Людмила Малёваная - Искатель. 2014. Выпуск №3

— Так что нам теперь делать? — поинтересовался по-прежнему взвинченный Вексельрод.

— Необходимо перехватить инициативу и самим предложить помощь ЦЕРНу, сотрудничество швейцарцам… Я тут подготовил план с кое-какими первоочередными шагами, которые нам просто необходимо предпринять немедленно. Смотрите…

Вся троица придвинула к себе лежавшие на столе папки и углубилась в изучение их содержимого. О бывшем помощнике Президента никто теперь и не вспомнит, кроме его тейпа. Да и кому он нужен? Особенно мертвый, проигравший.

28 мая 20… 0 часов 45 минут.

Постпредство России. Женева

Федор Иванович дописал последний, одиннадцатый лист спецблокнота, расписался внизу и вызвал по телефону шефа референтуры.

«Ну, теперь остается надеяться на три вещи: что резидент подпишет телеграмму, что она будет доложена Президенту и что Президент окажется порядочным человеком и примет меры. Тогда вам, господа, как минимум участь Холодовского уготована», — подумал безопасный. Сергей своим рассказом здорово ему помог. Он и до этого, наблюдая разворачивающиеся в Швейцарии странные, если не сказать больше, события, стал догадываться, какая игра и кем ведется. Теперь он был уверен в своих выводах. Шифртелеграмма, которую он сейчас написал, была самой важной в его жизни. Она, без сомнения, решала его судьбу: или пан, или пропал. Он играл ва-банк. Ничего другого не оставалось.

В комнату вошел шеф референтуры.

— Так, Игнатич, смотри внимательно, — сказал Федор Иванович, вырвал страницы из спецблокнота и написал на первой вверху: «особой важности»[21] и чуть ниже: «только Президенту — лично, вручить немедленно, экз. единственный». — Все понял? Тогда буди резидента, пойдем к нему вместе.

Игнатич, пожилой, много повидавший на своем веку служака, вытаращил глаза, но промолчал и подошел к внутреннему телефону.

Брэндон и Джоди лежали на постели в квартире немки. Оба тяжело дышали. По животу немки скатилось несколько капелек пота. Фигура у Джоди действительно была изумительна, может быть, немного излишне спортивная, но фантастически пропорциональная.

Женщина повернулась к Брэндону, приподнялась и положила голову ему на грудь.

— Питер, как ты относишься к твоему участию в ИРА? Только честно.

— Джоди, нормально. Меня, конечно, все называют террористом, но я, веришь, никогда не воевал с гражданскими. Я воевал только с вооруженными людьми — с полицией, армейским спецназом. Да, часто я нападал, когда они не были к этому готовы. Но это война. А на войне, как на войне. Отвечу и на невысказанный вопрос. Да, я получал деньги за выполнение различных деликатных дел. Но ведь я делал работу и делал ее хорошо, а за работу платят. За хорошую работу хорошо платят.

— То есть ты воевал за идею.

— Да, можно и так сказать. А вот, Фрэнк, царствие ему небесное, просто мстил англичанам за погибшую жену и дочку. Их расстреляла полиция во время демонстрации протеста в Белфасте. Собственно, в этот момент мы с ним и познакомились. Он как безумный бросился на полицейских, смог отнять у одного автомат и открыл по ним огонь. Я был в толпе в числе бойцов ИРА, обеспечивавших безопасность. Мне еле-еле удалось отнять у него автомат и утащить с площади. С тех пор мы практически не расставались… И какая-то американская скотина его убила! Вот так-то, Джоди. Кстати, надо договориться с похоронным бюро о его перезахоронении в Белфасте, рядом с семьей.

Джоди провела пальцем по его губам.

— У меня есть идея.

— Какая?

— Ты делаешь мне предложение, я соглашаюсь, ты прекращаешь свою деятельность и в ИРА, и как наемный профессионал-террорист, извини за термин, а я организую тебе швейцарское гражданство и новые метрики. Как?

— Очень заманчиво. Надо серьезно подумать, — ответил Брэндон и притянул Джоди к себе…

Прекрасное сильное тело гибко перевернулось и изящно, невыносимо сексуально накрыло Брэндона.

28 мая 20… года, 8 часов 45 минут.

Кремль. Москва

Только Президент зашел в кабинет, как заглянула секретарша:

— Владимир Анатольевич, спецсвязь.

— Зови, Светочка, зови, а потом кофейку, хорошо?

— Конечно, Владимир Анатольевич. — Секретарша неслышно вышла.

В кабинет зашел начальник спецсвязи Кремля полковник Баринов.

— Здравия желаю, товарищ Президент!

— День добрый. Ну что, есть что-нибудь интересное? Давай.

Полковник подошел к столу и положил несколько папок с документами. Сверху он положил папку «срочно». Президент открыл ее и сразу весь подобрался: первой лежала шифртелеграмма из Швейцарии от резидента Кипелова с грифом «ОВ» и пометкой «только лично».

— Свободны, — сказал он полковнику, и тот выскользнул в приемную.

Президент начал читать, и постепенно его лицо все больше и больше хмурилось. Еще не дочитав, он нажал кнопку интерфона:

— Света, ФСО и ФСБ сюда. Немедленно!

Он успел лишь дочитать шифровку и выпить большую чашку кофе, как Света по интерфону сообщила:

— Генералы в приемной, Владимир Анатольевич!

— Пусть войдут.

Генералы вошли, поприветствовали Президента и замерли.

— Проходите, проходите, присаживайтесь. Вот, почитайте, — Президент бросил на приставной столик для посетителей шифровку.

Генералы присели и углубились в чтение. Президент пока читал другие депеши.

Генералы закончили чтение, отодвинули телеграмму и переглянулись. Президент оторвался от документов, понял, что приглашенные дочитали, и, не дав им собраться с мыслями, пошел в атаку:

— Оказывается, вот с кем снюхался этот проходимец Бруденко! И у вас под носом! Как я должен это понимать? Что это за игры за моей спиной? А? Вы что, совсем мышей не ловите, или, может, вы заодно с ними? Вы хоть понимаете, как это называется на нормальном, гражданском, языке? ИЗМЕНА РОДИНЕ! Молите Бога, чтобы ваши фамилии не вспльши во время следствия. Я даже слушать ваши объяснения не хочу! Приказываю: всю троицу немедленно арестовать, и меня не волнует, под каким предлогом! Вы! Вы придумаете этот предлог!!! Ясно?! Причем сразу пустить утечку о том, что уже давно ведется разработка этих оборотней, включая Бруденко. Немедленный аудит компаний. Штилера в наручниках ко мне! Нет, отставить, на хрена он мне здесь? В КПЗ его! Кипелова и того, кто подготовил материал, вызвать из Женевы и сразу ко мне на прием. И если хоть один волос упадет с их головы по пути сюда, вы пожалеете об этом. Выполнять!!!

Генералы выбежали из кабинета.