Владимир Акимов - Поединок. Выпуск 9

— Да, но кого они будут тогда штрафовать? — спросил Немец.

— Фамилии назовите, — уже спокойнее предложил ревизор.

— Пименов А Фэ, — сказал Бухгалтер, лицо его снова покривилось.

— Сидоров, — Долговязый скинул плащ, остался в пуловере с бегущими голубыми и красными полосами и шелковом кашне.

У него была сильная спина боксера или грузчика, сухощавое длинное тело. В разговоре он участия не принимал.

«За что он разыскивается? — снова подумал Денисов о Долговязом. — Крупное мошенничество? Шулер?»

Мордастый поправил полотенце на шее:

— Мигель де Сервантес Сааведра. Можете написать просто Сервантес…

— Следующий…

— Данилов, — отрекомендовался музыкант. — Альтист Данилов.

Выписав квитанции, ревизоры присели в купе. Теперь уже как пассажиры: их заинтересовало сообщение Немца о дальневосточном лакомстве.

— На вид трава! А вкус белых грибов, — повторил Немец.

— Между прочим, о папоротнике писали, — Мордастый перекатил желваки на щеках ближе к глазам. — И не раз. «Наука и жизнь», к примеру.

— Дорогая штука? — спросил Альтист.

— Да нет…

Денисов не мог не заметить: съехавшиеся с разных сторон, впервые словно бы видевшие друг друга, пассажиры сближались легко и беспечно, будто в соответствии со знакомым, заготовленным заранее сценарием.

— Может, перекусить по этому случаю? — спросил Немец. — У меня сало есть.

Кто-то засмеялся:

— Лучше бы папоротник!

— Станция Бирюлево-Пассажирская, — крикнула в микрофон проводница. Пронзительный голос, пробившись сквозь хрип, разнесся по составу. — Следующая — Бирюлево-Товарная. Повторяю…

«Надо позвонить на вокзал, чтобы встретили. В одиночку я могу все испортить…» — Денисов поднялся.

Немец, в сущности, утвердил его в принятом решении, заметив на вопрос одного из ревизоров: «Одни, знаете ли, предпочитают синицу в руках, другие ставят на журавля в небе!..»

Электричка затормозила, на ходу раскрывая двери.

Уже выходя, Денисов поймал в стекле чуть сгорбленную мускулистую спину с бегущими по пуловеру полосами, болезненное лицо Бухгалтера и метнувшийся ему вслед тяжелый взгляд Долговязого.

«Если ничего не произойдет непредвиденного, — подумал Денисов, — через двадцать минут Долговязый будет в Москве на вокзале. Там его встретят. Кажется, он ничего не заподозрил…» — Денисова беспокоил этот откровенно злобный взгляд.

Но поворачивать назад было поздно.

…Он прошел к билетной кассе, постучал в окошко. Людей на платформе было мало. Электричка двинулась, сомкнув жесткие громыхающие двери.

— Разрешите позвонить? — Денисов показал удостоверение. — Транспортная милиция участка…

Кассирша поднялась, чтобы открыть дверь.

— Пожалуйста.

Денисов вошел. В помещении было сумрачно. Видавший виды телефонный аппарат на столе оказался подсоединенным к другому, у кассы, мелодично отзванивавшему с каждым оборотом диска. Денисов набрал номер дежурного.

— Ты где? — спросил Антон Сабодаш.

— В Бирюлево-Товарной. Запиши…

Денисов взглянул на висевшее над столом расписание.

— Электропоезд 6548. Из Аэропорта. В последнем вагоне пятеро. Надо организовать встречу.

Кассирша отодвинулась от окошка, молча смотрела на него.

— Что-нибудь произошло? — Антон сразу насторожился.

— Один из них определенно в розыске.

— В связи с чем?

— Телефонограмму не помню, — Денисов ушел от взгляда кассирши. — Долговязый, высокий, в шелковом кашне…

— Все пятеро знают друг друга? — уточнял Антон.

— Это и меня интересует… Трудно сказать.

Дежурный подумал.

— Я распоряжусь, чтобы, не доезжая до Москвы, в последний вагон подсел милиционер.

— Это можно сделать на Москве-Товарной.

— Ты скоро будешь?

— С первой же электричкой, — Денисов не стал говорить о других своих подозрениях. — Как на вокзале?

— Пока тихо… — Антон вдруг снова встревожился: — В движении поездов сбой! Сейчас позвонили: «окно» по техническим причинам. Как же ты попадешь на вокзал?

— Что-нибудь придумаем… Автобус! — Денисов взглянул на часы: — Все! Связь по рации. Мой позывной…

— «Двести первый»…

Денисов кивнул кассирше, прикрыл за собой дверь, сбежал вниз с платформы. Был час пустых автобусов и свободных такси. За овощной палаткой торговали розами. Какая-то женщина на проезжей части останавливала машину жестом, каким сажают у ноги служебных собак.

«А если я ошибся? — Денисов вспомнил бледного, в берете и кожаной куртке Бухгалтера. — Если ему грозила опасность? Где преступник, там может появиться и жертва…»

Подошел автобус. В нем не было никого, кроме спавшего на заднем сиденье пьяного. Денисов прошел к кабине.

— Есть абонементные книжки, — объявил шофер для собственного удовольствия. — Рекомендую приобрести…

«Может, следовало до Москвы ехать вместе с ними? — снова подумал Денисов. — Но я не знаю, кто из них заодно с Долговязым. Без сомнения, в поезде он не один… — Денисов представил своих недавних попутчиков, какими увидел их, войдя в вагон. — Мордастый? Альтист? Немец?..»

До метро «Варшавская» остановок почти не делали. Денисов смотрел в окно. Май стоял неожиданно холодным. Поднятые воротники пальто, едва распустившаяся зелень. Белые стволы берез перед Покровкой напоминали простенький рисунок на занавесках. За мусоросжигательным заводом, в стороне, плыла в небе огромная труба.

Неожиданно под курткой часто и неразборчиво, как горячечный больной, захрипела рация, Денисов не разобрал ни слова. Потом рация замолчала, но, подъезжая к «Варшавской» и затем, в метро, несколько раз вновь просыпалась и тревожилась.

На вокзал Денисов попал еще засветло. Горели приглушавшие свет желтоватые светильники. Шел девятый час. Инкассаторская машина выруливала к пригородным кассам, где ее ждал милиционер.

Денисов на ходу придвинул микрофон, вызвал дежурного.

— «Двести первый»? — поразился Сабодаш. — Где находитесь?

— На вокзале, рядом со справочной. Электричку встретили?

— Да… Но об этом потом! — Антон был краток.

— Что-нибудь случилось?

— Срочно в конец платформы. На восьмой путь… Как поняли?

— Восьмой путь… Что произошло?

— Транспортное происшествие.

— Наезд?

— При неясных обстоятельствах.

— Исход?

— Со смертельным исходом. Скорее.

Срезав угол против багажного отделения, Денисов пробежал вдоль элеватора, свернул к железнодорожному полотну. По другую сторону путей, за стрелками, он увидел сигнальные огни, темную массу электропоезда, несколько человек внизу, на рельсах, рядом с высокой платформой.