Уилбур Смит - Леопард охотится в темноте

— В одно время? — спросил он, и она кивнула.

— Их загнали на старое минное поле.

Крейг содрогнулся и снова посмотрел на фотографию. Под столом он провел правой рукой по ноге, Пока не наткнулся на крепящий протез ремень, и ощутил чувство глубокого сочувствия к этим толстокожим животным. Он вспомнил свое минное поле, сильнейший взрыв под ступней, словно ему нанесли удар киркой.

— Мне очень жаль, — сказала она. — Я знаю, что вы потеряли ногу.

— Она добросовестно подготовилась, — вставил Эш.

— Крейг, я хочу познакомить тебя с очень непростым человеком. — Все представления Эша содержали скрытую рекламу. — Это Генри Пикеринг, старший вице-президент Всемирного банка. Если прислушаешься, то услышишь, как в его голове звенят все эти миллиарды долларов. Генри, это наш гениальный писатель Крейг Меллоу. Даже с учетом Карен Бликсен, Крейг — один из самых талантливых писателей африканского происхождения.

— Я прочел его книгу. — Генри кивнул. Он был очень высоким, худым и преждевременно лысым. Одет он был в темный костюм банкира с белой сорочкой. Цветными пятнами были лишь галстук и его голубые глаза. — На этот раз ты действительно не преувеличиваешь, Эш.

Он платонически поцеловал в щеку Сэлли-Энн, сел за стол, попробовал вино, услужливо налитое ему Эшем, и отодвинул бокал. Крейгу определенно нравился его стиль.

— Что скажете? — спросил Генри Пикеринг, кивнув на папку с фотографиями.

— Он просто без ума от них, Генри, — быстро произнес Эш. — В абсолютном восторге. Если бы ты видел его лицо, когда он увидел первую фотографию!

— Хорошо, — сказал Генри, не сводя глаз с лица Крей-га. — Ты объяснил концепцию?

— Хотелось подать ее горяченькой. — Эш покачал головой. — Чтобы он и опомниться не успел.

Он повернулся к Крейгу.

— Речь идет о книге. Называться она будет так: «Африка Крейга Меллоу». Ты напишешь об Африке твоих предков, о том, какой она была и какой стала. Ты вернешься и проведешь тщательные исследования. Ты будешь говорить с людьми…

— Прошу прощения, — перебил его Генри. — Насколько я знаю, вы говорите на одном из основных языков, син-дебеле, если не ошибаюсь?

— Свободно, — ответил за Крейга Эш. — Как один из них.

— Хорошо. — Генри кивнул. — Правда ли, что у вас там много друзей, многие из которых занимают высокие посты в правительстве?

Эш снова опередил Крейга:

— Некоторые из его приятелей стали министрами в правительстве Зимбабве. Выше некуда.

Крейг опустил взгляд на кладбище слонов. Зимбабве. Он еще не привык к новому названию страны, которое выбрали чернокожие победители. Он по-прежнему считал ее Родезией. Именно эту страну его предки отвоевали удикой природы киркой, топором и пулеметом «максим». Это была их земля, его земля, как бы она ни называлась, она была его родиной.

— Работа должна быть высочайшего качества, Крейг. Невзирая на затраты. Можешь ездить куда захочешь, встречаться с кем угодно, Всемирный банк обо всем позаботится и все оплатит. — Эш Леви уже не мог остановиться.

Крейг вопросительно посмотрел на Генри Пикеринга.

— Всемирный банк занялся издательством? — несколько язвительно спросил он, и Генри Пикеринг положил ладонь на запястье Эша Леви, прежде чем он успел ответить.

— Позволь мне продолжить, Эш, — сказал он. Его голос был мягким и успокаивающим, он точно понял настроение Крейга. — Основной частью нашей деятельности является предоставление займов слаборазвитым государствам. В Зимбабве мы инвестировали почти миллион и хотим защитить наши инвестиции. Считайте это нашим проектом. Мы хотим, чтобы весь мир узнал о маленькой африканской стране, которую мы хотим сделать образцовой, превратить в пример успешного руководства правительства чернокожих. Мы считаем, что ваша книга может помочь нам добиться этой цели.

— А это? — Крейг указал на пачку фотографий.

— Мы хотим, чтобы книга обладала не только интеллектуальным, но и зрительным воздействием. По нашему мнению, Сэлли-Энн способна его обеспечить.

Крейг промолчал, чувствуя, как все его естество заполняет похожий на противную рептилию ужас. Ужас поражения. Потом он подумал о том, что вынужден будет соперничать с такими фотографиями, создавать текст, который будет выступать на равных с поразительными фотографиями этой девушки. На карту была поставлена его репутация, ей терять было нечего. Преимущество было на ее стороне. Она была соперником, а не партнером, и обида овладела им с новой силой, настолько сильная, что была почти ненавистью.

Она наклонилась к нему, лампа осветила ее длинные ресницы, зеленые глаза с желтыми крапинками. Губы ее дрожали от нетерпения, на нижней губе, как крошечная жемчужина, блестела капелька слюны. Даже испытывая ярость и страх, Крейг не мог не подумать о том, как приятно было бы поцеловать эти губы.

— Крейг, — сказала он. — Я способна на большее, если вы дадите мне шанс. Я пойду до конца, только позвольте мне.

— Вам нравятся слоны? — спросил Крейг. — Тогда я расскажу вам притчу о слоне. Жил да был огромный старый слон, в ухе у него жила блоха. Как-то раз они перешли реку по шаткому мосту, и на другом берегу блоха сказала: «О-го-го! Ну и потрясли же мы мостик!»

Губы Сэлли-Энн сжались и побледнели. Веки ее задрожали, темные ресницы затрепетали словно крылья бабочки, в глазах заблестели слезы, и она быстро отвернулась от света.

Все молчали, и Крейга вдруг охватил приступ раскаяния. Он испытывал отвращение к самому себе из-за своей жестокости и мелочности. Он ожидал, что она окажется упрямой и напористой, ожидал услышать колючий ответ. Он не ожидал увидеть слезы. Ему хотелось успокоить ее, объяснить, что она неправильно поняла его, объяснить собственные страхи и неуверенность, но она уже вставала из-за стола и брала папку с фотографиями.

— Страницы вашей книги вызвали у меня понимание и сочувствие. Мне так хотелось работать с вами, — едва слышно произнесла она. — Глупо было полагать, что вы сами будете похожи на ваши книги. — Она посмотрела на Эша. — Прошу меня извинить, Эш, но я не голодна больше.

Эш торопливо поднялся.

— Возьмем такси на двоих, — сказал он и повернулся к Крейгу. — Просто герой, — сказал он едва слышно. — Позвони, когда закончишь рукопись. — Он поспешил за Сэлли-Энн.

Когда она выходила на улицу, солнце осветило ее ноги сквозь юбку, и Крейг увидел, какие они стройные и красивые. В следующее мгновение она исчезла.

Генри Пикеринг вертел в руке бокал, задумчиво рассматривая вино.

— Пастеризованная козлиная моча, — сказал Крейг Дрожащим голосом. Он подозвал официанта и заказал «мерсо».

— Гораздо лучше, — сдержанно похвалил вино Пике-ринг. — Может быть, книга была не особенно удачной мыслью? — Он взглянул часы. — Может быть, сделаем заказ?