и включил освещение террасы и сада. Таким образом, задняя часть дома оставалась в темноте. Прорываться следовало именно там, причем быстро. Нападавшие могли подойти к дому всего через несколько секунд.

Он выбежал из кухни и остановился у задней двери гостиной, чтобы проверить освещение террасы и лужайки перед домом. Трава была ярко освещена и казалась еще более сочной и зеленой, над ней, словно купол собора, нависали ветви джакаранды. Стрельба стихла, но со стороны поселка доносились причитания женщин, и от этого скорбного звука кожа Крейга покрылась мурашками.

Крейг знал, что они уже поднимались по склону, и повернулся, чтобы бежать к Сэлли-Энн, когда его внимание привлекло какое-то движение на границе света. Он прищурился, чтобы получше разглядеть, что происходит. Неплохо было узнать, кто именно напал на него, но он терял драгоценные секунды.

Он разглядел бегущего к дому чернокожего человека, голого, нет, в набедренной повязке. Он скорее не бежал, а брел, спотыкаясь и раскачиваясь как пьяный. В свете фонарей его кожа блестела, как намазанная маслом, и Крейг, к своему ужасу, понял, что это — кровь. Человек был покрыт собственной кровью, которая падала каплями на землю, как вода со шкуры ретривера, вылезшего на берег с уткой в зубах.

Ужас еще больше усилился, когда Крейг узнал в человеке старого Шадрача. Он не задумываясь бросился к нему на помощь. Он пинком распахнул двери гостиной, выбежал на террасу и одним прыжком перемахнул через низкие перила. Он успел подхватить Шадрача, прежде чем тот свалился на землю, прижать к груди, удивившись, насколько легким было тело старика, и одним прыжком вернуться на веранду.

Шадрач был ранен в руку выше локтя. Кость была раздроблена и рука висела лишь на полоске плоти. Старик прижимал ее к груди, как маленького ребенка.

— Они идут, — с трудом выдавил он из себя. — Тебе нужно бежать. Они убивают наших людей и тебя тоже убьют.

Было просто чудом, что старик мог говорить, а тем более бежать с такой раной. Он оторвал от набедренной повязки полоску ткани и попытался перевязать руку выше раны. Крейг сам наложил турникет.

— Ты должен бежать, маленький хозяин, — повторил старик и, прежде чем Крейг успел удержать его, вскочил на ноги и скрылся в темноте.

«Он рисковал своей жизнью, чтобы предупредить меня». Крейг проводил его взглядом, потом опомнился и, пригнувшись, вбежал в дом.

Сэлли-Энн была там, где он ее оставил. Тусклый свет, проникавший в окно, позволил ему увидеть, что она зачесала волосы назад, надела футболку и шорты и зашнуровывала мягкие кожаные кроссовки.

— Молодец. — Он опустился рядом с ней на колени. — Пошли.

— Бастер! — воскликнула она. — Мой щенок!

— Сэлли-Энн, ради Бога!

— Мы не можем оставить его! — Он увидел ее упрямый взгляд, который уже успел хорошо изучить.

— Если понадобится, я унесу тебя на руках, — предупредил он и решил еще раз выглянуть в окно.

Лужайки и сад были по-прежнему ярко освещены. Он увидел, как к дому подходят темные силуэты вооруженных людей, растянувшихся цепью, как солдаты. На мгновение он не поверил своим глазам, потом облегченно расслабился.

— Господи, спасибо тебе! — прошептал он, чувствуя, как дрожит его мгновенно ставшее слабым тело. Крейг обнял Сэлли-Энн и крепко прижал к себе.

— Все в порядке, — сказал он. — Теперь все будет хорошо.

— Что произошло?

— Силы безопасности уже здесь, — ответил он. Он узнал бордовые береты с серебряными эмблемами. — Третья бригада уже здесь, теперь мы в безопасности.

Они вышли на террасу, чтобы встретить своих спасителей. Сэлли-Энн держала на руках щенка, Крейг обнимал ее за плечи.

— Я очень рад видеть вас и ваших людей, сержант, — поприветствовал Крейг шедшего впереди цепи десантника.

— Вернитесь в дом. — Сержант повелительно, если не угрожающе махнул винтовкой. Это был высокий мускулистый человек, выражение лица его было холодным и безразличным, и Крейг понял, что рано почувствовал облегчение. Что-то было не так. Цепь десантников окружила дом, потом, используя классическую тактику уличных бойцов, прикрывая друг друга, парами подошли стрелки. Они одновременно проникли в дом через окна и боковые двери. Зазвенело стекло, затрещала разбиваемая мебель. Это был не обычный обыск, а намеренное разрушение.

— Что происходит, сержант? — спросил Крейг, чувствуя, как в нем закипает ярость. На этот раз жест десантника был очевидно враждебным.

Крейг и Сэлли-Энн попятились в столовую и остановились у обеденного стола, глядя на направленную на них винтовку. Крейг пытался закрыть Сэлли-Энн своим телом.

Два десантника вошли в столовую и о чем-то доложили сержанту на своем языке, которого Крейг не понимал. Сержант кивнул, выслушав доклад, и отдал им приказ. Солдаты послушно отошли к стене и навели винтовки на встревоженную пару, стоявшую в центре комнаты.

— Где включается свет? — спросил сержант. Крейг сказал, и через несколько секунд комнату залил белый свет.