Малые Врата - Павел Гусев

они занимаются обыденными делами. У каждого должны быть лук со стрелами, запасные тетивы, копьё и нож.

– Если у кого в снарежении недостаток, то будем постепенно обеспечивать, чем сможем. И каждый ополченец должен будет отвечать за готовность к бою своей амуниции головой.

После дядька Василь проверил навыки стрельбы у каждого ополченца. Все стреляли более-менее сносно, даже пастух, чего не как не ожидал Василь. Катя и Маша стрелять тоже умели и глаз у них был зорким. Только тетиву, что одна, то и другая, натянуть как следует не могли. Так, что пока такому отряду, даже с парой добрых хазар было не справится. Ведь степняки с рождения умели стрелять из луков и слыли вообще лучшими стрелками в этих краях. Понимая это, Вит с Василем тяжело вздохнули, потому как работы с этим отрядом предстояло очень много. Тяжело вздохнули и решительно принялись за дело.

Для начала Василь сказал Мишке отдать свой лук и стрелы девчонкам, ему достался лук Егора, а Егор стал обладателем охотничьего лука своего отца. Ещё один лук нашёлся у пастуха, оружие было старым и без тетивы, но Василь поколдовал над ним, натянул на его тетиву. И лук был готов к стрельбе. Для первого дня тренировки оружия было достаточно. Василь с Витом начали обучение с того, что приказали подняться всем на частокол и оттуда вести стрельбу по мишеням. Защитникам было необходимо научится стрелять со стены не только метко, но и уметь укрываться во время стрельбы. Так, что подростки, охотники и девчонки всю первую тренировку стреляли по мешеном со стены, а когда запас стрел заканчивался они бежали в низ, быстро собирали их и начинали стрельбу по новой. Так продолжалось почти два часа и только самому старому охотнику сделали поблажку, и он не бегал в низ за стрелами, их ему приносил, его молодой сын. К концу занятия стрелы попадали более-менее в цель у всех ополченцев, почти при каждом выстреле. И Василь даже уже начал отрабатывать стрельбу залпом по команде. На первый день утреннее обучение было окончено. Ратники распределили занятия таким образом, что по утру Василь занимался с ополчением стрельбой из лука, а на вечерней тренировке уже Вит занимался с учениками работой с копьём, шитом и топором. У Вита работа в бою на ближней и средней дистанции получалось лучше всего.

Сам Вит был родом не из здешних мест, кровь в его жилах текла Скандинавская. Внешне он был здоровым, могучим воином, смелым, расчётливым, с взрывным характером и крутым норовом. В Малые Врата этот чужеземец попал после того, как приплыл на драгере в славянские земли по реке. Скорей всего для грабежа, но столкнувшись с яростным сопротивлением славян, Скандинавы потеряли свой корабль и решили возвращается в родные края сухопутным путём. А такой путь для небольшого отряда был ещё опасней, чем речной. Ведь Славяне не жаловали вооружённых чужаков, уж больно дурная слава в ту пору ходила о скандинавах. И поэтому их отряд редел на глазах. В одной из стычек с Вятичами Вит и получил тяжёлое ранение, после чего был оставлен соратниками.

Вита нисколько не печалило то, что его бросили одного, раненого на чужой земле, в сложившейся ситуации он поступил, наверное, точно также, с любым из своих соратников. Зол он был на своих земляков только из-за того, что они разоружили его. И умирать ему бы пришлось без оружия в руках. А по скандинавским поверяем такая смерть в загробной жизни ему ничего хорошего не сулила. Оттого-то он и не мог простить бывших собратьев. Но умирать Виту не пришлось, на него раненого и уже без сознания случайно наткнулись охотники. Добивать беззащитного человека рука у охотников не поднялась, а делать, что с ним они не знали поэтому и принесли, его едва живим в Малые Врата. В селенье его вылечили поставили на ноги и привыкли со временем к нему. Вит ещё долго относился с опаской к местным жителям. Он не мог понять, зачем было лечить раненого чужеземца, пришедшего сюда с оружием в руках? На этот вопрос ему толком так никто и не мог ответить. Но в конце концов Вит успокоился и остался жить в Малых Вратах, женился, родил детей и пошёл служить ратникам в крепость. В крепости он заработал репутацию надёжного умелого воина и справедливого человека. Правда бывало, что в бою Вит бывал неоправданно жесток к врагам, это его качество новых соратников всегда настораживало. А так Вит был обычным воином, добрым соседом и заботливым отцом. И только иногда, когда он оставался один, он с тоскою смотрел в пламя костра и тихо чуть слышно начинал напивать себе под нос песни на незнакомом языке. Не трудно было догадаться, что скандинав тоскует о родной стороне, да о друзьях и родственниках, оставшихся на родине. Старейшины много раз говорили ему, мол, наймись на торговый корабль, который идёт в твою страну, сходишь, поглядишь там как дела с родичами повидаешься. Глядишь и уймётся твоя тоска. Но Вит наотрез отказывался, даже слушать об этом. И только повторял каждый раз. На прежней земле это была моя прошлая жизнь, тот я, что жил там уже давно умер, когда лежал раненый под кустом, брошенный и обобранный до нитки своими соратниками. А настоящий я, что живёт с вами родился по новой уже на вашей земле. И некуда со своей родины я уходить не собираюсь, чтоб больше не потерять её. Богам было угодно, чтоб я родился во второй раз, и теперь я поклялся им и самому себе, что буду жить среди вашего народа, и защищать его от всех напастей. Потому как эта земля срала мне родной и люди, живущие на ней, которые приняли меня у себя дома стали мне тоже родными.

Сейчас Вит был особенно горд, ведь ему выпала честь тренировать хоть и малый, но всё же отряд ополченцев. Скандинав относился к этому делу со всей серьёзностью. И учил он небольшую горстку защитников самым простым, но эффективным приёмам. Как работать копьём с частокола, да как прикрыться самому и прикрыть товарища своим шитом, от вражеских стрел и копий. И на каком этапе, каким оружием удобнее работать по штурмующим ограду недругам. Но и учебные схватки один на один с резкими выпадами и ударами щитом скандинав не обходил стороной. Больше всего во время таких занятий доставалось его сыновьям. Он никогда не забывал про Сашку и Генку, хоть те и не были рады