Людмила Малёваная - Искатель. 2014. Выпуск №3

Эон Туул уже вовсю «печатал» в воздухе:

— Минуточку. Все, поехали!

Монитор опять ожил, и по нему побежали звездные блики и тени…

Когда движение на экране замерло, все затаили дыхание. И Дени, и Лон Гел с Эон Туулом, и еще два лаасса, пришедшие за минуту до этого в рубку звездолета, испытали сильное потрясение: на мониторе высветилась гравитационно-гироскопическая система Маяк.

Дени обвел ошарашенных лаассов победным взглядом и выстрелил:

— Ну что, господа инопланетяне, будет у нас с вами контакт или как?

26 мая 20..: года, 13 часов 45 минут.

Подземные лаборатории ЦЕРНа

— Что значит — исчез, черт побери, что это значит?! — вне себя от ярости орал Воган на несчастного долговязого хиппи, который, как нашкодивший первоклассник, стоял посреди кабинета и мял в руках бейсболку, переминаясь с ноги на ногу. — Ну что мне с вами делать? Что? «Гобой» безвозвратно испорчен. НЛО превратился в камень!

— А вы что молчите, Эйнштейны, вашу мать! Где теперь Армон? Кто его похитил? — переключился полковник на Ашот; и Алена. — Наворотили дел! Запустили свой гребаный коллайдер Я всегда чувствовал, что добром это не кончится! Я чувствовал!. Чтоб вас всех!..

Было понятно, что полковнику надо излить накопившуюся в нем ярость, и все молча ждали, когда поток проклятий иссякнет. Не тут-то было! «It was not here!» — как любил в шутку говорить в таких случаях Арутюнян, специально коверкая английский. Еще добрых двадцать минут присутствующие вынуждены были терпеть условно-цензурное выступление начальника генштаб швейцарской армии. Но приоткрылась дверь, в кабинет заглянула Джоди и жестом руки подозвала к себе обозлённого вояку. Тот вышел к ней, прикрыв за собой дверь. Спустя несколько секунд, только начавшие было приходить в себя участники совещания услышали из коридора звериный рык, от которого у все волосы на голове зашевелились. Это у полковника окончательно сдали нервы: Джоди сообщила ему, что единственный оставшийся в живых нападавший на базу «Муари-2000», долго находившийся в коме и только десять дней как пришедший наконец в сознание, исчез из госпиталя города Сьерр.

— Вы это что, нарочно? Сговорились?!.. — взревел Воган, и голос его разнесся на многие километры по коридорам подземелий ЦЕРНа, отражаясь от сырых стен, гуляя по тускло освещенным коридорам и резонируя в трубах…

Джоди не стала дожидаться дополнительных комментариев полковника и поспешила покинуть нулевой этаж в скоростном лифте.

Заехав домой и быстро переодевшись в стильное серо-белое короткое платье, она прыгнула в машину и вскоре уже входила в уютный ретро-бар «Библиотека» на набережной Женевы. Подскочивший гарсон проводил ее к столику, за которым сидел мужчина в темном костюме с левой рукой на перевязи. Он встал и произнес:

— Добрый день, мадемуазель Циммерманн, спасибо, что пришли. Присаживайтесь, прошу вас.

— Здравствуйте, Питер. Можно вас так называть? — улыбнулась Джоди и села на предложенный Брэндоном стул.

— Вам — да, — после секундного колебания ответил он и поднял взгляд на официанта, явно разглядывавшего красивые длинные ноги Джоди. Тот мгновенно вытянулся в струнку, поднес к глазам блокнот и ручку и затараторил:

— Месье, сегодня просто превосходны мидии, сваренные в белом вине!

— Выходит, что вчера они были отвратительны, — не удержался от колкости Брэндон.

Постоянное Представительство Российской Федерации

при отделении ООН в Женеве

и других международных организациях

Офицер безопасности Российского постпредства Федор Саулин сидел в своем кабинете на нулевом этаже старого административного здания и слушал рассказ первого секретаря Матвея Кобзы. Матвей был сотрудником ГРУ и периодически, пользуясь дипломатическим иммунитетом, выполнял деликатные поручения своего руководства. Ни для швейцарцев, ни для французов или американцев не была никаким секретом его принадлежность к российским спецсужбам. Просто в этой среде выгоднее до поры до времени помалкивать об этом и делать вид, что все тут кругом — сплошные карьерные дипломаты. Что за идиотское словосочетание: «карьерный дипломат»? — неожиданно для самого себя подумал Саулин, это же не самосвал БелАЗ… Он боднул головой, отгоняя посторонние мысли. Матвей, вальяжно развалившись в кресле и потягивая арманьяк, продолжил свой рассказ:

— Федор Иваныч, ты же знаешь, что Швейцария — страна непуганых идиотов, и это подтверждается на каждом шагу. Им бы, козлам, наш менталитет, наш азарт, душу, размах…

— И засрали бы такую прекрасную страну. У нас, Матвей, своих неосвоенных просторов для этого хватает. Дистанции гигантского размера! Так что Швейцарию я бы оставил швейцарцам, — с усмешкой перебил Матвея Саулин. Сам он был из СВР и немного недолюбливал «сапоги», как за глаза называли грушников и дипломаты и свэровцы. Хотя, положа руку на сердце, все, в конечном итоге, зависело от самого человека, без привязки к какому-то ведомству или структуре. К сожалению, Матвей ни у кого, даже у «своих», не вызывал теплых чувств. Высокомерная заносчивость вкупе с воинствующей серостью делали его трудновыносимым в любой компании. Уже не раз он становился центром скандалов в постпредстве, причем каждый раз с разными людьми. И каждый раз выходил сухим из воды. Саулин вспомнил, как года полтора назад в постпредство приехал новый водитель, татарин по национальности, мусульманин, по вере. Ну муслим так муслим, пожало большинство плечами, что с того? Так нет! Буквально через несколько дней, в гараже, специально в присутствии нескольких человек, он зарядил оторопевшему Эльдару такую хулу про Аллаха, ислам и шариат, что бедный татарин, недолго думая, схватил первое, что ему попалось под руку (сменный стальной штуцер высокого давления для автомоечного аппарата), и погнался за припустившим от него Матвеем с криками «Шайтан!». Насилу уняли. А с этого опять — как с гуся вода!

— …М-да, так я вот о чем, — после секундной паузы заговорил Кобза. — Подробности операции я доложил руководству, теперь ваша очередь принять в ней посильное участие. Как только Сергей окрепнет, его надо будет срочно переправить а Москву.

— Эго чье такое указание, интересно знать? — прищурился Федор Иванович. — Я что-то никаких приказов не получал.

— Ну, за этим дело не станет — бюрократия у нас всегда работает исправно! Спасибо за угощенье — отличный, просто превосходный арманьяк! — Матвей быстро встал, пожал Саулину руку и исчез за дверью.

— «Превосходный арманьяк»! — передразнил Кобзу Саулин. — Что ты, дерёвня житомирская, понимаешь в настоящем арманьяке? Тьфу, пижон!..