Анатолий Степанов - Поединок. Выпуск 13

— Я все расскажу, мистер Бресс, я больше не могу, ведь я же, в конце концов, не вампир.

Когда он получил назначение в Кристобаль, Мэрчисон был его начальником и привлек Кинзи к участию в операции «Эскадрон». Позже он предложил Маркусу следующее: тот становится «научным экспертом» при организации по торговле кокаином, за что будет получать прекрасные деньги, а через три года он, Мэрчисон, рекомендует начальству уволить Кинзи из ЦРУ: К тому времени у него будет достаточно денег, чтобы купить в Штатах медицинскую практику. Маркус согласился. Очевидно, совесть у него еще не умерла, его мучило то, что он делал: участвовал в допросах с применением пыток, сопровождал грузы кокаина, наблюдал за его изготовлением. Похоже было, он ждал толчка, чтобы все рассказать. Мое появление и было тем толчком.

По его рассказу получалось, что заправлял всем Мэрчисон и кубинские эмигранты из Майами. Но мне не верилось, что главный в этом предприятии Мэрчисон.

Я проводил Кинзи, набрал номер. На третьем гудке трубку сняли, и ленивый голос спросил:

— Кто звонит?

— Попросите к телефону мистера Феличе, пожалуйста.

— А кто его спрашивает?

— Родственник из Нью-Йорка.

Через некоторое время приятный мужской голос спросил:

— Неужели приехал мой любимый племянник Клинт?

Это наверняка не тот дядя, которого мне хотелось бы иметь, но возражать явно не стоило:

— Конечно, дядя Паскуале, я так соскучился.

— Тогда приезжай, когда сможешь. Мой адрес: авенида Дель Соль, 7, ресторан «Палермо».

— Мне было бы удобно прямо сейчас. Я так соскучился по тебе, дорогой дядя Паскуале; кстати, я проголодался, приготовь мне любимое жаркое из барашка.

С этими словами я положил трубку и пошел к машине. Через семь минут я входил в ресторан «Палермо».

Паскуале Феличе, небольшого роста толстячок в белом смокинге (несмотря на дневное время), принял меня радушно, пригласил сесть, приказал принести обед (оказавшийся роскошным) и начал разговор лишь за кофе. От него я получил информацию, подтверждавшую рассказ Маркуса Кинзи, и некоторые факты, косвенно доказывавшие причастность начальника национальной службы безопасности Хорхе Очоа к торговле наркотиками. Что ж, надо признать, что для хорошей телепередачи у меня было все. Но хотелось сделать убойный материал, а на него я пока не тянул. Я распрощался с Феличе, попытался заплатить за обед — он наотрез отказался взять деньги.

Глава XI

Второй допрос стал для Мэрчисона кошмарным сном. Этот допрос стоил всех предшествующих, подвел итог его предыдущей жизни. Он начался прямо с вопроса о контрабанде кокаина. Сначала Мэрчисон пытался все отрицать, но слишком многое было известно этим подпольщикам. Они следили за каждой фазой его тщательно отлаженной операции, у них были фотографии, письменные показания — эти доказательства прошли бы и в американском суде. А как профессионально велся допрос! Складывалось впечатление, что ему на шею накинули петлю, и с каждым вопросом она стягивалась все туже и туже. Он рассказал все. Теперь Роберт Мэрчисон сидел на раскладушке в своей комнате, спрятав лицо в ладони, и размышлял о том, что его ждет. Будущее вырисовывалось в самых мрачных красках, а говоря откровенно, казалось Роберту Мэрчисону просто безнадежным.

Агилар записывал на видеомагнитофон выступление Фернандо Лимола, которое предваряло допросы Мэрчисона:

— Уважаемые телезрители! Сегодня я обращаюсь к вам по поручению Фронта освобождения нашей родины. Сейчас у нас в Кристобале идет настоящая война, которую ведет против народа реакционная клика так называемых хозяев страны. Но эти люди никогда не смогли бы удержаться у власти, если бы не поддержка Соединенных Штатов, чье правительство заявляет, что не позволит превратить нашу страну во «вторую Кубу» и что его политика по отношению к нам — это краеугольный камень американской внешней политики в Центральной Америке. Весь мир пугают «коммунистической опасностью», правительство США видит ее в лице Фронта освобождения, который называет не иначе, как террористами.

По этому поводу хочу заметить, что нормальный человек ненавидит насилие. Мы бы предпочли мирные социальные реформы и перемены в нашей стране, но, к сожалению, сейчас это невозможно.

Хочу напомнить вам, что, когда пять лет назад в результате государственного переворота к власти пришла группа умеренных, патриотически настроенных офицеров, мы откликнулись на их предложение прекратить боевые действия и приступить к переговорам. Мы хотели тогда и хотим сейчас прекращения гражданской войны. Тогда оппозиционные силы выступили с заявлением, суть которого сводилась к следующему: этот переворот — последняя возможность национального примирения. Если военный комитет национального спасения не сможет претворить в жизнь необходимые как воздух экономико-социальные реформы, в стране начнется революция.

Комитет вышел в отставку через три месяца после прихода к власти, признав этим, что потерпел поражение, что силы реакции отстояли свои позиции. Стало абсолютно ясно, кому принадлежит реальная политическая власть в нашей стране. Вскоре был создан Фронт освобождения, объединивший все патриотические силы нашей страны. С тех пор мы ведем революционную борьбу против олигархии и ее репрессивного аппарата.

Они не только ведут против нас войну, подло убивают наших сторонников и просто честных людей и мирных жителей. Кроме таких инструментов насилия, как армия, полиция, «эскадроны смерти» и вооруженные отряды, которые содержат крупные землевладельцы, правящий класс использует против народа и более тонкие насильственные методы: голод, самую высокую в Латинской Америке детскую смертность, ужасающую нищету и жилищные условия, более подходящие для крыс, чем для людей.

Но, несмотря на все их усилия и помощь нынешней американской администрации, этот режим будет свергнут. Это произойдет рано или поздно, через три года или через семь лет. Но так будет, и нашу страну возглавят представители Фронта освобождения и всех оппозиционных сил. Наш народ сам решит свое будущее и не позволит сделать это никому другому: ни реакционному правящему классу, ни его армии, ни Соединенным Штатам. Десятки тысяч граждан нашей страны уже много лет участвуют в справедливой борьбе, создали свои организации, выдвинули своих лидеров. У них есть право решать свое будущее.

Предстоящие выборы — не более, чем фарс, одобренный в Вашингтоне. Одно то, что на пост президента страны выдвинут член клана Очоа, подчеркивает их смехотворность. Но кто же люди, заинтересованные в нужном исходе этих, с позволения сказать, выборов? Это вы узнаете из рассказа сотрудника ЦРУ Роберта Мэрчисона. Допрос был записан на видеокассету, которую мы предлагаем вашему вниманию. Вы услышите, как работает у нас ЦРУ (а это всегда отрицали и американское и наше правительство), как действуют «эскадроны смерти» (существование которых официально отрицается), как наши высокопоставленные лица торгуют наркотиками вместе с работниками ЦРУ и кубинскими контрреволюционерами, зарабатывая в поте лица свои наркодоллары.