Иван Винаров - Бойцы тихого фронта

Третий этап, согласно планам Блюхера, мог быть осуществлен после успешного завершения первых двух, т. е. только после полного освобождения Центрального и Восточного Китая: Север, включающий в себя обширные районы, находившиеся под властью реакционеров из Пекина и военного диктатора Чжан Цзолина — агента японского милитаризма в Маньчжурии, можно было сломить и заставить принять национальное объединение только при наличии единого в военном и политическом отношении, сплоченного Китая.

Предусматривалось, что на третьем этапе помощь окажет и «народная армия» Фын Юйсяна. В составе этой армии мы обнаружили несколько русских полков, сражавшихся против контрреволюционных милитаристов. Это оказались части «всероссийского правителя» Колчака; в свое время их обманом заставили повернуть штыки против Советской власти. После разгрома колчаковщины, очутившись на территории Китая, эти люди осознали свою тяжкую вину перед родиной и пожелали вернуться в Россию. После измены Чан Кайши и резкого поворота Фына вправо русские полки возвратились на родину.

Главнокомандование приняло детально разработанный план. Однако у В. К. Блюхера оставалось много вполне основательных причин для тревоги: он не знал, можно ли рассчитывать на преданность и компетентность командного состава. В самом деле, военно-политическая школа в Уампу обучила несколько выпусков, и закончившие обучение командиры уже вносили свой вклад в стабилизацию национальной революционной армии. Но все же их число было ограничено, причем они занимали низшие и средние командные должности, а во главе полков и дивизий по-прежнему стояли старые генералы и полковники — выходцы из помещиков и буржуазии… Разве могли эти люди от чистого сердца содействовать победе национального революционного дела, которое означало свержение феодалов и капиталистов-эксплуататоров? Да и сам главнокомандующий Чан Кайши — кто он? Что у него на душе, что на уме? В. К. Блюхеру стоило большого труда убедить его в необходимости каждого нового шага по пути к осуществлению Северного похода! Друг ли Чан делу революции или змея, свернувшаяся клубком у нее на груди?..

Северный поход начался 9 июля 1926 года, когда развернулось наступление национальной революционной армии против армии У Пэйфу в провинции Хунань, а завершением похода считается 24 марта 1927 года, когда пал город Нанкин в центральной провинции Цзянсу. Это составляет ровно восемь с половиной месяцев ожесточенных боев, в которых самым блестящим образом проявился военно-стратегический талант В. К. Блюхера и его советских помощников. Несмотря на колебания Чан Кайши, несмотря на постоянные сомнения в успехе, несмотря на нехватку вооружения и боеприпасов, несмотря на двурушничество старых генералов, против своей воли участвовавших в этой справедливой войне, народно-революционная армия добилась знаменательных побед под Учаном, представлявшим собою первоклассную, солидно защищенную старую крепость, оборонявшуюся десятками тысяч отлично вооруженных солдат; под Наньчаном, тоже крупной крепостью, при захвате которой удалось взять в плен более 40 тысяч солдат неприятеля вместе с вооружением; под Нанкином, яростно оборонявшимся до зубов вооруженным противником…

Благодаря взятию Нанкина и вступлению авангардных частей национальной революционной армии в восставший Шанхай, создавались условия для перехода к третьему этапу: к разгрому возглавляемых Чжан Цзолином милитаристов в Пекине и Маньчжурии, который бы увенчался национальным объединением страны. Все условия для успеха были налицо.

Но именно это испугало империалистов. Раньше они, вероятно, недооценивали возможности национального революционного фронта, его попытки разгромить милитаристов и объединить страну под знаменем Сунь Ятсена. Но теперь, когда победа народа стала столь очевидной, ударились в панику. И поставили на самую надежную карту: купили за золото главнокомандующего. Сумму пришлось выложить огромную, расход окупился сполна. Чан Кайши свел на нет результаты победоносного похода, повернул оружие против тех, кому принадлежали самые большие заслуги в завоевании победы, — против левых сил гоминьдана, против советских специалистов и коммунистов.

12 апреля Чан Кайши осуществил контрреволюционный переворот, жестоко подавив восстание рабочих в Шанхае. 28 апреля были арестованы и казнены двадцать пять видных деятелей КПК во главе с одним из ее создателей Ли Дачжао. Почти одновременно с этой кровавой операцией контрреволюционеры организовали бандитское нападение на советское политическое представительство в Пекине, разграбили помещения и имущество, арестовали персонал и подвергли его издевательствам. События приняли трагический оборот. Реакционные силы гоминьдана, воспользовавшись контрреволюционными действиями Чан Кайши, спешно собрались в Нанкине и создали там реакционное нанкинское правительство, во главе которого встал агент империалистов Ху Хуанмин (лично замешанный в убийстве премьера Ляо Чжункая).

Политическое развитие событий шло в точном соответствии с прогнозами главного политического советника М. М. Бородина, а в военной области сбывались опасения В. К. Блюхера. Они сделали все, что могли. Но китайский пролетариат как общественная сила оказался слабым и неорганизованным, КПК — недостаточной зрелой, а крестьянство — политически несознательным, неоднородным, склонным к стихийным действиям.

Фатальный исход стал неизбежным.

Разумеется, главным виновником трагедии Китая был и оставался империализм. Этот факт всем известен и не требует доказательств, но мне все же хотелось бы процитировать здесь официально опубликованное в апреле 1927 года предупреждение французского министерства иностранных дел:

«У великих государств есть опасение, что Китай угрожает превратиться в плацдарм коммунизма в Азии. В связи с этим было достигнуто соглашение принять меры по ликвидации этой угрозы…»

В то же самое время, незадолго до предъявления этого откровенного и наглого ультиматума, представители Англии, США, Франции, Японии и Италии собрались на тайное совещание в Пекине и пришли к единодушному решению о предпринятой «немедленной вооруженной интервенции» в случае необходимости. Эта «необходимость» заставила их, в связи с предательством Чан Кайши, пойти «до конца»: интервенция ограничилась вмешательством англо-американского военного флота, 22 апреля открывшего орудийный огонь по восставшим рабочим кварталам Шанхая и высадившего на берег двадцать тысяч вооруженных солдат, которые способствовали «восстановлению порядка в стране»…