Анастасия Коробкова - Космическая странность

— Не волнуйся, — вдруг сказал Денис. — Асе не нужен никто, кроме Германа, а для Кристо ты в приоритете.

Я даже вздрогнула, поняв, что моя ревность разоблачена, и только потом до меня дошел смысл его деликатной резолюции. «В приоритете» означает «не влюблен, но ставит на первое место». Это очень много! Ревность исчезла, а я с воодушевлением вцепилась в новую сплетню:

— Кто такой Герман? Ее парень?

Денис, помедлив, мотнул головой. Еще интереснее! Фея Аська влюблена безответно!

— А он еще круче тебя? Он тоже классно дерется? Он тоже может дышать чем угодно?

Денис опять сделал отрицательное движение, а в ответ на мой удивленный взгляд пояснил:

— Он гениальный ученый.

Ученый в моем представлении выглядел как тощее, отставшее от жизни, рассеянное существо неопределенного пола, в съезжающих с носа поломанных очках и рваных носках от разных пар, и я ляпнула первое, что оказалось у меня на языке:

— Ася влюблена в ботаника?!

Денис дурашливо возмутился:

— Герман не ботаник. Герман — медведь!

И я запуталась в горько-сладкой смеси из пренебрежения с пиететом, которой была наполнена эта фраза. Тут явно все не просто. Однако Денис не торопился развивать тему, поэтому я попыталась подтолкнуть его к откровенности:

— Она мне ни про тебя, ни про него не рассказывала…

И о чем только мы вообще с ней говорили, проведя в одной комнате восемнадцать дней!

— Думаю, она тебе много о чем не рассказывала, — улыбнулся в ответ Денис. — У нас нетипичный образ жизни, ты бы не поверила.

Да уж, типичными их обоих не назовешь. Но он опять замолчал, и мне пришлось проявить настойчивость:

— У меня теперь тоже нетипичный образ жизни. Надеюсь, что пойму.

Денис молча улыбался. Улыбка у него была фантастической, очаровывающей, и я чуть не забыла, чего от него хочу.

— Ну, скажи, — попросила я, отводя глаза, — о чем она мне не рассказала?

Усмешка стерла фантастическую улыбку, Денис пожал плечами и начал перечислять:

— О бриге и подводных лодках, о замке и драконах, о дырах в пространстве и невидимых существах…

— Болтун! — крикнула Ася, на секунду отвлекаясь от Кристо. Она, оказывается, могла нас слышать!

Денис рассмеялся, и я поняла, что это не шутки.

— Я, если что, эмпат, — отсмеявшись, представился он. — Вижу эмоции. Иногда ими управляю.

От возникшего порыва спросить, как это, я отмахнулась. Всё. Загрузили под завязку. Кому нужны подводные лодки? А бриг — это вообще что такое? Замок и драконы — известная сказка, подумаешь! Дыры в пространствах… это, наверное, что-то вроде космических каналов, которые прошибают большие корабли… А невидимые существа — это уж не те ли, которые любят находиться на Земле и пакостить людям? И какое значение имеют эмоции? Мысли — да. За то, чтобы узнать чьи-нибудь мысли, иногда можно много отдать, но это, как сказал Кристо, даже у Аси редко получается.

Пока я так думала, вызванное смехом Дениса раздражение незаметно рассосалось, и мне не захотелось уходить. Я сидела, положив локти на колени, а ладонями подперев подбородок, и его не видела, только по легкому движению матраса поняла, что он лег. Спустя короткое время я ощутила на своей обнаженной спине тепло, мягкое и уютное, как от тончайшей пушистой шали, а потом — приятное умиротворение во всем теле, словно мягкой и пушистой стала я сама, целиком.

Значит, эмоции. Как же я забыла, что моими эмоциями, сразу после похищения с Земли, манипулировали с помощью какого-то запаха на корабле, а потом, неизвестно, каким образом, Кристо в катере заставил ощутить свою усталость?

Эмоции — это важно.

Подошла Ася.

— Что бы на тебя надеть? — задумчиво сказала она.

— Ничего, — елейным голосом посоветовал Денис. Судя по интонации, это был комплимент.

Но Денис просто все еще дурачился, а надеть что-нибудь поверх бюстье мне самой хотелось. Кроме куртки от военной формы, конечно, которая здесь была неудобна из-за жесткости и толщины. Кристо свою расстегнул, и теперь сводил меня с ума чудесным розовым цветом нательного белья. Ася и Денис были одеты одинаково и удобнее всего — в широкие эластичные спортивные штаны, у обоих черные, и футболки: Денис — в синюю, Ася — в белую, с застежкой-поло и воротничком-стойкой.

— Поменяемся одеждой? — предложила она.

— Ну да, — хихикнул Денис, — еще своим прекрасным телом ты врагов не поражала. Или поражала?

Язву Аська пропустила мимо ушей, но раздеваться не поторопилась — все-таки Денис прав, драться в юбке ей будет неудобно.

— Ой, — вдруг радостно удивилась она, — у меня же футболка двойная…

Ничего такого я не увидела. На мой взгляд, ткань была однослойной. Но Ася, оттянув край футболки, смяла его в кулаке, а потом поцарапала ногтем, и, действительно, белый трикотаж разделился надвое.

— Новый талант, — прокомментировал за моей спиной Денис.

— Всё тот же, — отозвалась Ася, осторожно расслаивая боковые швы, — творческая энергия.

Отвернувшись от мужчин, она сняла футболку и раздвоила ее окончательно. Одна часть получилась без рукавов, зато с застежкой и воротником — ее-то она мне и протянула:

— Это подойдет?

— Конечно, — обрадовалась я — эта штучка выглядела аккуратнее, чем вторая — и тут же ее надела.

Стало еще лучше. Теперь мне не надо было стесняться своего вида. Кристо на нашу возню смотрел с легким удивлением, наверное, не понимая ее смысла. Я же, оказавшись в относительном комфорте, снова почувствовала сумасшедшую потребность находиться к нему как можно ближе, встала с ним рядом и взяла за руку.

Мне было стыдно за свою навязчивость, но я думала, что в нашем положении она простительна, тем более, что никто меня и не осуждал: Аська прямо-таки излучала сочувствие, Денис смотрел с грустной улыбкой, а Кристо не шарахался и не отбивался. Казалось, он даже привыкал.

А я привыкала жить без времени. Часов не было ни у кого. Ребята боялись спать, ожидая развязки нашего заточения, и я понимала, что быть вместе с Кристо остается все меньше и меньше, поэтому не спала тоже. Он лежал рядом со мной, заменяя сон отдыхом, а потом вставал и разминался в тренировочных боях с Денисом, и долго ли все это продолжалось, я не знаю.

Наверное, нет.

Мы не успели пресытиться таким распорядком, я с Аськой так не поговорила о самом важном, когда они появились.

Об их приходе ничто не возвестило, ничего не изменилось ни в освещении, ни в запахах, ни в давлении или притяжении — ни в чем.

Они бесшумно возникли метрах в двадцати от нас, и я даже сначала подумала, что по какой-то причине вдруг сгустился туман или сюда просочилось скромных размеров облако, но потом до меня дошло, что конкретно это природное явление весьма разумно.