Владимир Корчагин - Конец легенды

Ну, а жизнь человека? Ведь если вдуматься, вся она, все его поступки, и хорошие и дурные, за исключением разве тех, которые связаны с непосредственным удовлетворением запросов работающего организма, в основе своей сводятся к одному – стремлению узнать, ощутить, пережить, перечувствовать что-то новое, неизведанное, то есть в конечном случае – к получению новой информации.

И то, что именно получение информации является главным стержнем, главным содержанием жизни любого человека, будет ответом на твой вопрос. Почему, в самом деле, все так боятся смерти, почему все цепляются за жизнь? Ведь не потому, что они боятся потерять возможность есть, пить, спать? Так почему же?

Представь себе, что тебе скажут: ты умрешь, но и после смерти будешь знать, что творится в мире. И смерть перестанет быть для тебя страшной. Страх смерти – это страх лишиться возможности получать информацию об окружающем нас мире. Ибо в этом и только в этом смысл жизни любого человека. Смысл жизни любого другого существа. Смысл всей жизни вообще, в самом широком, самом глобальном понимании этого слова. Ты согласна со мной? Что же ты молчишь?

Норма отыскала в темноте его руки, прижалась к ним пылающим лицом.

– Все это очень интересно, что ты сказал. Конечно, хочется еще многое увидеть, понять, почувствовать. Но знаешь, о чем я мечтаю больше всего? – голос Нормы перешел на шепот. – Я мечтаю о том, чтобы у нас с тобой был сын, такой же добрый, честный, умный, как ты…

Глава тридцать первая

Их разбудила Ника. Тонко повизгивая, она взобралась на топчан и принялась тормошить своих хозяев. Первым проснулся Денис, Услышав знакомое повизгивание и нащупав в темноте мохнатую лапу, он шлепнул обезьянку по спине и недовольно пробурчал:

– Не мешай спать, Ника. Иди на место!

Но обезьяна метнулась к хозяйке. Норма подняла голову.

– Разбудила-таки, противная! А ну, марш на место! – Денис попытался столкнуть Нику с топчана. Однако Норма приложила палец к его губам.

– Тише, Денис, тише! В пещере кто-то есть.

Денис затаил дыхание. С минуту их обступала глухая тишина подземелья. Но вдруг в ней явственно послышались крадущиеся шаги.

Норма соскочила с топчана и, схватив нож, неслышными шагами направилась к выходу. Денис удержал ее за руку.

– Стой, Норма, пойдем вместе.

– Тогда возьми вот хоть это, – она вложила ему в руки охотничий топорик и осторожно раздвинула полог.

В круглом гроте было тихо. Они прокрались к выходу в центральный туннель и притаились. Звуки шагов доносились уже со стороны провала. Норма спустилась вниз.

– Смотри!

Денис глянул в темноту и ясно увидел красное движущееся пятно. Оно медленно удалялось по направлению к провалу.

– Кто это, Курт или Ганс?- шепнул он на ухо Норме.

– Не все ли равно… Может, и тот и другой.

– Но ведь они могут сорваться.

– Пусть!

– Нет, так нельзя. Я догоню их.

– Не смей, Денис. Они убьют тебя.

– Но их фонарь уже почти у провала. Их надо окликнуть, предупредить!

– Зачем? Они пришли убить нас. Если ты крикнешь, они вернутся назад, и трудно сказать, что может произойти тут, в темноте.

– Но я не могу так, не могу! Ведь еще минута… Эй, кто там, назад!

Красное пятно заметалось по проходу и еще быстрее двинулось к провалу.

– Назад! Назад! – закричал Денис во всю мочь, бросаясь вперед. – Ни шагу дальше! Впереди – опасность, смерть!!!

Красное пятно сделало замысловатую петлю, и в тот же миг раздался нечеловеческий вопль. Красное пятно оставалось теперь неподвижным, но душераздирающий крик продолжал нестись по подземелью, а через секунду раздался сильный всплеск, и все смолкло.

– Кажется, это был Ганс,- еле слышно прошептал Денис.

– Одним врагом меньше,- холодно отозвалась Норма.

– Но почему все еще светится этот фонарь? Значит тот, другой…

– Пойдем, посмотрим. Теперь это не так страшно. Только ни звука! И пропусти меня вперед.

Они осторожно подошли к провалу и наконец увидели то, что светилось в темноте. То была старая консервная банка с отверстиями, в которой ярко горели угли. Такой снабженный проволочной петлей светильник вполне сносно освещал круг радиусом в полметра и в то же время его легко можно было заслонить от посторонних глаз. Рядом со светильником валялся камень, укрепленный на тонком ремне. И это все. Значит Ганс был один. И одним врагом действительно стало меньше.

– Это кошмарно,- прошептал Денис, стараясь побороть внутреннюю дрожь.

Норма подняла с земли камень на ремне.

– А это не кошмарно?

– И все-таки…

– Пойдем спать, Денис. Этот человек сам нашел свою смерть, какой он достоин.

– Нет, Норма, спать идти не придется. И теперь слушай, что я тебе скажу. Сейчас мы приведем сюда Эвелину и Курта.

– Это зачем?

– Нужно, Норма. Чтобы Курт не смог использовать это несчастье против нас.

– Мы еще должны быть и в ответе?

– Будто ты не знаешь, на что способны эти люди.

– Хорошо, пойдем, – она прицепила нож к пояску, подняла с земли светильник. – А это тоже возьмем с собой? Я правильно поняла тебя?

– Да, и этот каменный кистень.

До лагеря они дошли быстро. Ранний рассвет едва притушил звезды, когда Денис остановился у шалаша журналистки и окликнул:

– Мисс Эвелина, встаньте, пожалуйста. Есть дело.

Через минуту американка вышла из шалаша.

– Что-нибудь случилось?

– Да, сейчас вы все узнаете.

Денис подошел к другому шалашу и сказал как мог спокойнее:

– Выйди, Курт, я знаю, ты не спишь.

Немец не ответил. Денис повысил голос:

– Выходи-выходи, иначе вытянем за ноги!

В шалаше послышалась возня, и голова Курта высунулась наружу.

– Какого черта вам от меня надо?

– Где Ганс?

– Не знаю.

– Знаешь! И ждешь его возвращения.

– Я ему не нянька. И он не ребенок, может делать все, что захочет.

– Вот как! А это он сделал тоже без твоего ведома? – показал Денис на банку с углями. На лице немца появилась злая усмешка.

– Ах, это! Так-так… Ну, что ж, вы угадали, я знаю, куда пошел Ганс. К вам в пещеру. А вы убили его?

– Об этом разговор будет позже. А сейчас скажи, зачем ты послал его в пещеру?

– Только не затем, чтобы марать руки о тебя и твою кралю. Ганс пошел за золотом. За моим золотом! А вы убили его! И вам не оправдаться перед судом.

– Ну, до суда еще далеко. А вот этот камень ему понадобился, чтобы найти золото?

– Я не спрашиваю, для чего у этой красотки нож у пояса. Каждый человек носит для защиты то оружие, какое он имеет. Да не каждый пускает его в ход. И вообще, хватит с меня ваших вопросов! Теперь спрашивать буду я. И пусть дражайшая Эвелина будет свидетельницей нашего разговора. Итак – где Ганс?