Тесселис - Антон Чернов

Я — спать. А ты проверь машины, — зазевал он и направился в свою каюту.

А через час я понял, что трактаторов я не лишился. Они значительно утратили в массивности и оказалось, что бронзово-медные полоски на комбинезоне, которыми, как я думал — скрыли отсутствие крепежей — это они и есть. Причём, я их стал…. точнее, ими стал по-настоящему чувствовать, как ладонями. А они лишились суставов, стали чем-то вроде жидкого металла — только нормальной температуры. Как жуткий демон из искусственной памяти, термоменатор.

Но убивать вороватого беспризорника мне было не надо, да и лезвия из гибких металлических жгутов выходили неважными. Но в работе — намного лучше того, что было.

— Последствия твоего колдовства, парень, — пояснил на следующий день мастер. — Теперь лучше этих трактаторов тебе никто не сделает — они и впрямь как часть тебя стали. Ну — не лишнее, инструмент нужный, полезный.

— Вы правы, мастер, — признал я, уже опробовавший новые возможности трактаторов при работе с машинами.

А наше путешествие продолжилось. Что и как делать с информацией о пиратах с Латиотти будет капитан — он не сообщил. Впрочем, команда молчать не собиралась, и, по возвращении к Британике, да и по дороге, данные распространим. Возможно, это станет концом каменистого острова — что вряд ли, поскольку он существует за счёт местных, а не редких Воздушных Кораблей из-за океана. Но возможностей пиратствовать при оглашении этой информации у них поубавится — к ним просто перестанут залетать, меняя маршруты.

Через три дня я сам пришёл к Кузьмичу — надо было тренироваться в обращении с оружием, да и опробовать изменившиеся трактаторы. Боцман похмыкал, но не отказал, ну и оказалось — что во многом удобно. А во многом — не очень. Например раньше я мог соперничать в силе с бойцом в электрической или паровой броне. Но теперь мои ленты если и не утратили в силе, то стали слишком гибкими. С другой стороны — и более ловкими, да и связать ими можно, да и удавить. Последнее не очень хотелось делать, но есть такие разумные, которых удавить — просто долг джентльмена!

А через неделю Кузьмич преподнёс мне шкатулку.

— Это от меня и абордажников, Фитя. Всё же если бы не ты — то может и не сгинули бы, но погибли бы очень многие, — сообщил мне боцман, протягивая простой деревянный ларец.

А внутри оказались четыре коротких гранёных ножа без гарды. Я бы сказал — метательные, но были они для метательных слишком тяжёлыми и короткими.

— Для трактаторов, — озвучил я, под довольные кивки Кузьмича.

И да, выходило что если продеть мои ленты в кольца на коротких рукоятях — я получал очень эффективное и даже страшноватое оружие ближнего боя. Чему чрезмерно радоваться не стал, но умеренно — порадовался. Уж не знаю, как и что будет в Британике после возвращения, но на Вагус Сумбонте и в пути — очень и очень не лишнее приспособление. И отличный подарок, в чём я Кузьмича искренне уверил и не менее искренне поблагодарил.

И тренировки начались уже с новым инструментом: правда, не с ножами, а с мешочками дроби. Потому что в противном случае была бы не тренировка, а натуральное смертоубийство и никакие регенеративные способности лючитонов бы не помогли!

А ещё через неделю вагус Сумбонт достиг одной из точек торгового маршрута. И была это ОЧЕНЬ странная точка, потому что острова в центре Нома толком не было. Была россыпь рифов и песчаных отмелей. На них — одинокий домик, в котором обитала семейная чета из пары сидхов. И, казалось бы — с кем торговать? Но на деле, эти жалкие островки были “верхушкой айсберга”. В самом что ни на есть прямом смысле слова: на склонах подводной горы, верхушкой которого и были эти рифы, обитали десятки тысяч разумных. Русалы, тритоны, нереиды — много как их называли, и судя по библиотеке Вагус Сумбонта — были в окрестностях подводные люди разных Номов, с разных Терр. Этакий чуть ли не центральный Ном-город подводных разумных, довольно малочисленных на фоне прочих рас и видов Тесселиса. Впрочем, как я уже понимал — толком изучена не больше третьей части планеты, да и то — случаются сюрпризы. Границы Номов препятствуют праздным путешественникам или исследователям, а торговцам и первопроходцам подчас не до “мелочей”. Хотя эти мелочи могут оказаться впоследствии очень важными и интересными.

В общем, большая часть команды, помимо самих разгружающих, сгрудилась на обзорной палубе и с интересом наблюдала, как различного вида морские разумные принимают контейнеры и сундуки. И были они совершенно разные — от откровенных рыболюдей — ну, с чешуёй, с перепонками, да и лицо больше походило на рыбью морду. До различных “русалов”, которые гибриды. В смысле сидхо- или человекоподобный торс, а ниже — то двухконечный рыбий хвост, то длинный, угреподобный хвост вс вертикальным и горизонтальным плавником. А то — щупальца моллюска, что смотрелось диковато, но видно, было очень сподручно обладателю. По крайней мере, ящики этими щупальцами полумоллюск тягал с завидной ловкостью и без напряжения.

Команда на этой остановке не “спускалась”, потому что команде нужно было дышать. Но торговля с морским народом, как я понял, прошла весьма успешно. Да и деликатесы, в виде икры, рыбы разных видов, да и морских фруктов поглощались с ужасающим аппетитом. Мной в том числе — не сказать, чтобы всё было очень вкусно, но попробовать фрукты морского дна — редчайшая возможность, которую глупо упустить.

25. Кобольдовый остров

Возможность попробовать была не упущена. На морских разумных я насмотрелся, как и прочая команда: Киру Квалем “в знак уважения к торговым партнёрам” спустился на небольшую лодочку, которую окружили различные виды и типы рыболюдей. И если первые нами увиденные явно были “грузчиками”, то вокруг лодочки, помимо русалов и нереид, были удивительнейшие создания. Голубая кожа (не чешуя), треугольная голова и глаза в четверть лица! И плавники на месте ушей на голой, снабжённой плавниковым гребнем голове!

Причём описанное (женщина, судя по голосу, хотя это не точно) — только одно из диковинных существ. Признаться, очень хотелось оказаться в самом подводном городе, посмотреть на его чудеса. Но… инженерных решений для подводного пребывания на Вагус Сумбонте не было, пусть в мистики мне стал недоступен (да и был бы доступен — этому учится же надо!). Это не говоря о том, что местные к себе не звали, и вполне на появление незваного