Сергей Гусев - Лодка за краем мира

– Вы хотя бы запомнили это место, Макс? Ну, то есть, то место где артефакт упал в воду?

– Увы, нет. Но не будете же Вы осушать ради нее все озеро? Или у вас есть своя водолазная команда?

– Ради такого предмета стоило бы, – засопев носом, уверенно заявил ученый. – Вы даже не подозреваете, что Вы наделали, Макс. Прощайте!- Йохан бросил трубку.

Сверху по лестнице послышались шаги – Эмма спускалась вниз.

– Кофе! Мне совершенно необходимо выпить кофе! – у нее был расстроенный вид. – Ничего я не нашла, они оставили меня совершенно без архива!

– Ох, прости, я не успел! – Макс только сейчас спохватился про завтрак. – Позвонил этот безумный ученый из университета, Йохан.

– Кто это? Я о нем ничего не слышала. Почему он безумный?

– Это долгая история, я и сам не до конца все понимаю. Знаешь, Эмма, пойдем на кухню завтракать, и я тебе буду рассказывать. Тут и правда много непонятного.

Душистый кофе остывал в чашках, наполняя кухню удивительным ароматом утра, а она сидела, завороженно слушая его повествование, – про разгром в квартире, про вчерашний странный разговор с белобрысым гостем, про звонок Йохана.

– Макс объясни мне, наконец, – сказала она, когда он закончил рассказ о событиях последних дней, – Что вокруг нас происходит? Кто эти люди, и что им нужно?

– Если бы я знал… Из всего этого, я понял только одно – они охотятся за этими пирамидками. Это, кажется, единственное, что их интересует.

– Получается, Йохан не ошибся в своих анализах. И этим охотникам явно известно об этих штуках больше, чем нам. Для чего они им? Зачем-то же они их собирают? – серьезно сказала она.

– Не знаю, Эмма, не знаю. Кажется, их ничего не остановит, раз они так хотят их вернуть.

– Ты меня пугаешь Макс! Если эта штука так важна, как ты смог купить ее так легко в Пекине? Или там стали продавать детали упавших звездолетов на базаре?

– Ага, на развес из мешка. И агентов разведок, которые за ними охотятся, в качестве бесплатного бонуса, – зло пошутил он.

– Я только одного не понимаю в этом детективе – зачем им сдался мой фотоархив? Пирамиды, тесты в университете это понятно. Но архив?! – недоумевала девушка.

– С этим то как раз просто, в архиве были фотки пирамид и той находки из церкви. Помнишь? Вот они и искали мастер-копии фотографий. Судя по их шагам, они просто стирают все упоминания об этих предметах.

– Милый, ты же сам говорил, что они не шутят, – она нахмурила брови, став от этого немного взрослее, – Нас же тоже можно стереть, как следы! И что мы будем делать? Я только сейчас поняла – до назначенного свидания с Освальдом осталось меньше двенадцати часов!

Девушка вскочила на ноги, словно ей больше не сиделось на месте, и стала ходить по кухне, энергично жестикулируя:

– Они взломали лабораторию Йохана. Они могут забраться в любую квартиру. Им осталось достать твою пирамидку, и они готовы пойти на многое, чтобы ее вернуть. Они заманивают тебя деньгами, но что они сделают, когда она будет у них в руках? Если ты вздумаешь прийти к ратуше, то попадешь в ловушку!

– Но, Эмма, ведь если я не приду, они сами явятся сюда за мной! Не бежать же мне от них!

– Почему же не бежать? – девушка серьезно смотрела на него в упор. – Что в этом невозможного?

Макс пожал плечами. Верить в разведку или инопланетных агентов не хотелось. Вообще, во все произошедшее верилось с трудом. Но конверт с чеком лежал на столе, подтверждая весомость требований Освальда.

– Значит, ты предлагаешь бежать? – нерешительно спросил он. – И куда?

– Естественно, а что же еще делают в таких ситуациях? Мы уедем в Италию! Проскочим, пока они не спохватились! А твою пирамидку берем с собой. Ну же, решайся! – теребила она его.

– Но Эмма, моя работа? Меня уволят!

– Нашел о чем думать! Мертвые не работают, да и деньги им ни к чему.

– Да уж, ни к чему, – повторил он, замявшись, – Ладно, я попробую договориться о внеплановом отпуске на работе. Поехали…

Черный от утреннего дождя асфальт взбирался по горному серпантину. От постоянного набора высоты у Эммы заложило уши, и она, прижав пальчик к козелку, уже несколько минут безуспешно пыталась вернуть себе способность нормально слышать. Машина, сделав очередной вираж, обогнула скалу и тут же свернула в зев затянутого горным туманом туннеля. Игравшее какую-то французскую песенку радио вмиг замолкло, будто снаружи перерезали невидимый провод. Стены туннеля давали иллюзию кротовой норы, прорубленной в скале, и отчего-то приспособленной для езды машин – лишь краска разметки неестественно белой полосой, казалась чужеродным вкраплением в этом природном пейзаже.

– Странно, что тут никого нет, обычно в это время весь туннель забит. А сейчас тишина, всех как ветром сдуло, – девушка поежилась. – Нет, я все-таки не права, мы уже не одни, сзади какой-то безумный байкер. Спешит, похоже, на тот свет.

Макс посмотрел в зеркало заднего вида. Яркий свет галогенной фары спортивного байка уже был совсем близко, казалось, что мотоциклист собирается обогнать их по встречной полосе, все сильнее раскручивая мощный двигатель.

– Да, действительно, на тот свет, – громкий рокот мотора, отраженный стенами, оглушал, словно грохот груженного стратегического бомбардировщика на взлетной полосе.

– Похоже, женщина – волосы рыжие развиваются из под шлема, – Эмма попыталась всмотреться в наездницу, обогнувшую машину по пологой кривой.

– Да, и костюмчик так эффектно подчеркивает фигуру, хорошенькая – Макс улыбнулся, пытаясь подмигнуть Эмме.

– Ах так, фигура хорошенькая, вот значит как, – Эмма обиженно отвернулась в боковое стекло.

– Ну, что ты, я не имел ввиду… – начал, было, Макс, повернувшись к девушке, когда яркий солнечный свет на выезде из туннеля внезапно ударил по глазам, подобно ядерной вспышке. Черная фигура мотоциклистки впереди поблекла, превратившись в неразличимое пятно, на фоне ослепляющего сияния, отраженного от мокрой дороги.

– Куда!!! – молодой человек неожиданно закричал.

Мотоцикл впереди резко затормозил, словно уткнувшись в прозрачную стену перед ним и испуская жирный шлейф горелой резины за собой, закачался из стороны в сторону, как листок на ветру в замедленной видеосъемке. Время как будто замерзло, остановив движение пространства и материи, ватные секунды слились в часы, и тяжелый байк стал, медленно кренясь, валиться на бок, высекая снопы искр из асфальта. Байкерша отпрыгивает в сторону, чтобы замереть в воздухе и начать медленное падение к земле. Касание, удар, перекат в придорожный кювет.

И следом летит старенькая Каравелла, повторяя траекторию мотоцикла, визжа тормозами, грозя опрокинуться через крышу и сорваться через ограждение в пропасть. И его руки, повинуясь древнему инстинкту выживания, сами выкручивают руль, пытаясь выровнять взбесившийся кусок металла. Время и машина словно стараются догнать друг друга, идя противоположными векторами, и чем медленнее движется машина, тем быстрее бежит время. И когда автомобиль остановится, время возобновит свое движение, и в его ушах возникнет ее крик: