На дальних берегах. Том первый - Sgtmadcat

их путь, то почему то, что осталось здесь так знакомо человеку нашего мира?

Да — пока неизвестно, как получить бетон такой крепости, как выплавить сплав, который шутя выдерживает все попытки его разрезать, как сделать смазку, которая, спустя тысячелетия, продолжает исправно выполнять свои функции, но в остальном назначение и устройство всего вокруг не вызывает никаких вопросов. Почти никаких… В глубине комплекса были найдены странные устройства, о которых никто не смог сказать ничего кроме: «Они потребляли электричество», но опять таки - «Эвокат», плод если не таких же, то похожих технологий, поддался нынешней науке и разуму. Не целиком, не весь, но он работает, мгновенно переносится на тысячи километров в нужную точку. Значит это не колдовство, не непостижимые магические тайны, а что-то доступное, несмотря на свой высокий уровень? Что-то близкое. И, тогда, не свидетельствует ли это о том, что мы идем по стопам своих предков, познавая шаг за шагом уже им известное? Но почему, тогда, они не передали свои знания? Решили, что развиваясь с нуля их потомки не повторят старых ошибок? Или, все же, Катаклизм стал их концом и пыль, которая покрывала тут все — это превратившиеся в мельчайший прах останки тех, кто укрылся под этими сводами ища спасения?

- Учитель! - голос Валента прервал размышления, - Вы не представляете, как я рад вас видеть! Каким чудом вы тут оказались?!

- О! Валент, брат мой… Я тоже рад тебя видеть в добром здравии. Тогда, во время нашего последнего разговора… Мне показалось, что ты решил сделать нечто… Опасное.

- Вы правы. Я решил. И я сделал. Мне многое надо вам рассказать. Но позднее. С вами хочет пообщаться Рыцарь-Комендант Галлен де Маре.

Аргус оглянулся на приближающегося к ним быстрым шагом высокого офицера в полном облачении. Остановившись, он оглядел Аргуса и, увидев на его одеждах знак Ментора, склонился для благословения.

- Брат Аргус? Рад вас видеть, хотя роту пехоты рад был бы видеть больше.

- Взаимно, брат Галлен. К сожалению, пока мы с сестрой Ливией — это все ваше подкрепление. Но позвольте поинтересоваться — зачем вам еще люди?

- Беглец. Он категорически обнаглел! Гарнизона не хватает, чтобы надежно обложить все уровни и он этим пользуется!

- Но в донесениях вы говорили, что не сталкивались с ним?

- С ним — нет. Но он как крыса на кухне — видишь не его самого, а результаты его, так сказать, деятельности.

- Это интересно… Я думал, что он исчез без следа, но, оказывается, он активен? Надеюсь, что такое больше не повторится, но если что, то, в следующий раз, это стоило бы указать в отчетах для начальства.

- Я указывал! Будь я проклят, если мои первые отчеты не содержали все подробности, которыми я обладал! Но от меня требовали одно: «Найти!».

- Так что, со временем, ваши доклады сократились до уровня: «Нашли? - Ищем!»? Понимаю… Хорошо — тогда я переадресую свое возмущение по этому вопросу тем, кто занимался этим снаружи. Потом... Когда все это закончится, и мы все отсюда выберемся.

- Надеюсь, вы это как-то ускорите. Мне сказали, что комплекс будет запечатан до тех пор, пока его не поймают.

- Я тоже надеюсь, что у меня получится оправдать ваши ожидания. Но, сперва, я хочу восстановить всю картину событий. Я имею ввиду его побег. В нем очень много неясного.

- О! Вы будете разочарованы… - Галлен скривился, - Потому, как тут все предельно просто. Предатели! Подлые изменники, польстившиеся на деньги, предали и продали то, чему должны были служить! Впустили сюда убийц которые саботировали систему безопасности и попытались прикончить заключенного. Не преуспели — он оказался еще опаснее, чем все думали.

- А что вы скажете, друг мой? - Аргус повернулся к Валенту, - Ваше появление тут должно иметь веские причины…

- Во время моей последней беседы с заключенным, он практически прямым текстом сказал, что его могут попытаться убить, - судя по тому, как Валент чеканил слова, свою версию он повторял уже неоднократно, - Логически рассудив, что лучшего момента для нападения, чем возведение Магистра Якобуса в сан Предвозвестника им не найти, я начал наблюдать за происходящим.

- Почему же вы никого не предупредили?

- В деле были замешаны люди из Ордена Одаренных. Любой мог быть их невольным информатором — не мне вам рассказывать про их возможности, наставник. Так что, я мог положиться только на себя и надеяться, что не привлеку их внимания.

- Понимаю. Что было дальше?

- В ночь посвящения, я заметил подозрительных людей в окрестностях комплекса и последовал за ними. Он вошли внутрь через разблокированный технический лаз на оборонительном этаже и проследовали на тюремный уровень.

- Вам следовало поднять тревогу, друг мой.

- Я так и сделал. Сразу, войдя, я активировал тревожную сигнализацию, но, как и сказал брат-рыцарь Галлен, их сообщники внутри саботировали систему безопасности, так что связь отсутствовала и я не был уверен в том, что остальное тоже работает исправно. Мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ними и попытаться сорвать их планы лично.

- И что случилось, когда вы их настигли?

- Я увидел, что пост перед камерой пуст, а дверь клетки открыта. Внутри все было в дыму.

- В дыму?

- Да. Заключенный поджег что-то в камере, чтобы ухудшить видимость и напал на убийц когда те открыли клетку. К моему приходу, почти все они были мертвы. Каюсь, у меня ушло изрядно времени на попытки поднять тревогу и, скорее всего, это дало заключенному время скрыться.

- Интересно… Брат Галлен — вы сохранили тела нападавших?

- Разумеется. Он в морге.

- Вы проводили с ними следственные действия?

- Только осмотр, а что?

- Я так понял, что кроме них у нас нет свидетелей того, что происходило внутри?

- Да, но они мертвы… Или вы намереваетесь подвергнуть их некроскопии?

- Неоднозначная процедура, согласен, - развел руками Аргус, - Однако устав нашего ордена гласит, что в случае сомнений по поводу соответствия тех или иных деяний букве и духу нашей веры, решение должен принимать человек, чьи заслуги и опыт позволяют трактовать те или иные положения церковных догматов.

- Вы намекаете на свою нынешнюю должность Ментора?

- Да. И, как Ментор, я напомню вам слова святого Ремуса Астарранакийского: «То, что делает лекарь, зачастую вызывает отвращение, но служит к пользе страдающего,