Академия-2 - Наталья Викторовна Бутырская

на поставку оружия в императорскую армию! И всего лишь личная аудиенция у императора! И у кого? У меня, жалкого лавочника! А у тебя ни один из троих сыновей не смог сделать мне такой подарок.

- Ты прав, отец, — мягко вмешался Ливей. — Но ведь испытание заключалось не в этом. Ты хотел оценить, насколько далеко продвинутся наши кандидаты в торговле и как много заработают за два года. Этому мальчику повезло, и в его городе случайно оказалась кристальная шахта. У него неплохая удача. Но ты же хотел найти человека с торговым чутьем и должным старанием. Мой Люй Хуи еще не вернулся. Думаю, нам стоит подождать окончания срока и сравнить его результаты с результатами мальчика.

Байсо подумал, что Ливей — самый выдержанный и самый достойный из сыновей Юна, если не считать отца, конечно. Он начал речь с согласия, потом привел слова старика и плавно вывел к отсрочке. Неудивительно, что Ливей не стал цепляться за родных сыновей, позволив им найти свою собственную дорогу в жизни, а подобрал достойного кандидата из своих проверенных работников.

- Лю, кажется, ты не все рассказал про Мэйху! — рыкнул Юн.

- Прощу прощения, я не стал прерывать вашу беседу с сыновьями, господин Джин, — поклонился Лю. — Я не успел сказать, что Мэйху привез около двух тысяч лян в монетах, кристаллах и амулетах. Также Мэйху организовал в Ваньшане целую сеть, которая при должном управлении сможет приносить по три тысячи лян в год. И это заниженная оценка в связи с изменениями в управлении города, которые произошли также благодаря действиям Мэйху.

Байсо посмотрел на невозмутимого отца, тот лишь пожал плечами. Видимо, Джин Фу передал все данные по Зимней Цапле Юну.

- Тем не менее, пока Люй Хуи не вернулся, испытание не может считаться законченным, — настаивал Ливей.

- Я стар. У меня нет столько терпения, чтобы ждать полтора года, — вдруг зашамкал Джин Юн, притворно ссутулившись. — Поэтому я поступил иначе.

Байсо едва сдержал улыбку при виде столь очевидной игры на публику. Внимательный Лю, повинуясь еле уловимому движению руки Юна, выскользнул из залы и вернулся уже с самим Люй Хуи.

- Хуи, мальчик, расскажи о своем испытании.

Наследник Ливея поклонился.

- Слушаюсь, господин Джин. Меня отправили в небольшой лесной городок Тьянчонг. Там живет не более двадцати тысяч человек. Основной заработок — выращивание и продажа древесины баньяна. Как я понял, город так и появился. Сначала нашли баньяновую рощу, разместили там лесорубов, потом обнаружили, что эти деревья в других местах плохо приживаются, поэтому направили людей, чтобы те сажали и выращивали баньяны. И так постепенно вырос Тьянчонг.

Ливей слушал и с каждым его словом все больше мрачнел.

- Из-за трудной доступности города караваны туда приезжают редко, не чаще четырех раз в год. Вся торговля поделена между местными. Но мне повезло, и я смог устроиться в местную лавку. Благодаря знаниям, полученным в «Золотом небе», я уговорил хозяина заказать новые товары, вел за него все расчеты, предложил давать кредиты людям, и его заработок вырос в три раза. После этого я вошел в долю, и половина прибыли лавки стала идти мне. Перед тем, как меня вызвали в Киньян, я планировал выкупить один магазинчик и начать работать уже самостоятельно.

- Сколько ты заработал за эти полгода? — спросил Юн.

- Сейчас все деньги вложены в товар, но если распродать все, то около трехсот лян.

- А сколько ты планировал привезти спустя полтора года?

- Если все сложилось бы так, как я задумал, то не меньше полутора тысяч лян.

Ливей отвернулся от своего зятя, не в силах скрыть сильное разочарование.

- Что ж, достойная сумма. Будем считать, что именно ее ты и заработал. Скажи, а не заметил ли ты чего-то необычного в этом городке?

- Там, конечно, были свои странности. Полагаю, что это связано с удаленностью и замкнутостью города, в подобных местах часто складываются другие обычаи и правила.

- Думаю, теперь все понимают, кто заслуживает победы, — суровый старик слегка наклонился и внимательно обвел своих отпрысков взглядом.

- Я не согласен, отец, — Ливей медленно поднялся. — Люй Хуи, как и ты в свое время, начал с небольшой лавки, имея в запасе всего пятьдесят лян. Он строил свое торговое дело, закупал товар, завлекал покупателей, находясь в маленьком городке. Как можно развиваться быстрее, если караваны приезжают лишь раз в три месяца?

Джин Юн повернулся к все еще стоявшему рядом Байсо.

- Мэйху, как часто приезжают караваны в Ваньшань?

- Раз в год, господин Джин Юн, — он церемонно поклонился. — Ваньшань находится в северной части страны высоко в горах. Зима там длится восемь месяцев, и снегом заваливает все пути к городу, в том числе и перевал. Весной и осенью дороги залиты водой. И только полтора месяца в году город доступен для караванов.

- Получается, ты вернулся как раз тогда, когда приехал караван? — уточнил Ганг.

- Спустя две недели после его отъезда из города.

- Тогда чем же ты торговал? Уж не воровал ли ты в детстве иголки?[1]

- Ваньшань — очень бедный город. И ребенка, даже с пятьюдесятью лянами, никто бы не стал нанимать в лавку, а тем более брать в долю. Так что дорога Люй Хуи для меня была изначально закрыта. Зато в Ваньшане были люди. А где есть люди, там есть слова. Я продавал слова!

- Слова? Откуда же ты их брал? — насмешливо воскликнул Джинхей, не заметив, что Ганг призадумался и замолчал.

- У людей, — невинно улыбнулся Байсо. — Кто-то бесплатно дарил мне слова, считая их ненужными, а я продавал их за деньги тем, кто в них нуждался.

- Он не смог бы обнаружить преступление и заработать столько денег в одиночку! У него точно были сообщники, — резко заявила Янмей, жена Джинхея.

- И всех этих сообщников я нашел сам в Ваньшане, — невозмутимо согласился Байсо с учтивым поклоном.

- Конечно, а… — попыталась было съязвить Янмей, но вмешался Джин Фу.

- Хватит! — возмущенный торговец вскочил из-за стола. — Я слушаю вас и не понимаю, где же те честные и открытые братья, с которыми я вырос. Мой наследник привез больше всех денег, возвысил «Золотое небо» так, как никто из нас не смог, и что он услышал от своей семьи? Благодарность? Восхищение?