Проклятая ведьма! или Пока смерть не разлучит нас (СИ) - Маар Элиза

Все это время она была здесь. Следила за нами. Удерживала. Наслаждалась и упивалась нашими страданиями.

Я сжала руки в кулаки, смотря на нее из-под полуопущенных ресниц. Глаза горели, но теперь уже не от слез, а от собственного гнева, стремительно перераставшего в ярость — лютую и ужасающую.

Слова Тани — ее прощальные слова — должны были сделать только хуже, но услышав их, я ощутила, как отчаяние отступает, сменяется леденящим душу гневом. Таня помогла мне, словами протянула канат, поднявший меня из пропасти, где были лишь пустота и холод. Нет, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь ей. Умру сама, но она..

Не знаю, откуда взялись силы, но я стала дергаться так, что магия, приковавшая меня к алтарю, трещала, как сгнившая ткань, однако не рвалась. Я билась, рычала, шипела, чувствуя боль из-за врезавшихся в кожу горячих магических пут. Этими самыми путами мне хотелось удушить Селену, после чего привязать ее ими же к столбу и сжечь, чтобы ее гнилая душа навсегда исчезла.

— Давай, продолжай в том же духе. — прозвучал равнодушный голос Селены. — И твоя ведьма не доживет до полуночи.

— Только тронь ее, и я..

— И что ты?! — нахлынул холодный поток, обездвиживший меня.

Я закричала. Ярость грозилась разорвать меня на куски. Однако, эта ярость была бесполезной силой.

— Не сыпь пустыми угрозами, сестренка, мы обе знаем, что ты не сможешь противостоять мне. Ты слаба. Скована. Одинока. Кем бы ты ни была и какой силой бы ни обладала, ты не сможешь справиться со мной. Я годами питалась чужой магией, собирала гримуары, фолианты и артефакты. Моя сила превосходит магию любой Верховной. — она горестно вздохнула. — Только жаль ее приходиться постоянно пополнять. Но! Так даже интереснее. Я люблю сеять хаос.

— Что ты хочешь от меня? — прошипела я. По скованному телу пополз холодный туман.

— Не так уж и много. Всего-то плоть, кровь и магию. Душу, так уж и быть, отдам Малакаю.

Я понятия не имела, о каком Малакае она говорила, но внутренний голос завопил «спасайся!» так громко, что в висках запульсировала боль.

— Кстати о нем. Рубин, где твой хозяин?

Туман стал гуще, холоднее. Мое тело будто снегом засыпало, и я поджала пальцы ног, продрогнув до самых костей.

— С минуты на минуту должен прибыть. — нет, нет, нет. Нет! Кошка! Она же не… не… — Вышла небольшая заминка с тем настырным некромантом.

— Саэм? — едва слышно прошептала я. Острые зубы страха впились в душу.

С ним Мурз… Боги! Боги! Боги!

— Отлично. — сказала Селена и за секунду переместилась к Тане, встав у нее за спиной. — Поиграем, Коко, или побеседуем, пока есть время? — она схватила ее за горло, задрав ей голову.

Таня захрипела, ее глаза закатились, отчего показались белки. Из уголка рта зазмеилась кровь. К моему горлу подступила тошнота, когда как внутри все сжалось в единый ком.

— Не смей! — закричав, дернулась я. — Не надо! Прошу!

— Я вот не прочь поиграть. — проигнорировав мои мольбы, она вонзила когти Тане в горло, затем вытащила их под мой вопль и облизала. — Но раз эта наша последняя с тобой встреча, сестренка..

С отвращением оттолкнув Таню, отчего та со стоном упала на землю, она легкой походкой направилась ко мне. Я не могла оторвать глаз от Тани, правда, увидев, что она дышит и что-то говорит, смогла с облегчением выдохнуть. Жива. Пока что, но жива.

Я перевела горящий ненавистью взгляд на Селену. Ее алый плащ, напоминавший живые тени, шевелился. Это явно была не ткань. Он был соткан из самой магии, а может, еще и крови.

— Хочешь знать, что сейчас произойдет? — спросила она, в предвкушении облизнув бледные обескровленные губы.

Я стиснула челюсти, выдерживая ее ужасный взгляд. Ее алые глаза полыхали.

— Ну же, я же вижу, что хочешь. — мурлыкнула она, костяшками среднего и указательного пальцев проведя по моей щеке.

Я тут же дернулась. Ее касания были мне омерзительны. Я отвернулась, задержала дыхание, чтобы не вдыхать запах смерти, исходящий от Селены, и, до ломоты в деснах сжимая челюсти, вперилась взглядом в ангела смерти, возвышавшегося над двумя могилами.

Селена нагнулась, коснулась губами мочки моего уха, отчего меня продернуло, а по телу побежали мурашки, вызванные ее горячим зловонным дыханием.

Демон… она напоминала мне демона. Самого ужасающего, опасного и отвратительного. И пускай многие представители этого рода были прекрасны, почему-то я причислила Селену именно к ним. Ведь именно их души чаще всего подвержены тьме и ее влиянию.

— Сначала, — прошептала она. — Я проведу ритуал, верну все, что принадлежит мне, а после твоя душа отправится к твоему хозяину в Пустоши. Ты исчезнешь. Все, кто знал тебя, о тебе забудут. Твоя любимая подружка не вспомнит даже твоего голоса. Твой верный Мурз не вспомнит о тебе за гранью, куда уже должен был отправиться. Твой жирный енот будет обжираться и упиваться, мучаясь из-за пустоты в сердце, где когда-то была ваша связь. И самое ужасное, никто из них не будет знать, отчего же в душе так гадко, почему же так хочется сдохнуть. Если конечно, я их не убью. Кто знает.

Каждое ее слово резало меня без ножа. Ярость угасала под гнетом боли и отчаяния.

Пустошь… Никто в здравом уме, за исключением некромантов, считающих это место своим царством, туда не отправиться.

Лишь один некромант хотел затащить меня туда с той самой минуты, как только увидел. Я ненавижу этого некроманта всей своей черной душой, всем своим сердцем. Ненавижу так сильно, что готова отдать свою жизнь, лишь бы он подох вместе со мной и исчез навсегда.

Сглотнув, я повернулась к Селене. Сестрой это чудовище я не называю уже очень давно. Язык не поворачивается. Да даже по имени ее звать не хочется, ведь ей дала его наша мама, а Селена его порочит. Лилит ей подошло бы больше.

— Почему ты помогаешь ему? — переборов себя, заговорила я. — Насколько я знаю, ты служишь Амарен.

Я точно знала, какой эффект произведут мои последние слова, поэтому с наслаждением наблюдала за тем, как Селена теряет контроль, как ее глаза чернеют, прямо как у настоящих демонов, как магия, принадлежавшая не ей, окутывает ее тело. С виду Селена могла показаться хрупкой, но я-то знала, какое чудовище живет в ее душе.

— Я никому не служу! — взревела она.

В разные стороны хлынула ее магия. Я задохнулась ею. Показалось, будто меня окунули в чан с ледяной водой в намерении утопить. В кожу будто сотни мелких ледяных игл врезалось.

Однако шторм, не успев, как следует, начаться, закончился. Селена быстро смогла взять себя в руки. Ее магия оставила меня в покое, после чего Селена равнодушно сказала:

— Я никогда ей не служила. Никогда.

— Ты вместе с ней убила всю нашу семью! — взорвалась я. — Ты сожгла наших сестер! Не пожалела даже детей!

— Каюсь, согрешила. — просто согласилась она, будто мы говорили об обычных вещах, а не об убийстве.

Зарычав, я дернулась. Руки чесались. Желание сжать шею Селены и удушить ее, было острым, что думать ни о чем другом я не могла.

— Но их жертва даровала мне силу. Я поддерживала наши земли почти три года, в то время как ты, трусливая дрянь, пряталась. Я была их Верховной! Но Амарен… Я никогда ей не служила! Мы работали вместе. Она хотела попасть в сокровищницу, я же желала вернуть свою власть. Вот только тетка с годами становилась лишь жаднее. Помимо сокровищницы ей понадобилось мое Верховенство, моя магия, моя земля! У нее появились свои союзники, у меня — свои. Малакай, мой милый Малакай, стал одним из них.

Она сжала мой подбородок пальцами, вынуждая меня смотреть ей в глаза.

— Ты не представляешь, как сложно было прятать тебя от нее, когда так хотелось убить, вырвать из твоих сердца и души свою магию. — она усмехнулась. — Ты действительно думаешь, что она не нашла тебя только потому, что Мурз скрывал тебя под чарами? Глупая маленькая Корнелия, это делала я. Правда, какое-то время кот все же не плохо справлялся, но..

Она убрала руку и устало вздохнула.