Уилбур Смит - Наемник

«О'кей, алмазы они с собой не взяли. Я осмотрел все очень внимательно. Я так и думал, что они их оставят. Девчонка должна знать, где они лежат. Может быть… Нет, она завизжит, как резаная свинья, если я спрошу». Хендри взглянул на Шерман. Она смотрела вслед уехавшему автомобилю. «Сучка! Ведет себя, как хозяйка, с тех пор, как спит с Брюсом. Почему этим образованным так нравятся девки с маленькими сиськами? А зад неплохой. Я не прочь попробовать. Черт возьми, этим бы я добил Его Высочество Карри. Нет, не получится. Эти черномазые считают его богом или где-то рядом. Если я к ней прикоснусь, они меня на куски разорвут. Придется довольствоваться алмазами и по-быстрому сматываться к границе». Хендри сбил каску на затылок и непринужденно зашагал к грузовику, который вчера вел Раффи. «Карта, компас, пара запасных магазинов. Осталось только стекляшки забрать». Он залез в кабину и осмотрелся.

«Ставлю фунт против щепотки дерьма, что они спрятали их где-то в грузовике. Они не волнуются — думают, что я здесь повязан по рукам и ногам. Им не может прийти в голову, что дядя Вэлли может их покинуть. Думают, что я буду здесь сидеть и дожидаться, пока они меня скрутят и передадут черномазым легавым, которые ждут не дождутся, что им в руки попадет белый человек. Так что у меня для тебя новости есть, мистер Карри!» Он покопался в ящиках и, ничего не найдя, закрыл их. «Нет, не здесь. Попробуем под сиденьями. Граница не охраняется. Через три-четыре дня доберусь до Форт-Роузбери, но не с пустыми руками, а с полным карманом алмазов. Оттуда самолетом до Ндола и всего остального мира. Потом начнется настоящая жизнь!» Под сиденьем ничего, кроме пыльного домкрата и баллонного ключа, не было. Хендри занялся ковриками.

«Жалко, что приходится оставлять в живых этого ублюдка Карри. У меня были другие планы. Этот парень меня действительно достал. Самоуверен до смешного. Все время дает понять, что ты — дерьмо. Красивый разговор, смазливая рожа, мягкие руки. Как я его ненавижу!» Хендри сорвал с пола коврики и закашлялся от поднявшейся пыли. «Он думает, что если закончил университет, он уже круче всех. Ублюдок. Я должен был покончить с ним давно. Хотя бы в ту ночь на мосту. Никто бы ничего не заподозрил. Простая ошибка. Нужно было это сделать. Или в Порт-Реприве, когда он штурмовал контору. Герой вонючий. Великий любовник. Уверен, что у него все было, что его папаша дал ему все, что нужно для жизни. И он смотрит на тебя, как будто ты только что выполз из куска тухлого мяса». Хендри выпрямился и сжал руль обеими руками. Его челюсти были сведены ненавистью. Мимо грузовика прошла Шерман Картье. В руке она несла полотенце и розовый пластиковый несессер. Висящий на ремне пистолет бил ее по бедру. От костра поднялся Жак и пошел ей навстречу. Они остановились, оживленно заговорили, затем Шерман показала на висящий на ремне пистолет и засмеялась. Жак нахмурился и с сомнением покачал головой. Шерман опять засмеялась, повернулась и пошла по дороге к ручью. Ее волосы, небрежно перехваченные лентой, спадали на спину, тяжелый пистолет в брезентовой кобуре усиливал эффект соблазнительного покачивания бедер. Она спустилась вниз по берегу и исчезла из вида. Вэлли Хендри хохотнул и облизал губы кончиком языка.

— Все получится просто замечательно, — прошептал он. — Даже после недельной подготовки, не могло получиться лучше. Он нетерпеливо продолжил поиски алмазов. Наклонившись вперед, он сунул руку под приборный щиток и наткнулся на полотняные мешочки, привязанные к проводам.

— Идите к дяде Вэлли, — он выдернул их из-под щитка и стал проверять содержимое. В третьем по счету мешочке он нашел ювелирные камни.

— Прелестные безделушки, — прошептал он, любуясь тусклым светом, внутри полотна. Он завязал шнурок, засунул мешочек в нагрудный карман кителя и застегнул клапан. Кульки с промышленными алмазами он небрежно бросил на пол и ногами затолкал под сиденье, затем взял винтовку и вылез из кабины. Жандармы посмотрели на него вопросительно, когда он проходил мимо костра. Хендри придал своему лицу выражение страдания и погладил ладонью живот.

— Вчера слишком много мяса съел! Жандарм, понимающий английский язык засмеялся и перевел остальным. Все засмеялись и один из них произнес что-то на местном диалекте. Хендри ничего не понял. Они проводили взглядами его удаляющуюся между деревьями фигуру. Выйдя из поля зрения находившихся в лагере, Хендри сразу же бросился бежать, огибая лагерь, к ручью.

29

В пятидесяти ярдах вниз по течению от места, где ручей пересекала дорога, Шерман нашла мелкую заводь. Небольшой участок берега, был покрыт белым речным песком, вокруг шевелился тростник с пушистыми метелками на концах, чернели валуны, отполированные до блеска водой и ветром; теплая вода была настолько прозрачна, что Шерман заметила стайку мальков, хватающих губами зеленый налет водорослей на камнях.

Она остановился на песке и огляделась. Тростник полностью закрывал ее и к тому же она попросила Жака, чтобы он не позволял никому подходить к реке, пока она здесь.

Она разделась, бросила одежду на один из валунов и, с куском мыла в руке, вошла в воду. Чуть отойдя от берега она села. Вода доставала ей до подбородка, крупный песок приятно ласкал голую кожу.

Она вымыла свои волосы и вытянулась во весь рост. Вода мягко, как волны шелка, перекатывалась через ее тело. Осмелев, мальки подплыли к ней. Она почувствовала щекочущее прикосновение мягких губ к коже, рассмеялась и громко хлопнула ладонью по воде.

Затем она смыла с волос мыло и, крепко зажмурив глаза от стекающей с волос воды, вышла на берег.

Когда она, все еще полуслепая, наклонилась за полотенцем, одна рука Вэлли Хендри обхватила ее талию, вторая зажала рот.

— Только пикни, я тебе шею сломаю, — хрипло проговорил он в ее ухо, отвратительно выдыхая запах гнилых зубов. — Представь, что я Брюс и нам обоим будет приятно, — он сдавленно хохотнул. Его рука с талии поползла вниз. Его прикосновение вывело ее из шока, и она начала бешено сопротивляться. Легко удерживая ее, Хендри продолжал хохотать. Она быстро разжала челюсти, и один из пальцев Хендри попал между ее зубами. Она изо всех сил впилась в него зубами, почувствовала, как рвется кожа, и соленый вкус крови во рту.

— Ах ты, сука! — Хендри отдернул руку. Она попыталась закричать, но рука вернулась вместе со страшным ударом в скулу. Голова Шерман дернулась. Он ударил ее еще раз и она опустилась на землю, так и не издав ни звука. Нокаутированная, она не могла поверить, что это с ней происходит, пока не почувствовала на себе его тяжесть и грубо вдавленное между ее ног колено. Она вновь начала сопротивляться, пытаясь уйти от его губ, от зловония его дыхания.