Эльдар Устемиров - Untitled

— Но почему я не вижу его?

— Духи умерших людей выглядят точно так, как выглядели в момент смерти. Дэвида пытали, пытали жестоко. Он был изуродован, поэтому стал таким же уродливым призраком. Мы, призраки, сами выбираем, кому показываться, а кому — нет. Дэвид, я так думаю, просто не хочет шокировать вас своим видом. Так, Дэвид? Он согласился.

— Но почему я не слышу его?

— Этого я не знаю. Возможно, у него на это свои причины.

— Скажите, а как вы умерли?

— Моя смерть не была столь мучительной, как смерть Дэвида. Я просто уснула и не проснулась. Я не почувствовала ничего. Ничего, кроме сожаления и великого разочарования. Но, что со мной? Я не должна говорить о себе! Не спрашивайте меня! — Она закрыла лицо руками, что было совершенно лишним, поскольку тело ее все равно просвечивало. — Дэвид спрашивает, сколько еще вы здесь будете оставаться?

— Ну, думаю, до пятницы. Сегодня понедельник? Значит, еще четыре дня.

— Да, до пятницы вы много успеете узнать. Спокойной ночи и не ходите завтра в тот уголок в саду. — Сказала девушка и растаяла в воздухе.

Честно сказать, этот визит двух призраков, меня встревожил куда меньше, чем первый контакт с загробным миром. В ту ночь я выспался.

День четвертый

После замечательного завтрака овсяной кашей я пошел погулять в саду. Выйдя из дома, я встретил профессора.

— А, мистер Браун, доброе утро. Как вам спалось? Меркурий не мешал? — Я поднял брови. — Ну, после того, как вы рассказали мне про ночные кошмары, я предположил, что это инопланетяне пугают вас голограммами. Нет? Ну и славно. Не хотите пойти со мной в тот живописный уголок с фонтаном? Я бы рассказал вам о своем новом изобретении. — Я вспомнил предостережение девушки-призрака и вежливо отказался. — Нет?

— У меня плохое предчувствие, туда лучше не ходить. — Я решил не рассказывать о призраках, решив сначала выяснить о причинах поведения Дэвида.

— Предчувствие, говорите? Тогда предлагаю пройти в другой угол сада и сыграть со мной в игру на интуицию. Согласны? Тогда вперед!

Под огромным дубом стояла еще одна скамейка, на которой профессор уложил семь карточек. На каждой карточке с одной стороны было какое-то изображение, а на другой — пейзаж, такой же, как и на остальных картах. То есть рубашки были неотличимы. Профессор показал мне изображения на картах. Звезда, крест, круг, квадрат, треугольник, буква «Е» и буква «Я».

— Правила игры просты. Я записываю все символы, которые вы видите на карточках, в произвольном порядке в свою записную книжку. — С этими словами он вынул из внутреннего кармана своего пиджака записную книжку. — Вы же пытаетесь отгадать эту последовательность, раскладывая карточки в той последовательности, которую вы считаете верной. Если вы угадываете одну карточку, то зарабатываете один балл. К концу игры тот, кто наберет больше баллов, побеждает. Вам ясны правила?

— Да, но я все же считаю, что угадать можно только случайно. Интуиция тут вряд ли поможет. Вы уже записали? Тогда я начну раскладывать карточки. Так, крест, потом буква «Е». Теперь круг. Квадрат. Теперь звезда и буква «Я». И, наконец, треугольник. Посмотрим, какой мой результат.

В записной книжке профессора был записан такой порядок: буква «Я», буква «Е», крест, квадрат, круг, треугольник и звезда. Как вы, должно быть, догадались, я угадал, именно угадал, всего лишь один символ. Профессор с улыбкой предложил мне попробовать еще раз. Я согласился, но на этот раз не угадал ни одной карточки. Тогда профессор предложил мне самому загадать последовательность. Я, думая, что сейчас он поймет всю глупость этой игры, записал символы в таком порядке: треугольник, круг, буква «Е», квадрат, буква «Я», крест, звезда.

— Я немного усложню условия для себя. Я буду угадывать вашу последовательность, перевернув все карточки лицом вниз, то есть буду раскладывать их наугад.

Так он и поступил. Когда он сказал, что готов, я приготовился злорадствовать. Мы перевернули первую карточку. Там был треугольник. «Совпадение» — подумал я. Вторая карточка была перевернута, и некое сомнение зародилось в моей душе: там был круг. После того, как я удостоверился в том, что под третьей карточкой буква «Е», я подумал: «а не фокус ли это?». Четвертая карточка, та на которой оказался квадрат, зародила во мне уверенность в том, что и остальные символы разложены верно. И я уже не сомневался, что под следующей окажется буква «Я». Крест и звезда тоже появились в свое время, что повергло меня в полное замешательство.

Профессор сидел, улыбаясь глядя на меня.

— Признаю свое поражение, — сказал я. — Не поделитесь секретом?

— Секретом чего? — Как будто не понимая, спросил профессор.

— Секретом столь удивительного угадывания карточек.

— Интуиция, друг мой, всего лишь интуиция. Ваша интуиция, кажется, говорила вам не идти к фонтану? Не обманула ли она вас и на этот раз?

Едва он сказал это, как из того противоположного угла сада послышался странный шум, похожий на шум водопада. Профессор ринулся туда, чтобы узнать, что случилось. Не знаю, почему, но я остался на месте.

Вдруг подул ветер, и карты, все еще лежавшие передо мной на скамейке, полетели на землю. Я попытался поймать одну из них, но не смог. Удивительно, но упав, карты выстроились в один ряд, причем лежали они все лицом вверх. «Ничего удивительного, просто совпадение» — скажет скептически настроенный читатель, но будь вы на моем месте, вы бы так не говорили: вместо тех изображений, что я видел на карточках раньше, появились другие буквы, образовавшие слово «НЕГОДЯЙ». Я упал на колени, чтобы удостовериться в том, что это реальность, буквы не исчезли. Более того, подняв над ними взгляд, я увидел профессора, стряхивавшего что-то с брюк. Почему-то мне это напомнило картину с подписью внизу. Снова опустив взгляд на карты, я увидел крест, круг и остальные старые символы. От букв «Н», «Г», «О», «Д, «Й» не осталось и следа.

Я уверен, что это не иллюзия, убежден, что был в трезвом уме, но как поменялось изображение на картах, понять не могу.

— Черт возьми, мистер Браун, хоть ваша интуиция и подвела вас в игре, но я должен отдать ей должное: рядом с фонтаном прорвало трубу, по которой подавалась вода в него. Я сумел остановить ее, но будь мы там, в момент прорыва, последствия могли бы быть печальными. Дьявол! посмотрите, во что превратился мой костюм! Я пойду, переоденусь, а вы идите в столовую, Клаудия ждет к обеду.

— Что случилось, мистер Браун? — с порога спросила Клаудия.

— Ничего серьезного. Трубу во дворе прорвало.

— Ну, слава Богу. А то я уж подумала. Садитесь, приятного аппетита.