Виктор Кувшинов - Лэя

- Добрый день, уважаемый лорд! Меня зовут Лэя. Лэя Альк.

Дяденька удивленно посмотрел на юную гостью и, наконец, сообразив что-то, ответил:

- Очень приятно познакомиться, маленькая фея! Оказывается, мы родственники. Представь, моя фамилия тоже Альк. И я, кажется, догадываюсь, чья ты дочка. Твоего папу случаем не Саларом зовут?

- Да, - изумленно ответила Лэя.

- Ну вот и прекрасно! А меня зови дядей Гленом. И обязательно передай привет от меня папе. Скажи ему, что с семьей его брата здесь все в порядке.

- А как Вы догадались, что я могу передать ему привет? – удивилась Лэя.

Дядя Глен усмехнулся и заметил:

- А ты большая умница! Такая маленькая, а все замечаешь… но это было не трудно определить: тебя я вижу здесь впервые; твои папа и мама еще тут не появлялись, потому что они живы; а то, что ты не умерла, видно по твоей яркой ауре.

Лэя ничего не поняла из объяснений про какую-то ауру и продолжала смотреть удивленным взглядом на дядю. Он, заметив это, в шутку слегка нажал пальцем на кончик ее носика, улыбнулся и объяснил:

- Ну, просто, ты немного светишься – от тебя тепло идет. Да, и зови меня на «ты», я же все-таки тебе родной дядя.

- Подожди, так ты же, кажется, умер? У меня нет дяди…

- Да, я умер, как и все эти сэйлы. И, как видишь, ничего страшного в том нет.

- А почему же тогда я здесь?

- Потому что ты фея! Волшебница. Обычно это случается, когда сэйл почти умирает и его душа, побывав здесь, возвращается в тело. После этого, плотная оболочка слабо связана с телом и душа начинает во снах странствовать по небесам.

- А мне ангел сказал, что меня начнут ведьмой обзывать…

- Ты и с ангелом встречалась… тогда ты далеко зашла! Значит, будешь очень сильной волшебницей. А ведьмами вас называют на Сэйларе по скудомыслию, да из страха перед вашей силой. Ты просто никому не говори о своих способностях, кроме папы с мамой, и все будет в порядке. – Дядя Глен задумался на минутку. – Да, пожалуй, и здесь тебе пока не стоит показываться многим. Ты еще не устала? Ты же теряешь много сил, путешествуя в небесах.

- Нет, спасибо, я не устала. Дядя Глен, а можно и мне потанцевать? Я никогда такой красоты не видела… – Лэе было жалко уходить отсюда, так и не осуществив своей мечты.

- Хорошо! - согласился дядя, только давай, немного изменим твой вид. Закрой глаза и представь себя немного повыше… вот так. Теперь, представь, что у тебя носик удлинился, а глаза стали чуть меньше… все, теперь можем танцевать! – дядюшка, еле скрывал смех.

- Что, я теперь такая страшная? – засомневалась Лэя.

- Ничего, не страшнее прочих. И потом, мы-то знаем, какая ты красавица… зато танцевать теперь можешь сколько угодно – никто тебя не узнает. Так что… разрешите пригласить? - дядя вычурно поклонился и протянул руку Лэе.

А затем ее подхватил вихрь танца, временами затихая и давая сделать несколько плавных па, и снова унося в кружащемся потоке по залу. Украшенные колонны и витражи зала смешались с мишурой нарядов танцующих. Лэя все продолжала кружиться, пока видение зала не растаяло в дымке сна, и она не нашла себя в кровати.

С криком восторга она вскочила и понеслась в спальню к родителям:

- Мама, папа! Я сейчас так танцевала! В таком восхитительном дворце! Там был дядя Глен. Он просил передать вам привет и сказать, что у них все в порядке. Он такой добрый! Он вальсировал со мной, – Лэя забралась в постель к старшим и тормошила их. Родители явно были поражены такой новостью и не знали, как реагировать. Наконец мама испугано спросила:

- Откуда ты узнала про дядю Глена?

- Да от него самого! - продолжая восторженно подпрыгивать на кровати Лэя.

- Но он же умер.

- Конечно! Да не бойся ты! Он изменил мне лицо и прибавил мне роста, чтобы меня никто не узнал, и мы спокойно танцевали. А еще, он сказал, что я никакая не ведьма, а маленькая фея. Вот!

- А что он тебе еще говорил? – озабочено спросил отец.

- Да ничего особенного, потом мы танцевали, так что много и не говорили.

- Это хорошо, что он тебя оберегает там, - задумчиво произнес отец. – Главное, чтобы никто не знал о твоих ночных путешествиях.

- Да знаю я, пап! А кто он такой, этот дядя Глен, и почему он умер? И почему вы раньше мне почти ничего не говорили о нем?

- Ну, понимаешь, - задумался отец. - Это очень грустная история. Он и вся его семья погибли во время пожара. Они тогда жили в столице – городе Венле. После этого мы переехали с тобой, совсем маленькой, сюда – на «чистый воздух».

При этих словах, отец горько усмехнулся. Лэя знала, что Венла – это большой город в двухстах милях от их деревушки. Он, кажется, был столицей всей Эрианы, их страны – большого королевства, или даже империи.

- А мы что, когда-то жили в городе? – удивилась Лэя.

- Да, - с неохотой сказал папа. – Но прошу тебя, никому об этом не говори.

- Почему? – продолжала задавать свои неудобные вопросы дочка.

- У нас много врагов, которые с удовольствием нас уничтожат, если узнают, где мы живем. Большего я тебе пока не могу сказать.

Лэя опять уткнулась в стену недоговорок и тайн. Если бы не дядя Глен, она бы и этого не узнала.

Было много и других странных снов. Она часто встречалась с ангелом-хранителем и дядей Гленом, но они, словно сговорившись, не рассказывали ей всех тайн, а отправляли ее с вопросами к папе. К тому же, четкие сны бывали редко. Обычно, она смутно понимала, что ее окружает. Часто она общалась во сне, не видя собеседников, только разговаривая с ними, а бывало, ей показывали какие-нибудь картинки.

Последние годы Лэе все чаще стали приходить грустные или мрачные видения. Она никак не могла понять, о чем они, но столько в них было тоски и безысходности, что девушка, бывало, все утро ходила печальная. Этот, последний кошмар про пожар, и родителей на костре снился ей уже не первый раз, так что она даже успела к нему привыкнуть и все никак не могла понять, принимать ли его в серьез – уж больно пугающим был сон. Оставалось надеяться, что в этой дикой фантазии просто проявляется ее страх перед неведомой инквизицией…

ГЛАВА 2. ИНКВИЗИЦИЯ

Лэя полностью просохла на солнышке и уже собралась вставать, когда почувствовала что-то мокрое и холодное у себя на спине. Она стремительно вскочила и сбила с ног стоявшего над ней Хлюпа. Он приземлился на заднюю точку и вытаращил на Лэю глаза.

- Ты чего так прыгаешь? – обиженно спросил мохнатый озорник, как будто не он сейчас плеснул пригоршню воды на спину хозяйке.

- Ах ты, проказник! – как всегда, девушка не знала, смеяться или злиться из-за шуточек лонка. – У меня теперь вся спина мокрая, а солнце уже низко. Скоро гости соберутся. Мне же надо переодеться в праздничный наряд. Что я буду теперь делать?